В последние недели американская администрация во главе с президентом США Дональдом Трампом совершила стратегический поворот в войне с Ираном. От ведения военной кампании, блокады Ормузского пролива и охоты за иранскими нефтяными танкерами Трамп перешел к масштабной финансово-экономической кампании, сохраняя военную силу как средство устрашения.

- Его исходная установка, с которой я полностью согласен, заключается в том, что в военной кампании победить иранцев невозможно, - говорит доктор Уди Леви, бывший глава "Цальцаль" ("Гарпун" - ивр., подразделение "Моссада", главной задачей которого было уничтожение финансовых инфраструктур террористических организаций, существовало с 1996 по 2017 год - прим. zahav.ru), а ныне старший научный сотрудник Иерусалимского института стратегии и безопасности. - Как же тогда можно победить? Или добиться ситуации, при которой они будут готовы к переговорам, способным привести к договоренностям и соглашениям? Только с помощью экономического давления.

- Но это требует времени, а у Трампа скоро промежуточные выборы.

- Верно, и здесь Соединенные Штаты и Израиль расплачиваются за десять лет пренебрежения всем, что связано с экономическими кампаниями Ирана. Израиль и США пренебрегали стратегически важной и критической информацией, тогда как Иран еще в 2015 году понял, что ему предстоит еще одна серьезная кампания, и создал невероятную финансовую инфраструктуру. Потому что он понимает, что именно здесь находится его уязвимое место.

Трамп опирается не только на ограничения, которые он вводит в отношении банков, и экономические санкции. Он передал руководство кампанией против Ирана от Центрального командования США, CENTCOM, Министерству финансов США. Он действует по всему полю и понимает, что не может вести всеобъемлющую кампанию, поскольку у него нет сотрудничества со стороны Европы, Израиль не предоставляет ему достаточно информации, страны Персидского залива не полностью на его стороне, а Россия укрепляет отношения с Корпусом стражей исламской революции. Он хочет, чтобы с каждого доллара, заработанного иранцами, им приходилось платить настолько много, чтобы в итоге у них оставалось лишь десять центов.

- Как это делается?

- Система Министерства финансов США стремится не только задушить финансовую и логистическую инфраструктуру и тех, кто ей помогает, но и заставить иранцев тратить больше ресурсов на перевод денег. На протяжении многих лет они создавали необычайно развитую криптовалютную инфраструктуру, а у нас и во всем мире не понимают, насколько этот инструмент стратегически важен для таких стран, как Северная Корея, Россия и Иран, а также для преступных организаций. Надзор и контроль за виртуальными валютами слабы, и большая беда заключается в том, что часть тех, кто принимает решения, зарабатывает на этом огромные деньги. Президент Трамп заработал миллиарды на криптовалюте, и семья Бен-Арци, связанная родственными связями первой степени с семьей Нетаниягу, также заработала на криптовалюте большие деньги.

Американская администрация перекрывает множество каналов в сфере криптовалют, поэтому иранцы не могут напрямую переводить туда деньги. Допустим, иранскому Центральному банку нужно перевести деньги, заработанные на продаже нефти. Он передает их иранским менялам за пределами страны, которые не находятся под санкциями. Эти менялы создают компании-прикрытия, чтобы скрыть переводы. Но каждую неделю США вносят в черный список все новые и новые компании-прикрытия. Этот механизм сокрытия обходится очень дорого, и каждый раз приходится создавать все новые и новые уровни защиты.

Предположим, им удалось отправить судно с нефтью, которую они и без того продают со скидкой. Чтобы отмыть эти деньги и получить их обратно, вместо 70 долларов за баррель, которые им заплатили китайцы, они в итоге получат лишь 30 долларов за баррель - и именно в этом заключается цель. Нужно обратить внимание еще на один момент. Три недели назад Госдепартамент США объявил публично, что любой, кто предоставит информацию о компаниях, обеспечивающих финансовую инфраструктуру, о теневых компаниях или любую информацию, которая может помочь обнаружить активы высокопоставленных иранских чиновников, получит вознаграждение в размере 15 миллионов долларов.

С одной стороны, это нечто исключительное, но с другой - они отдают эту работу на аутсорсинг. Многие люди и представители финансовой сферы увидели это и начали заниматься сбором информации. Но почему вы только сейчас обращаетесь за помощью к общественности? Этим им следовало заняться много лет назад.

Внутри Ирана мы слышим два голоса. Первый говорит: давайте закончим всю эту историю, потому что иначе мы рухнем экономически. Второй голос, который представляет Корпус стражей исламской революции, утверждает, что нужно набраться терпения, потому что американцы сдадутся. Если бы Трамп добрался до личного имущества высокопоставленных руководителей Корпуса стражей исламской революции, у них не осталось бы никаких сомнений. Они бы прекратили войну еще вчера. Стэнли Фишер однажды сказал мне: человек может владеть сотнями миллиардов, но если он не может ими воспользоваться, он беден.

- А что происходит внутри Ирана?

- Они находятся в режиме экономики выживания. Разумеется, наивысший приоритет по-прежнему отдается руководству. Все поступающие деньги идут на нужды государственной и экономической системы, а народу достаются крохи. Я не уверен, что люди выйдут на улицы, потому что они понимают, что альтернативы нет, и не верят, что Запад придет им на помощь. Кроме того, Корпус стражей исламской революции вкладывает огромные ресурсы в подавление любого восстания. Я предполагаю, что потребуется еще как минимум несколько месяцев, прежде чем мы начнем видеть результаты".

- Это обнадеживает. То есть речь не идет еще о нескольких годах до экономического краха режима.

- Потому что начинает поступать информация об активах руководителей Корпуса стражей исламской революции. Все зависит от того, насколько далеко американцы готовы в этом зайти. Это очень, очень тонкая игра. Если им удастся ударить по их личным активам, это сократит сроки. Если китайцы перекроют иранцам денежный поток и перестанут покупать у них нефть, это тоже будет конец истории. Но чтобы это произошло, они должны получить от США существенное вознаграждение, а я не вижу, чтобы американцы были готовы на это пойти, по крайней мере сейчас".

Источник: Walla