Zahav.МненияZahav.ru

Воскресенье
Тель Авивחם מהרגיל
+32+22

Мнения

А
А

Сирийский статус-кво

Россия защищает сирийских повстанцев от Асада. Ситуация на Ближнем Востоке все больше усложняется.

Кирилл Семенов
03.08.2021
Источник:News.ru
Фото: Getty Images / Defne Karadeniz

Россия пытается предотвратить военную эскалацию в стратегическом регионе Дараа у границы с Израилем на юге Сирии после нескольких дней боев между четвертой танковой дивизией правительственной армии и так называемыми примиренными повстанцами в одноименной столице провинции. Там бывшие и частично разоруженные оппозиционеры до сих контролируют район Дараа аль-Балад (Старый город), который и пытались захватить сирийские военные. В воскресенье, 1 августа, российские переговорщики после заключения 48-часового перемирия между мятежниками и силами правительства Башара Асада возобновили диалог с местным оппозиционным переговорным комитетом, чтобы урегулировать конфликт. Но пока мир еще достаточно хрупкий.

С одной стороны, правительство Сирии требует большего контроля над Старым городом Дараа, что было оговорено в рамках сделки при посредничестве России в 2018 году, а также ухода из него лидеров оппозиции. С другой, длившееся несколько дней противостояние привело лишь к эскалации ситуации по всему региону и к потере правительственными войсками многих блок-постов, атакованных повстанцами из других районов. По некоторым данным, от 24 до 70 военнослужащих оказались в плену, но большинство из них были отпущены после посредничества Ахмада аль-Ауды, бывшего оппозиционера и командира восьмой бригады пятого корпуса, действующего под эгидой России.

Для более полного понимания картины происходящего следует обратиться к недавнему прошлому. Россия по итогам военной операции на сирийском юго-западе против местных оппозиционных группировок летом 2018 года согласилась предоставить этим повстанцам, в основном из "Южного фронта" Свободной сирийской армии (ССА), особый статус. Точнее, договоренности о том, что отряды вооруженной оппозиции смогут остаться и не будут полностью разоружены, были достигнуты еще перед началом наступления, в ходе консультаций с участием российских, американских, иорданских и израильских дипломатов в Аммане. Присутствие в этом регионе сил оппозиции, пусть и в урезанном формате, создавало вдоль границы с Израилем и Иорданией некое подобие буферной зоны, где решающее слово принадлежало бы не Дамаску или его союзникам из Ирана и "Хизбаллы", а российским военным, курирующим деятельность примиренной оппозиции.

Следует отметить, что России удалось провести это решение и отстоять его перед Дамаском, несмотря на его серьезное противодействие. Эти регионы до сих пор представляют мозаику из районов с различным статусом, которые можно разделить на три основные группы.

Первая включает те населенные пункты, где сирийский правящий режим отбил территорию с помощью военной силы и, следовательно, смог установить свой полный контроль. Вторая включает целую зону с центром в Босра аль-Шам в восточной части Дараа, которую контролируют силы восьмой бригады пятого штурмового корпуса, созданной российскими военными из примиренных повстанцев во главе с Ахмадом ал-Ауда, бывшим лидером повстанческой группировки "Молодежные силы Сунны" (Шаббаб ас-Сунна, запрещена в России).

Несмотря на негативное отношение сирийского правительства к деятельности восьмой бригады, все попытки ее распустить сталкиваются с отпором российской стороны. Военным и силам безопасности режима Сирии запрещен доступ в населенные пункты этого района, а их присутствие по-прежнему ограничивается санкционированными контрольно-пропускными пунктами, размещенными на перекрестках дорог, соединяющих этот регион с национальными автомагистралями.

Показательно, что хотя российские военные смогли добиться закрепления для большинства бойцов восьмой бригады статуса военнослужащих, Дамаск отказывался предоставлять военным руководителям этого соединения офицерские должности. Они гипотетически в любой момент могут быть арестованы, если покинут зону контроля восьмой бригады.

Третья группа — это те районы, где статус повстанцев и их лидеров до сих пор окончательно не урегулирован. Здесь правительственным учреждениям разрешили возобновить свою деятельность, но структуры безопасности режима не могут войти в эти населенные пункты, находящиеся под контролем примиренных повстанцев. Те хотя и сдали тяжелые вооружения, но располагают стрелковым оружием.

В нынешних условиях сирийскому режиму крайне необходимо продемонстрировать военные успехи. Это связано с тем, что операции в Идлибе сейчас затруднены, так как турецкое военное присутствие в идлибской зоне деэскалации оставляет Дамаску мало шансов на успех точно так же, как атака курдско-арабских Демократических сил Сирии также невозможна из-за угрозы ответных действий США. Поэтому единственный способ для Асада заявить о том, что он не намерен мириться с навязываемым ему статус-кво и что он продолжает борьбу "за освобождение Сирии до последнего дюйма", — активизировать усилия по ликвидации повстанческих очагов на юго-западе — в Дараа и в Кунейтре. Эта операция, по сути, лишена каких бы то ни было серьезных рисков и как минимум не может привести к разгрому участвующих в ней правительственных сил в случае самого негативного исхода.

Если подобные акции в большей степени носят пропагандистскую цель для Дамаска, то для его союзников в Тегеране и ливанской "Хизбаллы" переход этих территорий под полный контроль сирийских военных имеет и практический смысл. В частности, "Хизбалла" и иные проиранские радикальные исламисты, как уже указывалось, давно пытаются закрепиться вдоль границы с Израилем, мимикрируя под сирийские правительственные войска, прежде всего четвертую танковую дивизию.

"Хизбалла" и Корпус стражей Исламской революции (КСИР) всегда стремились создать плацдарм на сирийских Голанах, тем самым расширяя фронт борьбы против еврейского государства. "Досье на Голанах" — операция "Хизбаллы" по созданию передовой базы против израильтян в провинциях Дераа и Кунейтра, которую Израиль раскрыл в марте 2019 года, предусматривала прежде всего набор местных жителей в проиранские исламистские группировки.

Показательно, что иранцы и "Хизбалла" также пытались вовлечь в деятельность своей сети и бойцов из числа примиренных повстанцев, которые уже присоединились к четвертой танковой дивизии. Асад был категорически против этого плана. Однако под давлением из Тегерана Дамаск был вынужден снять свое вето на создание "Хизбаллой" своих сирийских филиалов в этом регионе.

Россия по-прежнему противостоит подобным устремлениям проиранских сил, опасаясь обострения ситуации на сирийском юго-западе, которое может привести к военной операции со стороны Израиля по устранению угрозы "Хизбаллы" и КСИР у своих границ. Российские военные стараются не допустить перехода тех районов, которые находятся под контролем примиренных повстанцев, но чей статус так и не был урегулирован, в отличие от восьмой бригады, под прямое управление Асада. Правильнее даже было бы сказать под власть Махера Асада, брата сирийского президента и командира четвертой дивизии, которая давно уже является проиранским формированием и проводит в этом регионе военные операции в интересах Ирана и "Хизбаллы".

Поэтому российские военные здесь находятся под двойным давлением. С одной стороны, сам Башар Асад, хотя выступает против усиления позиций "Хизбаллы", не прочь увеличить свой рейтинг за счет еще одной успешной операции. С другой стороны, для Москвы было бы слишком рискованно создавать очаг напряженности у границ с Израилем и укреплять влияние Ирана и "Хизбаллы" в этой части страны.

Россия также вынуждена учитывать опасения Тель-Авива. Однако пока российским переговорщикам удается выйти из сложной ситуации, восстанавливая в этом регионе режим прекращения огня и сохраняя статус-кво.

Читайте также

Комментарии, содержащие оскорбления и человеконенавистнические высказывания, будут удаляться.

Пожалуйста, обсуждайте статьи, а не их авторов.

Статьи можно также обсудить в Фейсбуке