Когда прибыло меньше, чем убыло
Фото: Getty Images
Когда прибыло меньше, чем убыло

В прошлой статье "Радикализм как конформизм" мы задались вопросом по поводу моральной и политической трансформации людей - образованных евреев из бывшего СССР, миллионной светской алии, которая парадоксальным образом усилила не либеральный "ашкеназский", а право-религиозный лагерь. Почему умеренные интеллектуально продвинутые люди, которые в других странах меньше всего склонны к политическому радикализму и призывам к "ковровым бомбардировкам" и бессудным расстрелам (даже если речь идет о борьбе с самым кровавым террором), по прибытию в Израиль вдруг уходят вправо до полного абсурдизма? 

Действительно, если взять вопрос интеллектуального потенциала, прогрессивной роли в общественной жизни, качества человеческого материала, то из СССР убыло гораздо больше (образованного, читающего, ценного, умного, прогрессивного, ведущего вперед и пр.), чем прибыло в Израиль. Что является наглядным опровержением законов сохранения массы и сохранения энергии. 

Ну как так может быть, что человек, который был доктором наук и либеральным светочем в Ленинграде, в Израиле превращается не только в дворника, но и в гордого избирателя Национального Единства или партии Эли Ишая и Марзеля?! 

"Бытие определяет сознание" 

"Бытие определяет сознание" - скажете вы (вслед за Марксом). Материальные трудности мигрантов всем известны. Особенно, когда речь идет о пожилых людях. Согласно выводам отчета, подготовленного Исследовательским отделом Кнессета, более трети пожилых репатриантов живут в нищете (36,6%). В то время в целом по стране ниже черты бедности живут 22% людей пенсионного возраста. Всего нищих семей среди репатриантов - 18,6%. Авторы отчета подчеркивают, что в нищете живут не только те, кому к моменту репатриации исполнилось 65 лет, но и люди предпенсионного возраста. 

На заседании Комиссии Кнессета по алие и абсорбции, где обсуждались данные неутешительного отчета Центра исследования и информации, депутат Ксения Светлова (Сионистский лагерь) предложила создать единое общее ведомство, которое станет адресом для всех обращений пожилых людей. "Это будет межведомственный орган, координационный центр, в который будет поступать вся необходимая информация. А пожилые люди будут знать, что все ответы можно получить, обратившись по одному-единственному адресу. И, что очень важно, - в таком центре должны обязательно работать сотрудники, владеющие русским языком, и другими языками репатриантов, а также штатные переводчики, которые помогут посетителям". 

Это, конечно, хорошо, но проблему нищеты не решает. 

Депутат Тали Плосков от партии "Кулану" говорит, что огромной группой населения, почти в 200 тысяч человек, не занимается никто. Есть целых три министерства, к каждому из которых относятся пожилые люди, и ни одно министерство не берет на себя ответственность за их благополучие. Социальные работники, на которых падает вся тяжесть заботы о несчастных людях, могут рассказать много жутких историй. К примеру, о пожилой репатриантке из Ришон ле-Циона, больной раком, которая вынуждена мыть подъезды, чтобы заработать деньги на существование. Они могут рассказать о многочисленных просьбах на получение продуктовых пайков, о нищете и о жестокости, которую она порождает. 

"Надо понимать, что проблемы абсорбции пожилых людей не остались в 90-х. Многие так и не смогли интегрироваться в израильское общество. Нельзя сказать, что за прошедшие десятилетия государство извлекло уроки и проделало работу над ошибками. Скорее наоборот. Сегодня социальные службы не в состоянии оказать помощь всем необходимым, социальный работник, работающий на полную ставку, обслуживает сегодня 600 семей! В министерстве соцобеспечения заявляют, что не выделяют особые ресурсы для работы с пожилыми репатриантами, и они получают те же услуги, что и пожилые коренные израильтяне. Но проблем у репатриантов больше. В самом министерстве утверждают, что пенсионеры-репатрианты испытывают особые финансовые трудности вследствие отсутствия пенсионных накоплений и, кроме того, многие страдают от одиночества, незнания языка и отсутствия поддержки". 

Но проблема не только у пожилых. Согласно данным экономиста Нонны Кушнерович, будучи самой работающей общиной в Израиле, "русские" зарабатывают меньше, быстрее изнашиваются на рынке труда, имеют меньше накоплений в пенсионных фондах, меньше доходов от "пущенных в дело капиталов. Лишь половина репатриантов с территории бывшего СССР, приехавших после 1989 года, обзавелась собственными квартирами. В этом отношении дела у русскоязычных репатриантов обстоят гораздо хуже, чем у уроженцев страны, 70% из которых имеют собственную крышу над головой. Хуже они и в сравнении с остальными репатриантами того же "стажа". Собственное жилье есть у 87.9% репатриантов из Эфиопии. Эфиопская алия оказалась способной к коллективным протестным действиям. И получила от государства льготы, которые русскоязычным и не снились. Собственное жилье имеют 67.2% выходцев из других стран Азии и Африки… 

Ради детей 

"Бытие определяет сознание" - скажите вы. А потом добавите, что приехал-то он не ради себя, а для детей. Он, конечно, рухнул по всем параметрам. Но вот дети… А что дети?! 

Посмотрите шокирующие данные недавнего исследования "Равенство возможностей в образовании: демографические и социально-экономические барьеры", опубликованные отделом Главного ученого ЦСБ и основанного на данных, собранных Центральным статистическим бюро Израиля. Автор исследования, Нурит Добрин, обнаружила, что только 34% молодых израильтян, привезенных в Израиль "русскими" родителями на волне "большой алии" и ныне достигших 25-44-летнего возраста, получили хотя бы первую академическую степень. По уровню образования они существенно уступают своим родителям: 47% "русских" матерей и 44% отцов приехали в Израиль с высшим образованием. Дети "большой алии" из бывшего СССР по уровню образованности ненамного превосходят молодых репатриантов из стран Азии и Африки, среди которых обладатели академических степеней составляют 31.4%, но существенно уступают молодым  репатриантам из стран Европы и Америки, среди которых высшее образование имеют 46.2%, а родившиеся в Израиле дети репатриантов из этих стран получают высшее образование в 49.6% случаев - это самая образованная группа израильского населения в возрасте 25-44 лет. 

"Русские" в ночном бою 

"Экстремизм - это от невежества" - говорил академик Андрей Дмитриевич Сахаров. Израильский радикализм - вполне возможно является побочным следствием общего падения интеллектуальности, осмысленности, рациональности. 

Но мы?! Разве мы невежественны?!

Конформизм не думания у нас сильнее экстремизма невежества. Наша "большая алия" действительно, прежде всего, из-за интеллектуального конформизма, приняла большинство местных идеологических заморочек, немного их приумножив. 

Стремясь быть более радикальными, чтобы быть более "своими" русскоязычные израильтяне оказывают дурную услугу и себе, и стране. Сами представители нашей общины страдают от этого, поскольку идущие следом, пытающиеся быть похожими, никогда не добьются успеха. Вторичные - не только никогда не станут первыми. Они никогда даже не будут выглядеть достойными первого места, подлинными, аутентичными. При всех прочих равных условиях, выбирая между оригиналом и подражанием, всегда отдают предпочтение оригиналу. 

Лет 17 назад переводил я на русский язык лекцию отставного генерала Шауля Гиволя. Отвечая на вопрос публике о непродуманности многого в израильской политической жизни и системе безопасности, Гиволи сказал: "Израильтянин более всего силен в ночном бою. Когда ничего не понятно, не видно где свои, где чужие. И действовать надо только по наитию. Только исходя из интуиции. Размышлять, просчитывать наперед, продумывать заранее - это у нас плохо получается". 

Потом Гиволи помолчал, взглянул в аудиторию и сказал: "У вас - наоборот". Типа: вам и карты в руки: думайте, предлагайте, вносите рациональность! 

Интеллектуальный потенциал алии действительно мог бы помочь Израилю не только в индустрии высоких технологий и медицине. Мы - носители бесценного исторического опыта, видевшие своими глазами как империя, которая готова была к отражению любой внешней угрозы, рухнула от накопившихся внутренних проблем и противоречий. Мы могли бы многое предложить израильской политике, если бы не пытались быть большими радикалами чем местные, правее которых только стена. 

Голсуорси и Джойс 

У Джорджа Оруэлла есть хорошая статья "The Rediscovery of Europe". В этой статье сравнивается Джеймс Джойс и Джон Голсуорси. И "Улисс" Джойса, и "Сага о Форсайтах" Джона Голсуорси - это попытка создать громадное полотно и отобразить под обложкой одной книги дух и социальную историю целой эпохи. Оба произведения воспринимались на выходе как критика общества. 

Читая Джойса, нельзя отделаться от ощущения, что весь описываемый им современный мир лишен смысла, веры, цельности. Джойс в принципиально ином контексте. Он ориентируется не на английских писателей предыдущего ему поколения, а на писателей Европы и далекого прошлого. 

Когда сравниваешь его "Улисс" с "Сагой о Форсайтах", то видишь насколько уже диапазон Голсуорси. Обе книги пытаются дать исчерпывающее представление о современном им обществе. 

И вот что интересно в Голсуорси: пытаясь быть иконоборцем, он был совершенно неспособен мысленно выйти за рамки богатого буржуазно общества, которое является объектом его критики. С очень небольшими изменениями и поправками он принимает все его ценности как должное и самоочевидное. Неправильным ему кажется лишь то, что люди немного бесчеловечны, слишком жадны до денег, недостаточно развиты эстетически. Когда он берется изобразить желательный тип человека, оказывается, что это просто более культурный, более гуманный вариант рантье - кто в те времена не вылезал из картинных галерей в Италии и щедро жертвовал Обществу по предотвращению жестокого обращения с животными. И этот факт - то, что Голсуорси на самом деле не испытывает никакого действительно глубокого отвращения к социальным типам, которых, как ему кажется, он яростно обличает - это объясняет его слабость. У него нет связи ни с чем за пределами современного ему английского общества. Он может думать, что он не любит его, но он является его частью. Богатство и безопасность, кольцо военных кораблей, которые отделяли это общество от Европы - они ограничивают круг писателя. В глубине души он презирает иностранцев так же, как какой-нибудь малограмотный бизнесмен из Манчестера. 

Читая Джойса или Элиота, или даже Лоуренса, чувствуешь, что в голове у них вся человеческая история, и что со своего места они могут смотреть наружу, на Европу и на прошлое, - а у Голсуорси, как и у других писателей предвоенной (до Первой мировой войны) Британии этого не чувствуется. 

Джойс, по мнению Оруэлла, тем в социальном плане ценнее Голсуорси, что способен посмотреть на современную ему Британию извне, из чужого опыта, иного интеллектуального ряда. Он шире контекстом, историческим видением и пониманием. 

Историческое видение 

Шире контекстом, историческим видением, пониманием, возможностью сравнивать, особым опытом… Именно это в левантийский, израильский сионистский и постсионистский, но все равно очень узкий, местечковый израильский дискурс могла бы внести русскоязычная алия, если бы ради конформизма не отказалась бы от своего интеллектуального багажа. 

Часто можно слышать упреки в адрес нашей общины, что она не присоединилась к социальному протесту 2011 года. Это не совсем верно, поскольку русскоязычные были и среди устроителей, и среди демонстрантов. Хотя, конечно, их было пропорционально очень мало. И общественное мнение "русской улицы" этот протест не поддержало. 

Но, тут следует отметить, что русскоязычное общественное мнение и не могло поддержать протест, поскольку самый частый вопрос, который задавался в комментариях в ЖЖ, в Фейсбуке и Одноклассниках: "А какую программу они конкретно предлагают?". "Они сами не знают, чего хотят" - это одно из обвинений "протестантам", которое звучало постоянно. Протест 2011года проходил под лозунгом "Народ хочет социальной справедливости". Но это не очень конкретное требование. Это не политическая цель, а молитва. Молитва о том, что мы плохо живем и хотим жить лучше. Под таким лозунгом мог бы выйти и сам Нетаниягу. И весь правительственный кабинет. И все израильские олигархи, магнаты, тайкуны, монополисты и т.д. Главного, чего не было в протесте 2011 года - это внятных программных требований. 

Можно сказать и по-другому: никакие социальные протесты в Израиле не смогут достичь успеха, пока русскоязычные израильтяне не станут "агентами перемен". Для того чтобы произошли реальные изменения нужно, чтоб нашлась группа, которая не только хочет изменений, но способна посмотреть на израильские проблемы извне, из другого интеллектуального ряда. Группа, которая ментально находится за пределами израильского дискурса. Это возможность есть сегодня только у русскоязычной общины. 

И мы более всего заинтересованы в том, чтобы в стране произошли перемены. По нам более всего ударяет израильская специфичность. Ну, кто может считать нормальным, что у многих молодых людей из нашей общины есть право воевать и умирать за свою страну, но нет права жениться и выходить замуж в своей стране?! Это ненормально и оскорбительно не только для этих молодых людей, но (прежде всего!) для страны.

counter
Comments system Cackle