США начали давно готовившуюся операцию по силовому снятию блокады Ормузского пролива. Сложно сказать, рассчитывал ли Белый дом на успешные переговоры с новыми властями Ирана всерьез или использовал их как завесу для подготовки военной операции. Однако можно констатировать, что переговоры провалились, и теперь флот и армия США приступают к очередному этапу войны. Цель - выйти из этой самой войны с минимальными внешнеполитическими потерями: Тегеран не должен получить никаких выгод по итогам конфликта. То есть Иран не должен контролировать судоходство в Ормузском проливе, связывающем Персидский залив с Мировым океаном, а также должен быть лишен возможности наносить удары по соседям. Только в этом случае США смогут выйти из плохо спланированной войны без политических потерь.

С военной точки зрения перед США стоит сложная задача: страна собрала в регионе конфликта значительные силы флота и авиации, способные отбить удары иранских ракет и беспилотников. Но Ирану, чтобы держать пролив закрытым, не нужно уничтожать все американские корабли или топить все гражданские суда, идущие через пролив. Достаточно регулярно наносить удары, чтобы радикально снизить трафик. США же нужно уничтожить все угрозы: установки запуска противокорабельных крылатых ракет и дронов, малые иранские катера и потенциальные постановщики мин (ими могут быть даже рыболовные суда). Также важно подавить пусковые установки баллистических ракет, способных угрожать объектам на территории стран Персидского залива и в Израиле.

За время бесплодных переговоров США собрали в регионе силы флота, которые теоретически могут прорвать иранскую блокаду пролива. Однако такая операция сопряжена со значительными рисками потерь кораблей и личного состава ВМС, Корпуса морской пехоты и армии - именно этого добивается Иран и именно этого хотел бы избежать Вашингтон, затевая войну.

Коротко напомним, чем так важен Ормузский пролив

Транспортировка через пролив до войны покрывала значительную часть мирового потребления топлива и удобрений. Закрытие этого судоходного пути уже привело к кризису и ускорению инфляции в странах южной Азии, к глобальному дефициту авиационного топлива и другим последствиям.

Контроль над судоходством в проливе дает новым властям Ирана повод заявить о своей победе в войне: потери, которые Тегеран понес в результате ударов Израиля и США, с его точки зрения, должны быть компенсированы прибылями от платы судов за проход пролива и прилагающимися к этому политическими выгодами. Фактически Иран претендует на экономический и политический контроль над всем Персидским заливом, что, конечно, не устраивает его соседей.

Из-за этого администрация Дональда Трампа - союзника арабских стран Залива - не может просто выйти из войны, сообщив о своей "безусловной победе". США вынуждены провоцировать новую эскалацию. При этом им пришлось пойти на поводу у Ирана и заново спланировать операцию именно там, где ее ожидает противник.

И что именно планируют сделать США, чтобы открыть пролив?

Администрация Трампа назвала операцию по разблокированию Ормузского пролива "Проект Свобода". Что именно подразумевает этот "проект", пока не ясно. Американские чиновники и военные дали два разных описания.

• Центральное командование США (отвечает за действия на Ближнем Востоке) и Трамп сообщили, что пролив будет открыт силой, то есть корабли флота США и авиация будут сопровождать гражданские суда в проливе и его окрестностях.
• После этого анонимные американские чиновники уточнили в комментарии The Wall Street Journal, что речи о силовом сопровождении пока не идет, а "Проект Свобода" начнется с создания финансовых рамок для разблокировки судоходства - то есть оплаты подорожавших страховок для судовладельцев и других подобных шагов.

В первый день действия "проекта" - 4 мая - американские эсминцы, как утверждается, вошли в пролив. Вероятно, это был "пробный камень", а не попытка провести конвой из гражданских судов. Иран ответил ожидаемым образом (несмотря на свежие угрозы Трампа о готовности "стереть с лица земли" тех, кто помешает американскому флоту):

• атаковал несколько судов с помощью дронов и быстроходных катеров;
• попытался нанести удары по самим американским эсминцам;
• запустил десятки ракет и дронов по целям на территории ОАЭ, в том числе по НПЗ в Фуджейре, где возник пожар. 5 мая удары продолжились.

Итогом первого дня действия нового плана стало полное закрытие пролива: даже самые склонные к принятию рисков судовладельцы и экипажи судов не пытаются прорвать блокаду самостоятельно.

Мы подробно писали о перспективах силового прорыва блокады пролива еще месяц назад. Поэтому сейчас просто коротко напомним выводы того текста.

Судя по утечкам, американское командование уже более месяца готовится к организации военных конвоев для сопровождения гражданских судов. Это подразумевает как создание пассивной обороны (средств флота и авиации, способных защитить конвои от иранских средств поражения - дронов, ракет и катеров), так и активные мероприятия - удары по всем возможным пусковым установкам ракет и дронов, штабам и центрам связи на берегу, а также, возможно, высадку морских и воздушных десантов на побережье или острова в проливе.

Угрозы со стороны Ирана разнообразны (и он сразу предъявил их в действии, как только США объявили о "Проекте Свобода" и ввели в пролив эсминцы).

• У страны были и остаются малые катера (в том числе безэкипажные), способные поражать как гражданские суда, так и, при большой удаче, военные корабли.
• Иран уже использовал против гражданского судоходства беспилотники с видеоуправлением. При массированном использовании это сложная цель для военных кораблей, особенно если они будут использованы против гражданских судов из состава конвоя.
• Иран обладал большим арсеналом морских мин разных типов, в том числе с магнитными взрывателями, реагирующими на металлический корпус судна. Большая часть его минных заградителей, способных массированно выставлять мины, была уничтожена (имеются видео- и фотоподтверждения). Однако отдельные минные постановки можно осуществлять и с неспециализированных кораблей, в том числе с гражданских судов. Периодически американские чиновники сообщают о наличии мин в проливе, однако если эти мины и есть, они не мешают гражданским судам (и эсминцам флота США) пересекать пролив по нескольким маршрутам. В любом случае, сплошного минирования пролива Иран не производил.
• Для борьбы с военными кораблями Иран имеет арсенал противокорабельных ракет, пусковые установки которых рассредоточены вдоль побережья Персидского залива, Ормузского пролива и Оманского залива, в том числе в бункерах под горами. Гражданские суда они пока не поражали, однако Минобороны ОАЭ регулярно сбивало некие крылатые ракеты над морем. Также в феврале Reuters сообщало, что Иран пытается получить (в обход вновь введенного в 2025 году оружейного эмбарго) китайские сверхзвуковые крылатые ракеты, которые могли бы стать реальной проблемой для американского флота. Маловероятно, что поставка состоялась до начала войны. Но Иран вполне мог получить и произвести с помощью реинжениринга старые модификации этого оружия.

Флот США способен противостоять этим угрозам. Как это может выглядеть на практике, в интервью председателю вашингтонского военного аналитического центра Silverado Policy Accelerator Дмитрию Альперовичу рассказывал бывший командир авианосца "Джордж Вашингтон", контр-адмирал флота США в отставке Марк Монтгомери.

• До начала проводки конвоев флот и авиация США должны уничтожить максимальное число опасных целей на берегах Ормузского пролива и по обе его стороны. Речь о складах, на которых хранятся дроны, о позициях их операторов, о пусковых установках противокорабельных ракет, о ракетных катерах, складах мин и т. д. На это уйдет не меньше двух недель в случае массированного использования авиационных и морских средств поражения.
• Затем в пролив должны прибыть эсминцы с управляемым ракетным вооружением (УРО). Это основной класс кораблей американского флота, имеющий на борту систему выявления целей и управления огнем Aegis с мощным радаром и пусковые контейнеры для ракет - как ударных, так и перехватчиков воздушных целей SM-3/ SM-6. Последние способны эффективно бороться с высокоскоростными целями, в том числе с баллистическими и сверхзвуковыми крылатыми ракетами. Они в очередной раз показали это во время проводки конвоев по Красному морю во время горячей фазы конфликта США и Израиля с йеменскими хуситами в 2024-2025 годах.
• Вместе с ними должны прибыть боевые корабли прибрежной зоны (Littoral Combat Ship) с установленными модулями для разминирования. Они должны начать разминирование пролива накануне прохода конвоев под защитой ПВО эсминцев.
• Первый пробный конвой из небольшого числа танкеров должны охранять два эсминца (идущих ближе к иранскому берегу). От дронов их должны защищать силы авиации: вертолеты и штурмовики А-10 с авиапушками и истребители с дешевыми (20-30 тысяч долларов) ракетами APKWS с лазерным наведением (с 2021 года адаптированы специально для борьбы с дронами и испробованы в бою против дронов хуситов).
• Если первые проводки пройдут гладко, частоту и численность судов в конвое можно постепенно увеличить, чтобы вернуться к нормальным объемам судоходства. На это уйдет еще несколько недель.
• Нужно будет охранять танкеры не только в самом проливе, но и на расстоянии до 100 километров от него (по обе стороны), а также на рейде у портов стран Залива. Поэтому всего для проводки конвоев и защиты портов региона потребуется около 12-14 эсминцев УРО (или даже больше), считает контр-адмирал Монтгомери. Еще не менее четырех эсминцев должны охранять два задействованных на Ближнем Востоке американских авианосца. Это значительное напряжение сил для флота. Всего для США было построено чуть больше 70 эсминцев УРО с Aegis, из них свободно от других миссий около 40, говорит Монтгомери. Однако половина "свободных" находится в ремонте и на модернизации.

Вероятно, необходимые силы флота были собраны американским командованием в Аравийском море в конце апреля. Однако решение об их массированном применении пока не принято Трампом: такая операция (которая, напомним, должна начаться с ударов по иранским военным объектам на берегу и в глубине его территории) чревата неконтролируемой эскалацией и полной отменой существующего перемирия, чего президент США хочет избежать.

Дело в том, что подобные операции сопряжены с большими рисками: в случае если Иран, несмотря на защиту флота и авиации США, сможет поразить даже несколько танкеров из состава конвоев, судовладельцы из нейтральных стран в массе могут отказаться брать на себя риски. И даже предпочтут платить Ирану за безопасный проход в Оманский залив.

Еще один риск (хотя и менее вероятный) - поражение одного из боевых кораблей США, что чревато не только срывом операции, но и большими внутриполитическими проблемами для Трампа. В узком (фарватер находится примерно в 30 километрах от иранского берега) Ормузском проливе ПВО эсминцев будет сложно реагировать на выпущенные даже из глубины иранской территории высокоскоростные крылатые ракеты. По подсчетам Монтгомери, выпущенная с расстояния в 10-15 километров от берега ракета долетит до кораблей конвоя за 80-90 секунд, что "очень некомфортно" для моряков. В случае если Иран сможет запустить восемь и более ракет одновременно, последствия могут быть критическими.

А можно ли открыть пролив без применения силы?

Тегеран не готов отказаться от "регулирования" судоходства - это важнейший рычаг на периодически идущих переговорах с США. Мало того, власти Ирана, которые считают, что побеждают в войне, твердо намерены закрепить новый статус Ормузского пролива и после окончания конфронтации. Для них это символ победы и, возможно, источник компенсации за разрушения, которые принесла война. "Предложение" о новом статусе кочует из одного иранского "мирного плана" в другой. Поэтому решить проблему Ормузского пролива путем переговоров Вашингтон не сможет.

Но и исключительно военными методами проблему не решить (если не рассматривать маловероятный вариант, при котором война закончится сменой режима в Тегеране на дружественный США). Даже если американский флот сможет наладить проводку конвоев и минимизировать потери для гражданских судов, повышенные риски таких потерь сохранятся. Это приведет к тому, что страховки для судовладельцев будут стоить запретительно дорого (как уже происходит сейчас). Многие владельцы грузов и судов скорее согласились бы платить Ирану за безопасный проход, нежели страховать их по нынешним ценам.

США еще в марте пытались решить эту проблему, оплатив разницу между нормальными и "военными" ценами на страховки через свою Корпорацию международного развития и финансирования (DFC). Это не сработало: большинство судовладельцев отказались от инструмента, пока риски потери судов, грузов и, что важнее всего, членов экипажей остаются запредельными.

Таким образом, единственным выходом для США остается полноценная эскалация с силовым прорывом блокады Ормузского пролива в сочетании с финансовыми мерами. По отдельности эти два инструмента работать не будут. Однако Трамп по-прежнему не может решиться на возобновление боевых действий, вероятно, оценивая потенциальные риски для сил своего флота и опасность провала всей операции. Он, как объясняют подчиненные президента, все еще надеется, что сама угроза военно-морского прорыва заставит Иран поменять позицию на переговорах и открыть пролив для судоходства.