Zahav.МненияZahav.ru

Понедельник

Мнения

А
А

Политический блеф Нетаниягу и Айзенкота: кто моргнет первым?

Никакая коалиция не станет реальностью, пока кто-нибудь не скажет, чем готов пожертвовать ради ее создания.

Херб Кейнон
13.11.2026
Источник:mnenia.zahav.ru
Приведение к присяге Кнессета 26 созыва, 10 ноября 2026 года. Фото: Walla / Реувен Кастро

Добро пожаловать в израильский сезон Рипа ван Винкля (герой рассказа Вашингтона Ирвинга, который проспал 20 лет - прим zahav.ru). Он же - период коалиционных переговоров. Можно сейчас заснуть и проснуться, когда правительство уже будет сформировано, практически ничего не пропустив. Вы проспите утечки информации, пробные шары, слухи о скорых прорывах и категорические опровержения того, что в понедельник казалось правдой, а к четвергу уже потеряло всякое значение.

В это время трудно понять, что происходит на самом деле, что является политической игрой, а что - всего лишь попыткой выдать желаемое за действительное. Когда премьер-министр Биньямин Нетаниягу призывает создать правительство единства, он действительно этого хочет или пытается представить лидера партии "Яшар" Гади Айзенкота человеком, который препятствует его созданию?

Если он серьезен в своих намерениях, зачем было использовать прием после приведения депутатов Кнессета к присяге - редкий момент национального единения - для резких нападок на РААМ и Объединенный список? В той же речи, в которой Нетаниягу призвал к единству, он обвинил обе партии в стремлении уничтожить еврейское государство. Подобное обвинение неизбежно вызовет раздражение у некоторых представителей блока перемен, которых он хотел бы привлечь в правительство единства.

Как и следовало ожидать, уже к вечеру партия Айзенкота отменила запланированные переговоры с "Ликудом", сославшись на выступление Нетаниягу. Почему бы вместо этого не воспользоваться случаем и не протянуть руку примирения тем, с кем он хотел бы сформировать правительство единства?

Когда Айзенкот направляет Нетаниягу письмо с призывом проявлять сдержанность и оставить потенциально опасные военные решения следующему правительству, действительно ли он опасается, что Нетаниягу может втянуть Израиль в войну по политическим соображениям? Или он пытается поставить Нетаниягу в оборонительную позицию, изображая его человеком, которому нельзя доверять принятие таких решений?

Постоянные предупреждения о надвигающейся катастрофе таят в себе определенную опасность. Перед выборами противники Нетаниягу предупреждали, что он может использовать войну как предлог для отмены голосования или начать военные действия, чтобы повлиять на результаты выборов. После выборов появились предупреждения о возможной попытке сорвать церемонию приведения депутатов Кнессета к присяге по сценарию событий 6 января в США. Однако выборы состоялись по плану, Нетаниягу не атаковал Иран, а церемония в Кнессете прошла без происшествий.

Чем чаще люди слышат предупреждения о том, что вот-вот случится самое страшное, тем труднее заставить их прислушаться к следующему предупреждению. Поэтому, когда Айзенкот выразил "серьезную обеспокоенность", он действительно пытался предупредить об опасности или просто использовал еще один политический аргумент?

Действительно ли Либерман готов к компромиссу по вопросу призыва?

Есть еще Авигдор Либерман из партии "Наш дом Израиль". Тот самый Либерман, который предлагал лишать избирательного права граждан, не служащих в ЦАХАЛе. Тот, кто тщательно выстраивал свой политический образ на противостоянии ультраортодоксальным партиям. Тот, чей лозунг гласил: "Сто процентов - служащим, ноль процентов - уклонистам". Когда такой политик заявляет о готовности к компромиссу по вопросу призыва ультраортодоксов, насколько серьезны его намерения? Или это часть более сложной игры, призванной сохранить ему свободу маневра?

Неужели Либерман действительно превратился в Господина Компромисс? Или он пытается заслужить расположение ультраортодоксальных партий на случай, если ни Айзенкоту, ни Нетаниягу не удастся сформировать правительство, и 61 депутат Кнессета в последней попытке избежать новых выборов обратится к президенту Ицхаку Герцогу с просьбой предоставить Либерману возможность создать коалицию?

И, конечно, есть Яаков Ашер из "Яадут ха-Тора". Его партия отказалась рекомендовать Герцогу кого-либо на пост премьер-министра, а сам Ашер публично заигрывает с Либерманом. Он действительно рассматривает возможность присоединиться к правительству во главе с Айзенкотом или просто пытается усилить свои переговорные позиции, чтобы добиться более выгодного соглашения с Нетаниягу?

Кто что имеет в виду? Кто разыгрывает спектакль? Кто кого пытается обмануть? Наступил сезон Рипа ван Винкля.

Нетаниягу и Айзенкот возобновляют контакты по вопросам безопасности

А затем наступило утро четверга. Либерман присоединился к Айзенкоту, предупредив об опасности военных решений, способных втянуть Израиль в войну в столь непростой политический момент. Либерман, временно возглавляющий комиссию Кнессета по иностранным делам и обороне, потребовал парламентского контроля и согласия всего руководства силовых структур на любые военные действия.

К полудню Нетаниягу и Айзенкот опубликовали совместное заявление о проведении в канцелярии премьер-министра встречи, посвященной дипломатическим вопросам и вопросам безопасности, с участием военного секретаря Нетаниягу генерал-майора Гая Маркизано.

Спустя два дня после того, как партия Айзенкота отменила переговоры с "Ликудом", оба политика по крайней мере согласились поставить свои имена под одним документом. Это было всего лишь короткое совместное сообщение о консультациях по вопросам безопасности, а не прорыв в переговорах. Но после того как Айзенкот обвинил Нетаниягу в том, что тот отстранил его от получения информации по вопросам безопасности, сам факт проведения такой встречи, о которой сообщили от имени обоих лидеров, по меньшей мере свидетельствовал о возобновлении контактов.

Пока неясно, означает ли это что-либо большее, чем попытку урегулировать кризис. Тем не менее речь идет о небольшом восстановлении диалога, а в коалиционных переговорах даже это может иметь значение. Это не означает, что правительство единства близко к созданию, но показывает, что стороны еще не окончательно закрыли такую возможность.

Если бы коалиционные переговоры были реалити-шоу, его вполне можно было бы назвать "Кого вы меньше всего терпеть не можете?". Потому что именно к этому, по существу, сводится первая неделя переговоров. Перед выборами каждая партия блока перемен заявляла, с кем она не готова сотрудничать: с Нетаниягу, арабскими партиями или ультраортодоксами. Теперь им предстоит решить, с кем из этих трех они все-таки смогут ужиться. Иными словами, кого они не любят меньше остальных и с кем в конечном счете готовы войти в одну коалицию.

Что потребуется для создания правительства единства Нетаниягу и Айзенкота?

Но прежде чем блоку перемен - или некоторым его партиям - придется решать, готовы ли они сотрудничать с Нетаниягу, необходимо понять, на каких условиях он предлагает это сделать. Он говорит, что хочет единства. Предусматривает ли это ротацию на посту премьер-министра - слово, которое он пока ни разу не произнес публично? Согласится ли он уступить Айзенкоту право первым возглавить правительство?

Нетаниягу может призывать к единству хоть каждый вечер, но эти призывы ничего не значат, пока он не обозначит, на какие уступки готов пойти. Как только Нетаниягу заявит, что согласен провести часть срока полномочий вне кресла премьер-министра, он предложит Айзенкоту нечто конкретное, о чем можно вести переговоры. Даже если он будет настаивать на том, чтобы первым занять пост, указание срока, когда он готов передать полномочия, скажет нам гораздо больше, чем очередная речь о настоятельной необходимости объединиться.

И кого Нетаниягу приведет с собой? Айзенкоту необходимо знать, ведет ли он переговоры с "Ликудом" или со всем блоком Нетаниягу, включая "Оцма Йегудит" и "Религиозный сионизм". Существует огромная разница между предложением Айзенкоту войти в коалицию с "Ликудом" и предложением присоединиться к коалиции, в которой будут Итамар Бен-Гвир и Бецалель Смотрич. Ответ покажет, насколько Нетаниягу готов пожертвовать нынешними политическими союзами ради единства.

Перед Айзенкотом стоит собственное испытание. Отмену переговоров с "Ликудом" после резких нападок Нетаниягу было легко объяснить. Но предположим, что Нетаниягу предложит ротацию. Вернется ли Айзенкот за стол переговоров? А если Нетаниягу пойдет еще дальше и предложит Айзенкоту первым занять пост премьер-министра, согласится ли тот управлять страной вместе с ним? В нынешнем раунде игры "Кого вы меньше всего терпеть не можете?" многие избиратели Айзенкота уже ясно дали понять, что больше всего не любят именно Нетаниягу. Готов ли Айзенкот пойти против их воли?

Либерман заявляет, что ради формирования правительства готов к компромиссу с ультраортодоксальными партиями по вопросу призыва. Это означает, что в нашем реалити-шоу именно ультраортодоксы вызывают у него наименьшую неприязнь. Но насколько далеко он готов зайти? Первые законопроекты, внесенные в новый Кнессет в среду, позволяют представить, какой путь придется пройти Либерману.

Нафтали Беннет, чья партия "Бэяхад" на протяжении всей избирательной кампании настойчиво поднимала вопрос призыва ультраортодоксов, внес законопроект о расширении льгот для резервистов и демобилизованных военнослужащих. Финансировать эти льготы предлагается за счет сокращения государственной поддержки семей, члены которых не служат в армии и не участвуют в трудовой деятельности. Однако "Яадут ха-Тора" движется в противоположном направлении. Законопроект, представленный Меиром Порушем, позволит учащимся ешив ежегодно продлевать отсрочку от службы до 26 лет, после чего они будут освобождены от призыва. Другой законопроект Поруша и Элиакима Штарка предусматривает приостановку арестов, расследований и уголовного преследования за уклонение от призыва на период рассмотрения законодательства, регулирующего статус учащихся ешив.

Читайте также

Возможно, это лишь первоначальные позиции на переговорах, но посмотрите, чего каждая сторона требует от государства. Беннет хочет перераспределить средства в пользу тех, кто служит. "Яадут ха-Тора" требует защитить учащихся ешив, которые не идут в армию. Айзенкот сделал всеобщую службу условием присоединения к его правительству. Если для формирования коалиции ему понадобятся голоса "Яадут ха-Тора", какую часть своего обещания он сможет выполнить?

Как временный председатель комиссии по иностранным делам и обороне Либерман, заявивший о готовности к компромиссу по этому вопросу, может изложить свои предложения в виде законопроекта. На призыве какого количества ультраортодоксов он будет настаивать и в какие сроки? Что произойдет, если установленные показатели не будут достигнуты, и какие санкции предусмотрят для тех, кто не станет соблюдать новые правила?

Затем возникают другие вопросы. Согласится ли Беннет ради создания правительства блока перемен на многолетние отсрочки от призыва для ультраортодоксов? Потребует ли Ашер от собственной партии согласиться на санкции за невыполнение плановых показателей призыва?

Нетаниягу может говорить о единстве, не называя сроков передачи поста премьер-министра. Айзенкот может требовать от Нетаниягу серьезного предложения, не уточняя, согласится ли он управлять страной вместе с ним, если такое предложение поступит. Либерман может рассуждать о компромиссе, не говоря, кого готов освободить от службы. Беннет может отстаивать интересы военнослужащих, не уточняя, готов ли он отказаться от коалиционного соглашения из-за освобождения других от призыва. Ашер может заигрывать с блоком перемен, не объясняя собственным избирателям, на какие уступки он готов пойти ради присоединения к нему. Все это можно спокойно проспать. А когда стоит проснуться? Когда политики начнут говорить достаточно конкретно, чтобы вызвать недовольство собственных избирателей.

Источник: The Jerusalem Post

Комментарии, содержащие оскорбления и человеконенавистнические высказывания, будут удаляться.

Пожалуйста, обсуждайте статьи, а не их авторов.

Статьи можно также обсудить в Фейсбуке