Zahav.МненияZahav.ru

Суббота
Тель Авив
+19+12

Мнения

А
А

Льоса: Взлет и упадок Запада

Найал Фергюсон рассказывает о преимуществах западной культуры и о причинах ее упадка, забывая при этом об одном из основных элементов ее силы - критическом духе.

new-york street
Фото: Shutterstock.com

Найал Фергюсон рассказывает о преимуществах западной культуры и о причинах ее упадка, забывая при этом об одном из основных элементов ее силы - критическом духе
 
В своей масштабной книге «Цивилизация: Запад и все остальные» Найал Фергюсон рассказывает о причинах, по которым, как он считает, западная культура оказалась впереди всех остальных и в течение 500 лет играла главенствующую роль в мире, распространяя на других свои традиции, способы производства, учреждения и привычки. А также объясняет, почему она постепенно стала утрачивать свою энергию и лидерство до такой степени, что в обозримом будущем ее место может занять динамично развивающаяся Азия во главе с Китаем.

Как считает профессор Гарвардского университета, преобладание западной культуры было обусловлено шестью факторами: конкуренцией, стимулировавшей возникновение стольких независимых государств в Европе; научной революцией (начиная с XVII века, все крупнейшие открытия в области математики, астрономии, физики, химии и биологии были сделаны в Европе); главенством закона и представительной власти, основанное на праве собственности, которое возникло в англоязычном мире; современной медициной и ее впечатляющими достижениями в Европе и США; обществом потребления и постоянно растущим спросом на товары, вызвавшим стремительное развитие промышленности, и, разумеется, трудовой этикой, которая, как ее описал Макс Вебер, дала капитализму в протестантской среде строгие, устойчивые и эффективные нормы, совмещавшие в себе упорство, дисциплину, экономию, религиозность и основные свободы.

Книга весьма познавательная и при этом написана увлекательным языком, хотя в определенной степени субъективна, так как подчеркивает вклад Англии и США, принижая при этом достижения Франции. Кроме того, автор дает завышенную оценку деятельности протестантов по отношению к католикам и мирянам в развитии западной экономики и гражданского общества. При этом он высказывает ряд оригинальных мыслей, например, тезис о том, что распространение западной моды по всему миру было неотделимо от распространения определенного стиля жизни и ценностей и в результате сделало его однородным и привело к глобализации. С помощью убедительных доводов Найал Фергюсон утверждает, что распространение исламского хиджаба и бурки – это не просто распространение новой моды, а стремление к ограничению прав женщины и завоеванию плацдарма для установления там норм шариата. Так случилось в Иране после революции 1979 года, когда местные духовные лидеры развернули пропагандистскую кампанию против так называемой «западной заразы». То же самое начинает наблюдаться в Турции, хотя и не столь явно и быстро. Фергюсон выступает в защиту западной цивилизации без каких-либо недомолвок, прекрасно помня о ее мрачных эпизодах - таких, как инквизиция, нацизм, фашизм, коммунизм и антисемитизм, хотя с некоторыми его заявлениями трудно согласиться. В частности с толкованием таких понятий, как «империализм» и «колониализм». Автор прибегает к простым арифметическим действиям – сложению и вычитанию, забывая при этом о грабежах, убийствах, бесчинствах и об уничтожении коренных народов и утверждая при этом, что колониальные захваты принесли больше положительного, чем отрицательного, поскольку вели борьбу с суевериями, жестокими культами и вызвали к жизни процессы обновления. Возможно, это справедливо в отношении каких-то отдельных районов и определенных видов колонизации, например, тех, что осуществлялись в Индии, однако вряд ли они будут применимы в отношении других стран, таких, как, скажем, Конго, где постоянная разруха и раздробленность являются следствием жестокой эксплуатации и геноцида, совершавшегося бельгийскими колонизаторами в отношении местного населения.

Немало места в книге уделено описанию чудесного превращения (благодаря реформам Дэн Сяо Пиня) маоистского Китая времен «Большого скачка» и культурной революции в современную страну с бурно развивающимся капитализмом, открывающую рынки, привлекающую иностранные капиталовложения, развивающую промышленную конкуренцию. В Китае разрешены развитие негосударственного сектора экономики и частная собственность, хотя при этом сохраняется авторитарное правление. Как и в случае Англии времен промышленной революции, которую изучал Макс Вебер, профессор Фергюсон подчеркивает малоизученную роль Китая в  христианстве, в частности, протестантской церкви, в то время как экономика этой страны развивалась невиданными темпами, устанавливая все новые исторические рекорды. Приводимые им показатели экономического развития по городу Вэньчжоу провинции Чжецзян, где отмечен самый высокий уровень предпринимательства, поистине поражают воображение. Тридцать лет назад там было около 30 протестантских церквей, а сейчас число только официально зарегистрированных там церквей достигает 1339 (при этом есть еще очень много незарегистрированных). В Вэньчжоу, который называют еще «китайским Иерусалимом», значительное число начинающих предпринимателей принимают протестантство, тесно связывая его со своей работой. Весьма поучительно интервью, которое Фергюсон взял в Вэньчжоу у преуспевающего «христианского предпринимателя» по имени Ханпинг Чжан, одного из крупнейших производителей шариковых и чернильных ручек в мире.

Хотя автор и не заявляет об этом открыто, но во всем содержании книги «Цивилизация: Запад и все остальные» отчетливо проводит мысль о том, что потрясающие экономические достижения Китая откроют дорогу политической демократии, поскольку без плюрализма, свободы научно-исследовательских работ, постоянной ротации руководящих кадров и обновления оборудования (чему в немалой степени эта ротация способствует) экономический рост страны остановится, как это произошло со всеми крупными западными империями прошлого. И тут же Фергюсон делает потрясающий вывод о возможном обвале исторической константы - западного мира. Если это произойдет, то продолжавшееся пять веков лидерство западной цивилизации прекратится, и в дальнейшем Китай и еще кучка азиатских стран станут флагманами поступательного движения человечества.

Критика современного западного мира Фергюсоном заслуживает самого пристального внимания. Капитализм разложился изнутри вследствие безудержной жадности банкиров и руководителей деловых кругов, чья жадность, как показывает нынешний финансовый кризис, подтолкнула их даже к самоубийственным действиям, которые подрывали сами устои системы.

Гедонизм, представляющий сегодня собой неоспоримую ценность, превратился в единственную религию, поскольку все остальные, особенно христианство в его католическом и протестантском варианте, по всей Европе сжимаются подобно шагреневой коже, оказывая все меньшее влияние на общественную жизнь своих стран. Поэтому коррупция распространяется, как плесень, проникая во все поры общественной жизни. Аполитичность, развязность и цинизм воцаряются повсюду в мире, где духовная жизнь и этические ценности являются уделом лишь незначительного меньшинства населения.

Возможно, так оно все и есть, но в книге Найала Фергюсона есть одно умолчание, которое, с моей точки зрения, в значительной степени сводит на нет его элегантный пессимизм. Я имею в виду критичность, которая, как мне представляется, является отличительной чертой западной культуры, единственной, которая в течение всей своей истории имела в своих рядах столько же хулителей и очернителей, сколько и защитников, в том числе значительное число блестящих мыслителей и замечательных деятелей искусства.

Благодаря этой способности к постоянной и бескомпромиссной самокритике, западная культура непрерывно обновлялась, исправляя ошибки и изъяны, которые начинали угрожать самому ее существованию. В отличие от персов, турок, китайцев, которые, как указывает Фергюсон, хотя и достигли высокой степени прогресса и могущества, но затем пришли к неминуемому упадку вследствие своей замкнутости и невосприимчивости к критике, Запад (а точнее, те пространства свободы, которые допускала его культура) в лице своих философов, поэтов, ученых и, конечно же, политиков, яростных ниспровергателей своих законов и общественно-политических систем, убеждений и пристрастий. И это постоянное противоречие, вместо того, чтобы ослабить Запад, выполняло роль тайного оружия, позволявшего выигрывать сражения, казавшиеся уже проигранными.

Так неужели исчез критический дух из поверхностной и разболтанной западной культуры наших дней? Я закончил чтение книги Фергюсона в тот же день, когда здесь, в Нью-Йорке, отправился посмотреть кинофильм Кэтрин Бигелоу (Kathryn Bigelow) «Цель номер один» (Zero Dark Thirty), с большим художественным мастерством рассказывающей о подготовке операции ЦРУ по уничтожению Осамы бен Ладена. Здесь показано все: страшные пытки террористов, чтобы вырвать из них сведения; подковерные игры, глупость и слабоумие многих государственных чиновников; и, конечно же, смелость и вера в идеалы тех, кто, несмотря на бюрократические препоны, выполнил это задание. Посмотрев этот гениальный и очень самокритичный фильм, сотни жителей Нью-Йорка, заполнившие зал, встали и аплодировали до исступления. Рядом со мной некоторые зрители плакали. И вот тогда я подумал, что Найал Фергюсон ошибается. Запаса прочности западной культуре хватит еще надолго.

Марио Варгас Льоса, "El Pais", Испания

Источник: inoСМИ.ru

Метки:

Читайте также