1. "Старик"? Мальчик, которого обманули

Около двух недель назад премьер-министр Биньямин Нетаниягу отправился на север для редкой встречи с главами местных советов населенных пунктов на линии противостояния. То есть, с теми из них, кто готов сесть с ним за стол переговоров. Встреча состоялась в Шломи в 13:30. Нетаниягу взял с собой нескольких соответствующих министров, чтобы провести диалог с местным руководством. В ходе своего выступления премьер-министр удивил присутствующих, начав свою речь с восхваления Давида Бен-Гуриона. Не Бегина, не Шамира, людей из его лагеря. Именно "Старика", Бен-Гуриона, легендарного лидера рабочего движения, человека, который создал эту страну с нуля, вопреки всему. Ведь если бы в те дни существовал Polymarket, этот крупнейший в мире рынок прогнозов, никто бы на Израиль не поставил и правильно бы сделал.

Люди задавались вопросом, почему вдруг Нетаниягу вспомнил о Бен-Гурионе. Нетаниягу пояснил: Бен-Гурион, сказал он, был великим лидером, но он не смог сказать "нет" американцам и другим великим державам. Нетаниягу имел в виду Синайскую военную операцию 1956 года, также известную как операция "Кадеш", когда Израиль при поддержке Великобритании и Франции отвоевал у Египта весь Синайский полуостров. Нетаниягу объяснил, что Бен-Гурион не смог удержать завоеванное и под давлением ООН, США и СССР был вынужден вывести израильские войска с Синайского полуострова.

Маленькая страна, окруженная врагами, всего восьми лет от роду, уже готовилась провозгласить себя, фигурально выражаясь, Третьим Иудейским царством, но затем осознала ограниченность своих возможностей и согласилась отступить с завоеванных позиций.

В моем случае, сказал Нетаниягу, этого не произойдет. "Великий Бен-Гурион склонился перед американцами. Я не склонюсь. Мы действуем во всех секторах Ливана и не склонимся".

Глава Форума приграничных поселков Севера Моше Давидович возразил: "Но, премьер-министр, ясно, что мы ограничены в своих действиях в Ливане".

В этот момент в разговор вмешался более карикатурный и менее красноречивый вариант Нетаниягу, министр обороны Исраэль Кац, сказав: "Мы нигде не ограничены". Нетаниягу немедленно вернул себе инициативу в разговоре и с драматическим пафосом объявил присутствующим: "Я вам скажу, мы действуем по всему Ливану: в Бейруте, в Бекаа и в Южном Ливане!" После этого заявления Нетаниягу извинился, сказал, что ему нужно уйти, и покинул собрание. Он не оставил времени для вопросов, лишь назвал номер телефона для связи.

Вопросы задавались утром того же дня, в девять тридцать, когда представители Форума приграничных поселков Севера встречались с начальником Генерального штаба и старшими офицерами ЦАХАЛа в кибуце Амиад. Когда глава одного из местных советов спросил генерал-лейтенанта Эяля Замира, почему ЦАХАЛ ограничивает свои операции только Южным Ливаном и не действует против "Хизбаллы" в других стратегически важных районах, тот ответил: "Этот вопрос вам следует задать политическому руководству".

В моем случае, сказал Нетаниягу, этого не произойдет. "Великий Бен-Гурион склонился перед американцами. Я не склонюсь. Мы действуем во всех секторах Ливана и не склонимся".

Глава Форума приграничных поселков Севера Моше Давидович возразил: "Но, премьер-министр, ясно, что мы ограничены в своих действиях в Ливане".

В этот момент в разговор вмешался более карикатурный и менее красноречивый вариант Нетаниягу, министр обороны Исраэль Кац, сказав: "Мы нигде не ограничены". Нетаниягу немедленно вернул себе инициативу в разговоре и с драматическим пафосом объявил присутствующим: "Я вам скажу, мы действуем по всему Ливану: в Бейруте, в Бекаа и в Южном Ливане!" После этого заявления Нетаниягу извинился, сказал, что ему нужно уйти, и покинул собрание. Он не оставил времени для вопросов, лишь назвал номер телефона для связи.

Вопросы задавались утром того же дня, в девять тридцать, когда представители Форума приграничных поселков Севера встречались с начальником Генерального штаба и старшими офицерами ЦАХАЛа в кибуце Амиад. Когда глава одного из местных советов спросил генерал-лейтенанта Эяля Замира, почему ЦАХАЛ ограничивает свои операции только Южным Ливаном и не действует против "Хизбаллы" в других стратегически важных районах, тот ответил: "Этот вопрос вам следует задать политическому руководству".

Отец Биби, профессор Бенцион Нетаниягу, отказался подписать вместе с Бен-Гурионом документ о создании государства. Он организовал группу ревизионистов, которые купили целую страницу в "Нью-Йорк Таймс" и потребовали, чтобы Бен-Гурион сказал "нет" предложению о разделе подмандатной Палестины. "Старик" негодовал, но согласился, хотя предложение было ужасным и отвратительным.

Нетаниягу, спустя 78 лет после свидетельства о рождении, которое его отец не подписал, теперь пишет свидетельство о смерти этого государства. Пишет кровью его граждан. На мой взгляд, если бы его отец был бы жив, он тоже был бы в шоке. Подумайте обо всех премьер-министрах, которые были ранее, кроме Бен-Гуриона: Моше Шарет, Леви Эшколь, Голда Меир, Шимон Перес, Ицхак Рабин, Менахем Бегин, Ицхак Шамир, Ариэль Шарон. Ольмерт. Беннет и Лапид все еще активны, поэтому я не буду говорить о них. Что бы сказал любой премьер-министр, учитывая нынешние деяния Биби?

Вы не Бен-Гурион, господин Нетаниягу. Вы давно потеряли контроль, стыд, ответственность, государственную мудрость. Вы - неуязвимый неудачник в государстве. Вы делаете прямо противоположное всему, что проповедовали всю свою жизнь. Вы прославляете паразитизм, укрепляете уклоняющиеся от службы в армии секторы общества, продолжаете кормить "жирных", пиная "тощих" по голове, разрушаете правовую систему, которую защищали, упраздняете независимость судей, которой гордились, и при этом продолжаете цепляться за власть.

Все дозволено, все кошерно, даже гнилые, коррумпированные и самые отвратительные сделки, которые вы заключаете со своими уклоняющимися от службы антисионистскими партнерами за наш счет. От вас больше никто ничего не ожидает. Осталась только надежда, что вы оставите что-нибудь тем, кто когда-нибудь вас заменит.

2. Розовые очки

Итак, что мы имеем до сих пор? В 2015 году Нетаниягу решил бороться с ядерным соглашением Барака Обамы, проигнорировал все советы и выступил в Конгрессе за спиной президента-демократа, что было одновременно унижающим президента и бесполезным поступком. Разумеется, соглашение было подписано, невзирая на Нетаниягу, но был нанесен значительный ущерб нашим отношениям с Демократической партией США. Это началось тогда и продолжается до сих пор. Затем появился Дональд Трамп.

Ядерная сделка была односторонней. Это позволило иранцам прекратить соблюдать соглашение, которое они до этого точно выполняли. Иран быстро продвинулся в освоении ядерного оружия, добавив тысячи центрифуг и повысив обогащение урана до почти военного уровня, накопив достаточно материала для 11 бомб.

Этого фиаско было недостаточно для Нетаниягу. Трамп потерпел поражение на выборах, но вернулся. Он не оставил Израиль сиротой, уж точно не оставил Нетаниягу, которому удалось убедить Трампа пойти с Израилем на войну Гога и Магога, которая началась с беспрецедентных военных достижений и закончилась фиаско. Нам не удалось уничтожить иранскую ядерную программу, но нам удалось разрушить наши отношения с Республиканской партией. Иранский режим остался нетронутым, стал сильнее, радикальнее, гораздо менее боязливым. Ядерная инфраструктура также осталась в Иране, как и уран.

Что не осталось прежним, так это союз между Израилем и США. Наше положение в Америке никогда не было таким плохим. Нетаниягу удалось нанести Израилю такой ущерб, какой ни один враг не смог бы нанести нам за столь короткое время. В этом вопросе разрушительной силы "Ангелу саботажа" (так Ицхак Шамир называл Биби) нет равных. Сегодня Израиль остался один. Мир презирает его, Америка ненавидит его, его региональные союзники боятся присоединиться к нему перед лицом иранского режима, стремящегося к мести. И все благодаря Нетаниягу.

Больше недели назад он сказал нам, что мы чудесным образом спасены. "Вы", - сказал он, а не "мы". Какая разница? Речь идет о подданных, а не о правителе. Они были спасены от неминуемой смерти, от немедленного уничтожения. Он, действительно, так сказал. Он, как обычно, нарисовал картину апокалипсиса, согласно которой, если бы мы не напали на Иран с нашим уставшим от войны народом, и с львиным рыком, нас бы уже не было. Иранцы бы уже достигли победы….

Это, конечно, совершенно абсурдно и чем-то напоминает то, что он говорил в начале коронавирусного кризиса, когда выяснилось, что были и случаи повторного заражения вирусом. Он утверждал, что это может стать концом человечества. Что ж, человечество все еще здесь. Мы тоже, хотя, кажется, это временно, как никогда.

Почему меня просят это прокомментировать? Потому что, если Нетаниягу прав, то все эти годы он изображал из себя "хранителя Израиля".

Если бы Яхья Синуар не напал на нас 7 октября, мы бы до сих пор ходили в этих нелепых розовых очках, которые Нетаниягу надел за несколько недель до бойни, объясняя нам, что здесь никогда не было лучше, уверяя нас, что оценки разведки о многосторонней войне - это "преувеличения", и рекомендуя нам жить в свое удовольствие, путешествовать и развлекаться.

Синуар - это то самое "крыло бабочки", которое привело в движение все, что здесь произошло, начиная с ужасной резни в секторе Газа, через ужасную войну, через "Хизбаллу" и приход Ирана. Нетаниягу до 7 октября ничего бы никогда не сделал ни на одном фронте. Откуда я это знаю? Потому что именно это он и делал на протяжении всех своих долгих лет у власти. Ничего!!!

Сохранял статус-кво, провозгласил политику сдерживания, презирал все, убегал от любых конфликтов. Главное - оставаться премьер-министром. Тот, кто спас его от всего этого, до такой степени, что он чуть не пропал, был Синуар. Как ни тяжело это написать, но, согласно логике Нетаниягу, нас спас Синуар.

Это, конечно, полная чушь. Страна должна действовать, чтобы защитить себя, а не полагаться на варварского убийцу, который разбудит ее на 90-й минуте. Яхья Синуар и Мохаммед Дейф - величайшие враги евреев современной эпохи. Это дикари, которые навлекли на нас величайшее из наших бедствий. Им удалось использовать длительную официальную политику Нетаниягу, придерживавшегося губительной концепции сдерживания ХАМАСа как инструмент для создания террористического монстра и спланировать ту ужасную резню. Высокомерие и самоуспокоенность генералов ЦАХАЛа, военной разведки и ШАБАКа привели к невообразимой трагедии.

3. Пророк поколения

Когда речь заходит о ХАМАСе и Газе, "единственным праведником в городе" (термин из Книги Бытия) является Авигдор Либерман. Мы знаем недостатки ЦАХАЛа и ШАБАКа. Сочетание оперативных провалов, неправильных акцентов, политической директивы, которая отрицала профессионализм и осторожность, и, конечно же, чрезмерного высокомерия и самоуверенности привело к тому, что случилось 7 октября 2023 года.

Вина руководителей различных ведомств, как высшего, так и младшего звена, хорошо известна и очевидна. Почти все они взяли на себя полную ответственность, завершили службу и разошлись по домам.

Что касается политического эшелона, единственным правильным и ответственным человеком в этом вопросе оказался Либерман. Когда я рассматриваю послужной список кандидатов, баллотирующихся на предстоящих выборах, в отношении Газы, невозможно не восхищаться Либерманом, который был последователен на протяжении всего процесса, видел будущее, пытался убедить систему действовать и предотвратить катастрофу, но столкнулся с высокомерным и пренебрежительным отношением.

В декабре 2016 года, через несколько месяцев после вступления в должность министра обороны, Либерман написал 11-страничный документ, который тогда был совершенно секретным. В нем было все. Жуткое, но точное пророчество, в котором он утверждал, что если Израиль не одумается и не начнет основательную и масштабную военную операцию против ХАМАСа в секторе Газа, произойдет катастрофа. Он также пояснил: ХАМАС планирует военную операцию, в ходе которой крупные силы террористов вторгнутся в Израиль, захватят поселения, устроят массовые убийства и возьмут заложников. В то время это звучало как научная фантастика, но это была правда в письменном виде. После 7 октября этот документ был опубликован. Найдите его в интернете.

На пресс-конференции, которую Либерман провел 14 ноября 2018 года, когда принял решение уйти в отставку с поста министра обороны, после того, как Нетаниягу решил перевести катарские миллионы долларов в сектор Газа и заблокировал все попытки Либермана предпринять военные действия против ХАМАСа, была подробно рассказана вся история. Либерман объяснил причины своей отставки, не упуская ни одной детали. Все, что он тогда предсказал, сбылось.

Недавно мне довелось ознакомиться с выдержками из протоколов и резюме секретных совещаний по вопросам безопасности, которые проходили в министерстве обороны в течение двух с половиной лет пребывания Либермана на посту министра обороны. Чтение этих материалов - прекрасная демонстрация господствовавшей тогда концепции. Либерман затрагивает этот вопрос в разговорах со всеми - от начальника Генштаба до сотрудников разведки и высокопоставленных чиновников ШАБАКа, включая его главу. Все говорят, что ХАМАС сдерживают, и время играет на руку Израилю. Только Либерман утверждает обратное. Здесь я привожу избранные выдержки:

5 июля 2016 года Либерман посещает дивизию "Газа". Вместе с ним находятся начальник Генштаба Гади Айзенкот, командующий Южным округом генерал-майор Эяль Замир и начальник южного регионального управления ШАБАКа. Разговор описывается как "консультация по поводу будущей кампании в Газе". Либерман резюмирует обсуждение и говорит, что "в случае будущего конфликта единственным актуальным планом является "Орлиная скала" (кодовое название израильского плана проведения масштабной военной операции в Газе, включающей мощный начальный удар - Бен Каспит).

По словам Либермана, операция должна продлиться не больше трех месяцев. Либерман заявил, что вероятность одобрения операции кабинетом министров до марта 2017 года (предполагавшейся даты завершения строительства подземной стены) низка, и дал указание провести подготовку и поразить за это время как можно больше целей, не требующих особого одобрения. Он приказал подготовить операцию к действию, продолжить сбор целей, уделяя особое внимание главным целям: высотным зданиям, штабам ХАМАСа, складам оружия, инфраструктуре террористической организации, - чтобы начальный удар операции был бы значительным и способствовал ее продолжению.

4 декабря 2016 года Либерман встретился с главой ШАБАКа Надавом Аргаманом. На этот раз тема также была обозначена как будущая конфронтация с ХАМАСом.

Либерман: "Мы должны стремиться к тому, чтобы следующее противостояние с ХАМАС стало последним, и предотвратить последующее восстановление военного крыла организации. Есть вероятность, что после прихода к власти Трампа и в результате нашего сотрудничества с Египтом и Катаром, удастся навязать ХАМАСу план восстановления в обмен на демилитаризацию сектора, если мы поразим достаточное количество целей. Сейчас самое время для такого шага, потому что "Хизбалла" занята в Сирии, и это может измениться в связи с возможным заключения американо-российского соглашения после прихода к власти Трампа".

Аргаман с Либерманом не согласился. По его словам, "ХАМАС испытывает трудности с вооружением стандартным оружием. Ликвидация ХАМАСа может привести к появлению более экстремистских элементов, таких как "Исламский джихад". Подземная стена должна предотвратить проникновение ХАМАСа в Израиль".

Следует добавить, что Аргаман и ШАБАК в целом считали, что ХАМАС сдерживается и что это менее опасный вариант, чем то, что происходило в секторе Газа с "Исламским джихадом", салафитскими организациями и т. д.

Но при этом ШАБАК также твердо и последовательно придерживался мнения о необходимости масштабных военных действий против ХАМАСа в целом или, по крайней мере, массовой ликвидации всего руководства ХАМАСа, включая Синуара и Дейфа. Предложения трех руководителей ШАБАКа, включая Аргамана. по этому вопросу были последовательно отклонены Нетаниягу.

4. Терпение иссякло

23 февраля 2017 года в министерстве обороны состоялось совещание на тему "Противостояние с ХАМАСом в секторе Газа" с участием начальника Генерального штаба Гади Айзенкота, начальника военной разведки Герци Халеви, командующего Южным округом Эяля Замира, главы оперативного управления Генштаба Ницана Алона, начальника аналитического отдела военной разведки Дрора Шалома, а также других высокопоставленных должностных лиц.

На этом совещании были представлены темпы наращивания сил ХАМАСа, при этом утверждалось, что, несмотря на все усилия, "ХАМАС не добился значительного прогресса в приобретении стандартного вооружения".

Либерман: "Я не согласен, со временем происходит скачок в наращивании сил ХАМАСа".

Начальник аналитического отдела военной разведки Дрор Шалом: "Разрыв на самом деле увеличивается в пользу Израиля, а не уменьшается, как утверждает министр".

Н. из ШАБАК: "ХАМАС в настоящее время не заинтересован в конфликте".

Либерман: "Именно поэтому пора начать военную кампанию против него".

Командующий Южным округом Эяль Замир: "Со временем это поможет нашим силам". Замир упомянул март 2018 года как переломный момент после завершения строительства подземной стены.

Либерман: "С приходом к власти администрации Трампа у Израиля появилось окно возможностей. В 2020 году, по всей видимости, будет избран президент-демократ, который будет менее благосклонно к нам относиться. В результате отсрочка операции до 2021 года может привести к значительному ограничению нашей свободы военных действий, и поэтому целесообразно осуществить упреждающее наступление в Газе в течение следующих двух лет. Также ожидаются изменения в арабском мире, которые могут привести к объединению сфер влияния, что не пойдет нам на пользу".

По словам Либермана, со временем баланс сил между Израилем и радикальной осью смещается в сторону ущерба Израилю, что противоречит заявлениям руководителей исследовательских подразделений ЦАХАЛа и ШАБАКа. "Вопреки тому, что здесь говорят, - сказал он, - действительно, будет достигнут скачок в военных возможностях ХАМАСа, благодаря увеличению объемов контрабанды оружия, а также улучшению его качества".

На этом этапе сотрудник исследовательского отдела ШАБАКа прокомментировал: "Стратегическая цель ХАМАСа в будущем конфликте - добиться снятия блокады Газы, особенно учитывая, что это прагматичное движение, понимающее, что цель уничтожения Израиля не обязательно достижима".

Либерман не принял эти слова, отверг их и подчеркнул: "На мой взгляд, у Дейфа и Синуара не прагматическое мировоззрение, а скорее догматическое, в рамках которого они рассматривают уничтожение Израиля как стратегическую цель, а снятие блокады - лишь промежуточная цель на пути у уничтожению Израиля". Н. настаивает: "ХАМАС сейчас не заинтересован в конфронтации". Либерман: "И именно поэтому сейчас самое подходящее время для начала операции против ХАМАСа.

Либерман добавил: "Даже сегодня Израиль не в состоянии инвестировать необходимые для своей безопасности средства как в оборону тыла, так и в национальную инфраструктуру. Существует потенциальная возможность того, что "Хизбалла" вступит в конфронтацию с Израилем. Чем яснее "Хизбалла" понимает слабость Израиля, тем выше вероятность ее участия в такой конфронтации. Если бы Израиль одержал сокрушительную победу над ХАМАСом и "Хизбаллой" в конфликтах последних лет, то арабский мир предпринял бы шаги к нормализации отношений с Израилем. На Ближнем Востоке очень хорошо понимают силу и мощь".

Бригадный генерал Дрор Шалом: "Иран и остальная часть радикальной оси рассматривают Израиль как страну, которая набирает силу, а не ослабевает, как представил министр. Израиль определил Иран как основную арену, а палестинскую арену и Газу - как второстепенные".

Начальник Генерального штаба Гади Айзенкот: "На мой взгляд, исходя из текущей ситуации, нет стратегической логики в начале превентивного удара по ХАМАСу в секторе Газа в 2017 году. Стратегический баланс против радикальной оси в подавляющем большинстве случаев на стороне Израиля". Айзенкот отметил, что это превосходство еще больше возрастет в 2017 году. Либерман заключил: "В арабском мире не могут понять, почему Израиль не побеждает ХАМАС. Главарь террористической организации, такой как Синуар, при первой возможности будет стремиться реализовать свои амбиции в отношении активного военного наступления против Израиля, например, путем захвата поселений и взятия заложников, несмотря на связанные с этим издержки, поскольку, по его мнению, это огромное достижение".

Либерман отметил, что наихудший сценарий - это эскалация войны с ХАМАСом. В такой ситуации Израиль потеряет преимущество внезапности и возможность крупномасштабной наступательной операции в начале военной кампании. Либерман добавил, что "наряду с усилиями по достижению готовности к осуществлению упреждающей операции в Газе, начиная с марта 2018 года, необходимо повысить готовность к предотвращению неожиданностей со стороны ХАМАСа".

Участникам совещания была предоставлена возможность высказать свои комментарии. Генерал-майор Ницан Алон, заявил, что "решение о начале упреждающей операции должно приниматься в исключительных обстоятельствах, а не основываться на оценках, предположениях или прогнозах относительно того, что, как ожидается, произойдет через два года, особенно на надежных прогнозах на отдаленный период". Он подчеркнул, что "исходя из исторического опыта, война не останавливает гонку вооружений, и на самом деле верно обратное".

"Война ускоряет наращивание вооружений, и на самом деле ясно, что расходы и ресурсы, которые Израилю придется вложить как в войну, так и в сдерживание наращивания, будут выше, чем объем ресурсов, которые Израилю придется вложить в рамках нынешней политики, особенно учитывая понимание того, что ХАМАС не является главным врагом Израиля".

Командующий Южным округом Эяль Замир согласился: "ХАМАС - самый слабый из врагов Израиля". Начальник военной разведки Герци Халеви опроверг слабый образ Израиля, приписываемый министром обороны, и подчеркнул, что верно обратное: Израиль воспринимается как сильная военная держава, обладающая разведывательным и оперативным превосходством. Халеви упомянул о возможности координации и сотрудничества между ХАМАСом и Хизбаллой в будущем сценарии конфликта и выразил сомнение в том, что Хизбалла немедленно присоединится к боевым действиям на стороне ХАМАСа или даже допустит ракетные обстрелы Севера.

Однако, он согласился с оценкой министра обороны о том, что в ближайшие годы уровень координации между ними возрастет. Халеви подчеркнул, что вопрос, который необходимо обсудить, заключается в том, как сдерживать и ослаблять ХАМАС с течением времени, а не в том, когда настанет подходящий момент для начала превентивного удара. Это связано с возможностью того, что именно после конфликта в секторе Газа Иран увеличит масштабы помощи ХАМАСу, как это было после предыдущих кампаний в секторе Газа.

В заключение начальник Генерального штаба Айзенкот заявил, что нет стратегической логики в превентивном ударе по ХАМАСу в 2017 году, но готовность следует повысить до +14 (готовность к атаке в течение двух недель). Он добавил, что стратегический баланс в подавляющем большинстве случаев на стороне Израиля и основан на военном превосходстве, отметив, что это превосходство возрастет в течение 2017 года.

Либерман продолжил продвигать свою инициативу по началу массированного удара по ХАМАСу, который привел бы к свержению его режима в Газе, но тщетно. Тот, кто снова и снова торпедировал его решения, был человек, чья власть росла: Биньямин Нетаниягу. Биби, который проводил политику "сдерживания" ХАМАСа (а также Хизбаллы) и воспитал целые поколения начальников Генштаба под его началом, которые упорно отказывались смотреть правде в глаза и признать реальность.

13 ноября 2018 года терпение Либермана иссякло. Кабинет министров собрался на драматическое обсуждение в Кирие, которое продолжалось с утра до вечера. Либерман в очередной раз потребовал превентивного удара по ХАМАСу. Это были напряженные недели, в течение которых ХАМАС неоднократно бросал вызов Израилю, включая ракетные обстрелы, в том числе, в Беэр-Шеве и других местах. Несмотря на это, Нетаниягу предпочел пойти на урегулирование. Вместо операции по уничтожению ХАМАСа Нетаниягу отправил Йосси Коэна в Катар за деньгами для террористической организации. На следующий день Либерман положил ключи на стол и подал в отставку.

5. Смотреть чудовищу в глаза

Несколько моментов, которые необходимо подчеркнуть: оценки оборонного ведомства на протяжении этих обсуждений не были безосновательными. Да, вполне возможно, что в те годы ХАМАС не был готов к действиям 7 октября. Вполне возможно, что его укрепление происходило не с ожидаемой скоростью, и баланс сил между ним и Израилем оставался прежним, то есть, Израиль имел явное преимущество во всех областях. Дрор Шалом, например, на каждом совещании подчеркивал, что "укрепление ХАМАСа будет задачей целого поколения".

Но эти люди, взглянув на общую картину, на пугающую иранскую угрозу и монстра под названием "Хизбалла", недооценили опасность ХАМАСа. Я не знаю, что бы я сказал или подумал на их месте. Единственный, кто видел надвигающуюся катастрофу, кто осознавал опасность, кто "смотрел монстру в глаза", - это Либерман.

Что касается Гади Айзенкота: здесь события более сложные. В феврале 2015 года он сменил Бени Ганца на посту начальника Генерального штаба. Буквально в первый день после вступления в должность к нему в кабинет вошел бледный глава военной разведки Герци Халеви. "Мы получили план "Хизбаллы" по захвату Галилеи", - заявил он новоназначенному начальнику Генштаба и представил ему данные: в течение десяти лет усилиями "Хизбаллы" были созданы шесть тайных подземных туннелей, через которые прорвутся на территорию Израиля 6000 коммандос "Радуана", в то время, как еще 9000 террористов "Хизбаллы" будут атаковать на земле. В общей сложности 15.000 подготовленных и хорошо вооруженных боевиков одновременно прорвутся в Галилею.

Айзенкот понимает угрозу, создает группу Генерального штаба в сотрудничестве с командованием Северного военного округа и с военной разведкой для ее предотвращения. Он полагал, что это займет два года. Потребовалось три с половиной года.

В конце мая 2016 года на пост министра обороны заступает Либерман. Он требует действий в Газе.

Айзенкот рассматривал прорыв "Хизбаллы" на север страны как более серьезную стратегическую угрозу, чем угроза ХАМАСа на юге. В 2018 году ХАМАС еще не был готов и не созрел для "Потопа Аль-Акса" - так впоследствии террористы назвали атаку на Израиль, начавшуюся 7 октября 2023 года. ХАМАСу потребовалось еще пять лет, чтобы завершить подготовку.

Огромными усилиями военной разведки и ЦАХАЛа в сотрудничестве с ШАБАКом был подготовлен "молниеносный удар" в Газе. Была составлена карта всей стратегической сети туннелей, в которых должны были скрываться боевики ХАМАСа в случае опасности. Были подготовлены все средства для уничтожения этого комплекса. План состоял в том, чтобы ввести в Газу три-четыре дивизии, позволить тысячам боевиков ХАМАСа скрыться в туннелях, а затем обрушить их. Загнать террористов в смертельную ловушку и ликвидировать.

После того, как Айзенкота на посту начальника Генштаба сменил Авив Кохави, началась операция "Страж стен". Нетаниягу сильно пострадал в плане имиджа. Марш с флагами в Иерусалиме был сорван. Впервые в истории Государства Израиль столица подверглась ракетному обстрелу со стороны ХАМАСа.

Биби нужен был образ победы, которого не было. Он приказал Кохави нанести "молниеносный удар". Он был осуществлен, но смертельная ловушка не сработала - боевики ХАМАСа не хлынули в туннели.
Что это значит? Не так уж много. Сложно винить Айзенкота за то, что он отдавал предпочтение северу перед югом. Он позаботился о подготовке значительного наращивания сил и на юге. Уходя с поста начальника Генштаба Айзенкот сказал своему преемнику Авиву Кохави: "Я устранил угрозу нападений через туннели по всей стране. На границе с Газой есть подземная стена, на севере мы заблокировали все туннели "Хизбаллы" в рамках операции "Северный щит".

Все вышесказанное не умаляет правильной, настойчивой и точной позиции Авигдора Либермана по вопросу Газы. Он определил ХАМАС как заклятого и опасного врага, способного причинить вред Израилю и намеревающегося это сделать. Он пытался добиться от системы безопасности проведения военной операции в Газе. Он занимался всеми приготовлениями и спорил со всеми на всех встречах.

Либерману потребовалось два с половиной года, чтобы понять, что с Нетаниягу не будет никакой операции, никаких действий, никакой инициативы, ничего.

Все это немного напомнило ему дискуссии в военно-политическом кабинете в предыдущем десятилетии по поводу нападения на Иран. Баланс сил в кабинете был не в пользу Нетаниягу. Единственными, кто поддерживал нападение на иранскую ядерную программу, были Нетаниягу, Эхуд Барак и Либерман. Буги Яалон, Бени Бегин, Эли Ишай и Юваль Штайниц были против. Либерман, когда его спрашивали о балансе сил в кабинете и о шансах получить большинство для нападения на Иран, отвечал: "Все как в прошлом. Никакого нападения не будет, и ничего не произойдет. Биби - трус".

Сегодня сторонники Нетаниягу пытаются обвинить тогдашнего главу "Моссада" Меира Дагана в том, что он не напал на иранскую ядерную программу в 2011 году. Это, конечно, мерзость и кровавый навет против героя Израиля, которого больше нет с нами. Во-первых, все руководители оборонного ведомства выступали против. Даган был против, его преемник Тамир Пардо тоже. Все начальники Генштаба были против. Все руководители разведывательного управления, все руководители ШАБАК и все командующие ВВС - в течение двух-трех сроков.

Но они не принимают решения. Когда руководители системы безопасности выступают против, это всего лишь рекомендация. Они должны дать профессиональную рекомендацию. Это их работа. Нетаниягу может принять решение о нападении даже без их рекомендации. Все, что ему нужно, - это получить большинство в кабинете министров. То, что сделал Менахем Бегин, то, что сделал Эхуд Ольмерт. Нетаниягу этого не сделал. Либо потому, что боялся, либо потому, что знал, что они правы. В те годы не было причин атаковать иранскую ядерную программу. Напротив, было много причин не атаковать.

Даган тогда говорил: "Нам нужно атаковать Иран, но делать это только тогда, когда меч будет у его шеи, а не раньше". Иранскую ядерную программу нельзя уничтожить атакой, как были уничтожены ядерные реакторы в Ираке и в Сирии. Иран, гораздо умнее всех остальных, выбрал другой тип ядерного проекта. Без реактора и без единой системы центрифуг. Иранский ядерный проект основан на обогащении урана и разбросан по десяткам и сотням укрепленных объектов по всей огромной стране.

Факт: мы атаковали. Дважды. Вместе с самой могущественной державой мира. И все же ядерная программа Ирана еще существует. Если бы мы атаковали 15 лет назад, без США, мы бы едва смогли немного "пощекотать" проект и заставили бы Иран немедленно выйти из Договора о нераспространении ядерного оружия и открыто заявить о своем ядерном статусе, объяснив это так: Израиль, ядерное государство, атаковал нас, что вынуждает нас прибегнуть к самообороне и создавать ядерное оружие. Такова была оценка всех профессионалов тогда. Такова и сегодняшняя оценка. Именно это и делают или будут делать иранцы.

6. Энергичная зачистка

На этой неделе я опубликовал некоторые действия и планы нового главы "Моссада" Романа Гофмана. Среди прочего, тот факт, что он создал "совет мудрецов" из пяти человек, которым был предоставлен полный доступ к "Моссаду", его сотрудникам и программам. Эти "мудрецы" перемещаются по штаб-квартире "Моссада", как будто по собственной квартире. Но у них нет прошлого в "Моссаде" или соответствующего опыта в разведке.

Гофман также проводит собственное расследование событий 7 октября, что означает, что он фактически не принимает два подробных расследования, проведенных его предшественником Деди Барнеа. Он уволил заместителя главы "Моссада" в день своего вступления в должность, хотя ранее тот дважды просил его оставить на своем посту.

Гофман также хочет стратегически пересмотреть всю работу "Моссада", применение силы, наращивание сил и миссии. Возможно, некоторые из них неактуальны, возможно, следует добавить новые миссии.

Новый "чистильщик" не всегда хороший "чистильщик", но он всегда энергичен. Гофман производит впечатление талантливого человека, быстро усваивающего информацию, обладающего очень креативным мышлением, всегда мыслящего нестандартно, возможно, даже за пределами общепринятых норм. Это хорошо. Но это может быть и опасно.

Во-первых, стоит подчеркнуть: Гофмана назначили не для того, чтобы исправить провал "Моссада" в свержении режима в Иране. Хронология неверна. Окончательное решение о его назначении было принято в декабре 2025 года. Война в Иране началась двумя месяцами позже. Более того, если спросить Деди Барнеа, здесь нет никакого провала. Здесь есть подробный план, включающий множество участников, деталей, патентов и сюрпризов, который вообще не был реализован. Президент Трамп остановил его еще до начала.

Этот план, по словам Деди Барнеа, жив и здоров, и он все еще может быть реализован, если только санкции не будут сняты и война, действительно, не закончится нынешним тихим вздохом. В этом случае ожидать нечего. План должен был осуществиться одновременно на заключительных этапах войны, с целенаправленными атаками на инфраструктуру Ирана, отключением света в Тегеране, переброской курдских боевых сил с разных направлений, систематическим нанесением ущерба остаткам руководства и множеством других событий. Теперь это история.

У Гофмана немало недоброжелателей. Он ворвался в "Моссад", как носорог в посудную лавку. У него также немало сторонников и людей, которые считают, что пришло время для острого ума со стороны, чтобы он мыслил иначе. Если усреднить реакции и мнения, которые я слышал на этой неделе о работе нового главы "Моссада", я бы посоветовал ему быть немного скромнее. Он много говорит о скромности, но делает меньше. Увольнение его заместителя, одного из самых уважаемых сотрудников "Моссада", явного идеологического правого и любимца премьер-министра, унизительным образом, которым он был уволен, - это ненужное событие. Это показывает, что Гофману на самом деле не нужен опытный человек рядом. Впрочем, это уже в прошлом.

Взгляды Гофмана на использование "Моссада" для решения вопроса о делигитимизации Израиля в Европе также взрывоопасны. На этой неделе я слышал много предупреждений по этому поводу. "Для этого и существует Министерство иностранных дел", - сказал мне бывший высокопоставленный сотрудник "Моссада". "Мы не можем тратить наши ресурсы на такой вопрос. Это навредит сотрудничеству, работе, всему, чего мы достигли до сих пор".
Назначение Романа Гофмана главой "Моссада" было смелым решением, сопряженным с большим риском. Нам всем следует надеяться, что этот риск увенчается успехом.


Источник: Маарив