Это была история заранее спланированного заговора. За несколько дней до выборов Дафна Лиэль (парламентский корреспондент 12 телеканала - прим. zahav.ru) сообщила, что "Ликуд" планирует заявлять о фальсификациях в арабском секторе до и после выборов, чтобы мобилизовать своих сторонников и поставить под сомнение легитимность результатов. Именно это и произошло. Они жаловались до выборов, а после объявили настоящий джихад. Доказательств пока нет, выводов тоже, но они уже бросились в атаку.

Чтобы было ясно: любую информацию необходимо расследовать, не боясь никого и не делая исключений. Если кто-то пытался подтасовать результаты выборов или повлиять на явку, это должно быть раскрыто. Но поскольку речь идет о нелепом фарсе под названием "Государство Израиль", любопытно наблюдать, как все те, кого совершенно не беспокоили катарские операции по оказанию влияния, проводившиеся из святая святых - канцелярии премьер-министра, куда проникли катарские агенты, - вдруг так разволновались из-за катарских операций по оказанию влияния в арабском секторе.

Факты очевидны: кто все эти годы обеспечивал Катару легитимность? Биньямин Нетаниягу. Кто нанимал и до сих пор держит у себя в канцелярии катарских агентов? Нетаниягу. Кто выступал и продолжает выступать против требования Нафтали Беннета объявить Катар враждебным государством? Нетаниягу. Кто принес унизительные извинения эмиру Катара после неудачной атаки в Дохе? Тот же Нетаниягу. Кто шел в обнимку с катарским агентом после его освобождения из-под ареста и отмены наложенных на него ограничений, сопровождая его прямиком обратно в ближайшее окружение премьер-министра? Нетаниягу. Кто отправил главу "Моссада" в Доху и убедил эмира Катара завалить Газу наличными? Нетаниягу.

Но теперь Нетаниягу, как это ему свойственно, меняет курс. Настоящий человек-хамелеон. Если вы заглянете в Google или попросите ближайший искусственный интеллект собрать все случаи, когда премьер-министр произносил пламенные, проникновенные речи о своем стремлении привлечь арабов в правительство, коалицию, управление государством и куда угодно еще, у вас закончится память в мобильном телефоне. Это не домыслы, а бесчисленные видеозаписи. Он даже хвастался тем, что арабы называют его "Абу Яир". Сидел в бедуинских шатрах на юге, пил черный кофе, приезжал в Арару и умилялся при виде молодых арабов, приветственно махавших ему руками. Обещал назначить Наиля Зуаби министром своего правительства и гордился тем, что стал первым премьер-министром, при котором было принято правительственное решение о выделении миллиардов шекелей в рамках регулярного финансирования арабского сектора для сокращения социально-экономического неравенства.

Что произошло? То же, что происходит всегда. Человек, который первым добился принятия исторического правительственного решения о выделении арабскому сектору 15 миллиардов шекелей, возглавил лживую кампанию под лозунгом "53 миллиарда Мансуру Аббасу". Человек, который был главным инициатором признания Аббаса легитимным политическим партнером (чему я рад), который оказывал всевозможное давление ради создания правительства с участием Аббаса, который вел переговоры даже с Объединенным списком (о чем свидетельствовал Альмог Коэн в записанном разговоре), который принимал бесчисленные решения, в том числе важные, в сотрудничестве с арабскими депутатами Кнессета, вдруг понял, что голоса арабских избирателей мешают ему получить большинство в парламенте. И не только это. Он внезапно осознал, что путь к его отстранению от власти лежит через правительство с участием арабских депутатов.

И вот он меняет позицию на противоположную. Печально то, что его последователи, пропагандисты и безропотные слуги немедленно меняют позицию вместе с ним.

Тревожит и то, что глава ШАБАКа, который должен действовать в интересах государства, быть честным и беспристрастным, похоже, готов подстроиться под требования этого хора. Это напоминает мне случай, произошедший совсем недавно. 23 августа я сообщил, что именно глава ШАБАКа Давид Зини не позволил Службе общей безопасности обеспечить охрану Гади Айзенкота перед выборами. Я раскритиковал это решение. После публикации мне позвонили. Не стану писать, кто был на другом конце провода, предоставляю вам полную свободу воображения. Но этот человек лично и совершенно недвусмысленно объяснил мне, что решение не предоставлять Айзенкоту охрану принял не Зини, а председатель Центральной избирательной комиссии, судья Ноам Сольберг. Зини позвонил Сольбергу, и Сольберг принял решение.

У меня есть странная привычка: если я ошибаюсь, стараюсь исправить ошибку. Даже когда это неловко. Цифровая эпоха позволяет делать то, что было невозможно во времена печатной прессы. Поэтому я исправил статью и смягчил критику ШАБАКа. Но затем раздался еще один звонок. На этот раз из Центральной избирательной комиссии. Мне сказали, что все это совершенно не соответствует действительности: Сольберг никак не влиял на решение, Зини позвонил ему лишь для того, чтобы поставить в известность. Не посоветоваться с ним и не спросить его мнения. Просто уведомить. Мне намекнули, что Зини использовал Сольберга в своих интересах. Он якобы информирует судью, а когда Сольберг подтверждает получение информации, перекладывает на него ответственность за само решение.

Я коротко сообщил об этом. Не стал раздувать историю. Возможно, это была моя ошибка. Зини только приступил к исполнению обязанностей, может быть, еще не разобрался, сказал я себе. Не знаю, в чем Зини разобрался с тех пор. Но сегодня я кое-что понимаю. Я понимаю, что очень трудно доверять Давиду Зини - личному назначенцу Нетаниягу, вопрос о назначении которого был решен на заднем сиденье автомобиля премьер-министра за спиной начальника Генштаба. Уважаемый офицер, но без достаточного опыта, занимавший лишь одну должность в звании генерал-майора и никогда не работавший в разведке, получил в свое распоряжение организацию, отвечающую за защиту демократии. Ах да, следует добавить, что в прошлом сам Нетаниягу отклонил его кандидатуру на должность своего военного секретаря из-за "чрезмерного мессианства".

Я не из тех, кто придирается к офицерам или сотрудникам силовых структур из-за кипы на голове. Возможно, даже наоборот. Это лучшие из наших людей. Йорам Коэн, Яаков Амидрор, Элазар Штерн, даже Ави Блут и многие другие всегда пользовались моим доверием и оправдывали ожидания. В армии таких людей множество, в том числе среди высшего командного состава за последнее десятилетие. И это хорошо. Но уже сейчас я могу с сожалением сказать, что случай Давида Зини отличается от остальных, а вопросов к нему становится все больше. Очень надеюсь, что ошибаюсь.

Подведем итог этой истории: если есть достоверная информация, ее необходимо немедленно расследовать. Быстро и без страха. Пока, судя по всему, речь идет о предварительной проверке, до появления каких-либо доказательств еще далеко. Не следует забывать, что если бы, чисто теоретически, арабское представительство в Кнессете составляло не 18, а 12 мандатов, эти места не перешли бы автоматически правым или левым, "Ликуду" или Гади Айзенкоту, а распределились бы между всеми партиями, что в целом не изменило бы соотношение сил.

И еще кое-что. Депутат Кнессета Владимир Белиак из партии "Бэяхад" вчера направил письмо исполняющему обязанности генерального директора Центральной избирательной комиссии Дину Ливне с просьбой срочно созвать заседание президиума комиссии для обсуждения новой информации. В своем ответе адвокат Ливне подчеркнул: "Выборы в Кнессет проводились в соответствии с законом. Честность голосования на избирательных участках была надежно обеспечена, и, насколько нам известно, утверждения о систематических нарушениях чистоты выборов не имеют под собой никаких оснований".

И еще один момент. Ливне пишет, что информация, переданная судье Сольбергу главой ШАБАКа Зини, засекречена и Сольбергу запрещено ее раскрывать даже членам президиума Центральной избирательной комиссии. На мой взгляд, Сольберг здесь кое-что перепутал. Не он подчиняется Зини, а наоборот. Во всем, что касается выборов, Зини подчиняется ему. Сольберг вполне способен самостоятельно взвесить интересы и решить, что важнее: необходимость сохранять в тайне новые разведывательные сведения или право избранных представителей общества знать правду. Пусть уважаемый судья сам примет взвешенное решение, поскольку оставлять этот вопрос исключительно на усмотрение Зини - проблема.

На пути к зрелости

Раз уж мы заговорили об арабском секторе: по идее, в нормально функционирующей демократии Айзенкот сейчас приводил бы к присяге правительство, опирающееся на большинство в 66 или 67 депутатов Кнессета, включая арабских депутатов. В принципе, я это поддерживаю. Пришло время арабам войти в общий дом, в котором они живут, а не ненавидеть его снаружи. Я принадлежу к тем, кто считает Мансура Аббаса самым значительным арабским лидером всех времен, современным Анваром Садатом. Я принадлежу к тем, кто считает, что правительство перемен было хорошим правительством для Израиля и что эксперимент не провалился, а удался. Политически он потерпел неудачу из-за слабых способностей Нафтали Беннета и крайне неудачного подбора людей с его стороны, но исторически оказался успешным. 7 октября произошло не при этом правительстве, а при следующем. При правительстве с участием Мансура происходили преимущественно хорошие вещи: восстановление экономики, ликвидация бюджетного дефицита, устранение безработицы, улучшение международного положения Израиля, значительное сокращение числа убийств и случаев насилия, профессиональное и упорядоченное управление государством специалистами, а не функционерами центрального комитета "Ликуда" и членами их семей.

Это идеальная картина. Это мечта. Я жду не дождусь дня, когда она действительно сможет воплотиться в жизнь. Когда арабы перестанут быть людьми, которые вроде бы присутствуют, но фактически отстранены, и станут частью системы принятия решений в Израиле. Если они могут быть нашими врачами, фармацевтами, подрядчиками и рабочими, если на их плечах держится немало важнейших отраслей нашей экономики, они могут участвовать и в политической жизни. К сожалению, мы еще не достигли того момента, когда они могут формировать правительства и коалиции. Создание правительства с активным участием арабских депутатов Кнессета нереалистично. Оно не продержится. Мы стоим на пороге возобновления войны с Ираном, Газа рано или поздно снова вспыхнет, противостояние в Сирии и Ливане еще не завершилось. Среди арабских депутатов далеко не все похожи на Мансура Аббаса. Даже в его партии есть люди, называющие ХАМАС "благотворительной организацией". Не говоря уже об Объединенном списке. Условия для такого шага еще не созрели. Мы движемся к этому, но пока не пришли. Тот, кто думает, что подобное правительство будет приведено к присяге и спокойно проработает свой срок, пока Авигдор Либерман и Ахмад Тиби рука об руку идут навстречу горизонту, обманывает себя. А то, что произойдет потом, станет катастрофой. Нетаниягу вернется в Кнессет с 80 мандатами. Почему я так говорю? Потому что подобное уже случалось: после падения правительства перемен Нетаниягу вернулся в Кнессет с 64 мандатами.

Что же делать? Принимать законы. Это легально. Нетаниягу десятки раз принимал законы и проводил политические решения вместе с арабскими депутатами Кнессета. Вместе с ними он избрал государственного контролера, вместе с ними провалил закон о воссоединении семей, много лет тесно сотрудничает с ними. Все это задокументировано, записано на аудио и видео и подтверждено. Следовательно, противоположной стороне тоже можно так поступать. Можно, например, принять закон о прямых выборах премьер-министра. Начиная со следующего созыва Кнессета. То есть если Нетаниягу захочет провести новые выборы, они будут прямыми. Как в 1999 году. Необязательно распускать Кнессет, можно провести выборы главы правительства. Один на один. Можно также принять закон, ограничивающий пребывание премьер-министра у власти двумя сроками или восемью годами. То есть если Нетаниягу захочет снова участвовать в выборах, он уже не сможет баллотироваться. И он не сможет назвать этот закон плохим, поскольку когда-то сам говорил Дану Шилону, что первым делом на посту премьер-министра ограничит срок полномочий главы правительства двумя каденциями. "То, что не можешь сделать за первый срок, - сказал он Шилону, - сделаешь за второй. А то, чего не сделаешь за второй срок, уже не сделаешь никогда".

Нетаниягу находится у власти пятый или шестой срок. И то, чем он занимается, - это систематическое уничтожение сионистской мечты. Он разрушает и подрывает все государственные институты, разрывает израильское общество на части, непрерывно распространяет всевозможные теории заговора и предательства и хочет получить шестой или седьмой срок, чтобы довести дело до конца.

Ответить Биби его же методами

Гади Айзенкот должен поступить с Биби так, как Биби поступил бы с ним, окажись ситуация обратной. Он не должен становиться Бени. То есть повторять ошибки Бени Ганца, совершенные во время его катастрофических политических авантюр с Нетаниягу. Нужно заставить его заплатить. Нужно играть в жесткий покер. Для этого Айзенкоту необходимы Авигдор Либерман, Нафтали Беннет и Яир Лапид. Не могу поверить, что до сих пор этого не произошло, но если эти господа в ближайшее время не опомнятся, не соберутся вместе и не создадут совместную рабочую группу, я смогу сделать только один вывод: они плюют в лицо своим избирателям.

Ко всем, кто любит эту страну и верит, что ее необходимо спасти от оппортунистической, постсионистской, мессианской коалиции сторонников Биби, я обращаюсь с призывом поднять голову. Многие из вас впали в депрессию, и вот снова зазвучали разговоры о том, что "надо найти себе другое место в мире, потому что здесь больше невозможно жить".

Начнем с выборов. Неправда, что мы ничего не сделали. Сделали. И еще как. Доказательство тому - развернутая в последние дни Нетаниягу и его приспешниками яростная кампания за отмену выборов. Если он победил, почему хочет отменить выборы? Если результат настолько хорош, почему он против него восстает?

Он не победил. Мы тоже не победили, но важно понимать, что блок перемен получил примерно на четверть миллиона голосов больше, чем на предыдущих выборах, если исключить прирост населения. Блок Нетаниягу получил на 72 тысячи голосов меньше, чем в прошлый раз. Коалиция сократилась с 68 мандатов в уходящем Кнессете до 53 в новом. Стоит ли удивляться, что она хочет отменить результаты выборов в новый Кнессет?

Да, блоку перемен не удалось получить 61 мандат, и он не сумел завоевать больше мест, чем блок Нетаниягу. И все же следует помнить, что в блоке Нетаниягу есть и отчетливо постсионистский элемент: из 13 мандатов ультраортодоксальных партий в следующем Кнессете по меньшей мере десять принадлежат несионистским силам. Иными словами, у блока перемен есть сионистское большинство. Это факт. Его невозможно отрицать. С ним нельзя пойти в магазин или сформировать правительство, но знать об этом важно.

Что можно было сделать иначе? Все. Мы никогда этого не узнаем. Было немало судьбоносных развилок, на которых выбирали тот или иной путь. Можно ли было пойти другим путем и победить? Никогда не узнаем. Например, накануне истечения срока подачи избирательных списков Айзенкот и Беннет обсуждали возможность объединения в общий список. Состоялись две драматичные встречи с участием руководителей их команд. Были представлены опросы. Беннет настаивал на объединении. Его рейтинг опасно снижался, приближаясь к однозначным цифрам. Он просил второе место в списке, пост министра финансов и ответственность за развитие искусственного интеллекта в правительстве. Его требования были разумными. Айзенкот обдумал предложение, изучил его и отказался.

На встречах представили опрос, обсуждалась даже возможность поменять местами две партии в списке. По словам людей Айзенкота, у них были еще две потенциальные "звезды" для включения в список. Тогда они верили, что Айзенкот сможет получить 27 или даже 28 мандатов. В итоге объединение не состоялось. И 28 мандатов тоже не случились.

Остановился ли рост рейтинга Айзенкота из-за его слов о создании правительства меньшинства? Этого мы уже не узнаем. Помешало ли победе несостоявшееся объединение Айзенкота и Беннета? Этого мы тоже никогда не узнаем. Опросы, проведенные в то время, показывали 31 или 32 мандата. На выборах они выступили отдельно и получили 33 мандата. И все это без учета того, какую кампанию травли пропагандистская машина развернула бы против объединенной партии.

Еще одним ключевым событием стало объединение Беннета с Лапидом. Здесь споров нет: роковая ошибка, вызванная паникой. Как только это объединение состоялось, Бецалель Смотрич преодолел электоральный барьер, а Беннет лишился возможности атаковать Нетаниягу справа. Статья, которую я когда-то написал, утверждая, что для победы над Нетаниягу необходимо перенять венгерскую модель и объединиться вокруг правого кандидата (Беннета), не прошла и уже не пройдет проверку реальностью. Правый кандидат повернул налево. При этом нельзя отрицать заслуг Беннета после этого поворота. Кампания, которую он проводил на улицах, площадях и в кафе, была героической. Ему удалось остановить обвал рейтинга и обмануть свою почти неизменную политическую судьбу - начинать с более чем 20 мандатов и заканчивать шестью. Он сумел развернуть график в противоположную сторону, остановить падение и снова начать расти. Окончательный результат оказался разочаровывающим по сравнению с ожиданиями, но Беннет выстоял.

Мы все сгорим?

Нетаниягу уже видел перед собой поражение. Люди, связанные с его окружением, рассказывают о хаотичном дне выборов и таком уровне криков и истерики, какого там еще не бывало. Особенно отличилась, как обычно, госпожа Сара Нетаниягу, которую во время одного из разговоров услышали говорящей, что "мы все умрем". При этом на протяжении дня ее неоднократно слышали кричащей. "Она была уверена не только в том, что все умрут, - рассказал мне один из приближенных, - но и в том, что сама умрет, что ее сожгут, что Айзенкот лишит ее охраны и ее убьют. Это был очень, очень тяжелый день".

Сам Нетаниягу на протяжении всей кампании получал оптимистичные прогнозы от государственного свидетеля, который по совместительству изображает социолога, Момо Фильбера. Все начиналось с прогнозов примерно в 67 мандатов, а затем цифры постепенно снижались. В сам день выборов Фильбер сообщил Нетаниягу, что показатель упал до 58 мандатов. Нетаниягу, который не воспринимал прогнозы Фильбера слишком серьезно, с радостью согласился бы на 58 мандатов. В итоге получилось 53. Это не победа. Но и не поражение. Оставалось лишь запустить заранее подготовленную кампанию по дискредитации выборов через обвинения в адрес арабов. Пока пишутся эти строки, пропагандистская машина уже работает на полную мощность. Когда она включается на полную громкость, больше ничего не слышно. Даже госпожу Нетаниягу.

То, что Нетаниягу скоро услышит - и уже слышит, - это призывы к единству. Американцы уже оказывают на него давление в этом вопросе. Он успел поговорить с некоторыми из них. Дональду Трампу необходимо стабильное правительство национального единства, чтобы завершить процесс заключения "Соглашений Авраама". Израилю необходимо разумное и стабильное правительство, чтобы выбраться из ловушки, которая может превратить страну в еврейскую версию Северной Кореи. Мы уже движемся в этом направлении. Весь мир оказывает давление на нас в целом и на Нетаниягу в частности. Еще одно полностью правое правительство с Итамаром Бен-Гвиром и Смотричем станет концом сионистской мечты. Не меньше. Неизбежные санкции, причем не только со стороны Европы, ускоренный отток умов и капитала из Израиля, общий экономический крах - и это будет только начало.

Нетаниягу это знает. Если бы его еще хоть сколько-нибудь заботила судьба государства, он должен был бы позвонить Айзенкоту и сформировать правительство с участием всех основных сионистских сил, без экстремистов и ультраортодоксов, ради спасения страны. Но не ждите этого. Он так не поступит, а если и поступит, то лишь для того, чтобы в решающий момент нанести удар исподтишка. Точно так же, как он поступил с Ганцем. Остается надеяться, что обстоятельства, американцы и общество заставят его пойти на этот шаг. Есть избитое выражение "Это вопрос нашего существования", и мне кажется, что на этот раз оно совершенно точно.

Наш дом

Несколько слов напоследок об ощущениях, чувствах, печали и депрессии. Да, мы ожидали большего. Да, люди разочарованы. Да, привычные разговоры о том, чтобы "уехать из страны", снова звучат в сердцах, мыслях и беседах. Но, как уже говорилось здесь, разочарование оправданно, а депрессия ни к чему. Она не помогает и к тому же вредна для здоровья. Нетаниягу не может сформировать правительство. Борьба за душу государства продолжается.

В воскресенье, 25 октября, со мной через Instagram связался израильтянин, который вместе с семьей оказался в ловушке в Барселоне. Они почти час находились в магазине Nike, который осадила толпа мусульманских погромщиков, пытавшихся разграбить его и расправиться с находившимися внутри людьми. Семье удалось едва спастись, дети плакали и были напуганы. "Мы чувствовали себя настоящими заложниками", - рассказал он мне. Через 40 минут им велели как можно быстрее бежать оттуда. Они побежали. Ни одно такси не соглашалось остановиться. В районе гостиницы все улицы были охвачены огнем. "Погромщики, воры в черной одежде, на мой взгляд, мусульмане, выходят из магазинов с награбленным в руках, - рассказал он. - Ужасное ощущение". Я также видел присланные им видеозаписи.

В то же время у меня есть друзья, которые уехали из Израиля в Барселону. "Чтобы спасти детей", - сказала жена. Да, они думают, что, сбежав в Барселону, "спасут детей". Как будто в мире есть место лучше для евреев, чем Государство Израиль. Единственное место, которое принадлежит нам и откуда нас невозможно изгнать. Единственное место, где евреи могут защищать себя собственными силами. Не зависеть от местной полиции, не дрожать при мысли о том, что какой-нибудь антисемит может стать мэром или премьер-министром. Не просить детей говорить потише в ресторане или метро. Израиль - наш дом. Наш единственный дом. Мы сумели вернуться сюда спустя 2000 лет. Мы похоронили десятки тысяч наших сыновей и дочерей, погибших в борьбе за этот дом. Его возрождение - самое удивительное человеческое чудо со времен появления человечества. Вопреки всему. Из пепла Холокоста.

И теперь они бегут, чтобы "спасти детей". Почему? Потому что были ракеты, или потому что происходят теракты, или потому что Биби. Вы это серьезно? Неужели Биби Нетаниягу стоит того, чтобы отказаться от сионистской мечты, ставшей реальностью? Да, здесь трудно. А иногда и опасно. Но если взвесить все угрозы, выяснится, что для нас нет более безопасного места, чем здесь. И не будет. Напротив. Следующий погром, следующие массовые расправы, возможно, даже следующий Холокост - лишь вопрос времени. Как круговорот воды в природе. Только здесь мы сможем защитить себя.

Кроме того, Израиль по-прежнему остается самым удивительным местом в мире. Где еще бывает такая атмосфера, как в пятницу после полудня? В Иерусалиме, Тель-Авиве, Метуле, Димоне. Где еще есть такой день, как Йом-Кипур? Где еще есть такой потрясающий город с таким прекрасным морем, как Тель-Авив? Где еще есть Иерусалим? Священный не только для нас, но, к сожалению, и для всех остальных. Где еще найдутся такие арбузы, как наши летом, и такая безумная взаимовыручка, как у нас? В какую еще страну люди спешат вернуться, когда по ней запускают ракеты? Есть ли еще народ, пассажиры которого смогли бы собственными силами освободить захваченный самолет? От всего этого вы хотите отказаться? Растить детей, которые будут говорить по-испански, по-немецки (тьфу) или на любом другом языке, без дома, без корней, без капли собственного достоинства?

Простите, но я не могу этого понять. Если бы все уехавшие остались, положение здесь было бы намного, намного лучше. Я понимаю, что мы живем в глобальном мире, расстояния сократились, некоторые люди постоянно живут между двумя странами, а у других есть обстоятельства, вынуждающие их уехать. Я утверждаю лишь одну простую вещь: даже с Биби, даже с Бен-Гвиром, даже с бесчинствующими поселенцами из "молодежи холмов" и учащимися ешив, которые кричат "Умрем, но не пойдем служить", нет места лучше Израиля. Ничего подобного в мире не существует. Жить здесь - огромная привилегия. Потому что Израиль - наш дом.

Источник: Walla