Zahav.МненияZahav.ru

Воскресенье
Тель Авив
+18+13

Мнения

А
А

Что там с апартеидом?

Является ли Израиль государством апартеида? Прежде всего, необходимо спросить: какой Израиль? Собственно Израиль в пределах "зеленой черты" или израильский оккупационный режим на оккупированных палестинских территориях?

pales_flag
Фото: Getty Images

Одно огромное различие в том, что все южноафриканцы – черные, белые, цветные или индийцы – хотели сохранения единого государства. В нашем случае подавляющее большинство с каждой стороны предпочло бы жить в собственном государстве.
 
ТАК ЯВЛЯЕТСЯ ли Израиль государством апартеида? Этот вопрос как был, так и остался, и раз в несколько месяцев поднимает голову.

Само слово «апартеид» часто используют в чисто пропагандистских целях. «Апартеид», точно так же как «расизм» и «фашизм» – риторические заклинания, которыми пользуются, чтобы опорочить оппонента.

Но «апартеид» остается термином с точным значением, применимым к режиму определенного типа. Использование его в отношении других режимов может оказаться правильным, частично правильным или неверным. Точно так же как и выводы, сделанные на основании такого сравнения.

НЕДАВНО у меня была возможность побеседовать на эту тему со специалистом, жившим в Южной Африке в эпоху апартеида. Я многое узнал из этой беседы.

Является ли Израиль государством апартеида? Прежде всего, необходимо спросить: какой Израиль? Собственно Израиль в пределах «зеленой черты» или израильский оккупационный режим на оккупированных палестинских территориях, или оба они вместе?

Мы вернемся к этому позднее.

РАЗЛИЧИЕ двух этих случаев очевидно.

Во-первых, в основе режима ЮАР, как и у его нацистских наставников, лежала теория расового превосходства. Расизм был их официальной верой. Идеология сионизма в Израиле в этом смысле расистской не является, а представляет собой смесь национализма с религией, хотя ранние сионисты были преимущественно атеистами.

Основатели сионизма всегда отвергали обвинения в расизме как вздорные. Расистами были антисемиты, а сионисты были либералами, социалистами и прогрессистами. (Насколько мне известно, лишь один сионист был явным сторонников расизма: Артур Руппин, немецкий еврей, отец сионистских поселений в начале 20-го века).

Затем возникает вопрос о численности. В ЮАР существовало огромное черное большинство, а белые составляли примерно пятую часть всего населения.

В собственно Израиле арабские граждане составляют примерно двадцатипроцентное меньшинство, а на всей территории под израильской властью число евреев и арабов примерно одинаково. В данный момент арабы могут даже представлять небольшое большинство: получить точные цифры очень трудно. Это арабское большинство будет со временем понемногу увеличиваться.

Далее, белая экономика в ЮАР полностью зависела от черного труда. В 1967 году, в начале израильской оккупации Западного берега и полосы Газы, сионистское требование об использовании исключительно «еврейского труда» сошло на нет, и с «территорий» хлынул дешевый арабский труд. Однако с началом первой интифады этот процесс прекратился с удивительной быстротой. Было завезено большое число иностранных рабочих: восточноевропейцев и китайцев, работавших в строительстве, таиландцев – в сельском хозяйстве, филиппинцев – в сфере ухода и так далее.

Сейчас одно из главных занятий израильской армии – не позволить палестинцам незаконно переходить в поисках работы фактически существующую границу с Израилем.

И в этом принципиальное различие двух ситуаций, которым определяется возможное решение проблемы.

Как ни печально, палестинцы, живущие на Западном берегу, заняты преимущественно в строительстве поселений и на предприятиях, которые мои друзья и я призываем бойкотировать. Эта уродливая ситуация объясняется экономической нищетой населения.

В самом Израиле арабские граждане жалуются на дискриминацию, ограничивающую возможность получения ими работы на еврейских предприятиях и государственных учреждениях. Власти постоянно обещают исправить ситуацию с такого рода дискриминацией.

В целом же, ситуация арабского меньшинства внутри Израиля подобна ситуации национальных меньшинств в Европе и в других местах. По закону они равноправны, могут принимать участие в парламентских выборах, представлены в собственных активно работающих партиях, но на практике испытывают дискриминацию во многих областях. Назвать такую ситуацию «апартеидом» было грубой ошибкой.

Я ВСЕГДА считал, что одно из самых важных отличий состоит в том, что израильский режим экспроприирует на оккупированных территориях палестинскую землю под еврейские поселения. Это относится и к частной собственности и к так называемым «государственным землям».

Во время Оттоманской империи земли в городах и поселках были зарегистрированы на имя Султана. При британском правлении они стали государственной собственностью и оставались таковой при иорданском режиме. Когда Израиль в 1967 году оккупировал Западный берег, оккупационный режим завладел этими землями и передал их поселенцам, лишив палестинские города и деревни земельных резервов, которые были им необходимы для естественного роста.

Кстати, после войны 1948 года огромные куски арабской земли в Израиле были экспроприированы, и для этой цели был принят широкий круг законов – не только в отношении собственности «отсутствующих» беженцев, но и земли арабов, объявленных «присутствующими отсутствующими» – абсурдный термин, означавший людей, которые не покинули Израиль, но покинули во время войны свои деревни. Кроме того, «государственные земли» в той части Палестины, которая стала Израилем, также использовались для расселения массы еврейских иммигрантов, устремившихся в страну.

Я считал, что в этом отношении мы были хуже ЮАР. Но мой собеседник с этим не согласился. Правительство апартеида, уточнил он, действовало точно так же, депортируя черных в определенные районы и захватывая их земли «Только для Белых».

Я СЧИТАЛ, что в ЮАР все белые вели борьбу против всех черных. Но оказывается, что с обеих сторон не было внутреннего единства.

На стороне былых были африканеры, потомки голландских поселенцев, говоривших на диалекте голландского языка, называемом «африкаанс, а британцы говорили по-английски. Эти две общины примерно одинакового размера испытывали друг к другу лютую ненависть. Британцы презирали незатейливых африканеров, а африканеры ненавидели британцев. И действительно, партия апартеида называла себя "национальной", потому что считала себя нацией, рожденной в этой стране, тогда как британцы были привязаны к своей родине. (Мне сказали, что африканеры называли англичан «соленым членом», потому что одной ногой они стояли в Южной Африке, другой – в Англии, а член их мокнул в океане).

Черное население тоже было разделено на множество общин и племен, не испытывавших любви друг к другу, что затрудняло их объединение в борьбе за освобождение.

СИТУАЦИЯ на Западном берегу во многом аналогична режиму апартеида.

После Осло Западный берег был разделен на зоны А, В и С, в которых власть Израиля осуществляется разными способами. В ЮАР было много разных бантустанов (резерваций) с разными режимами. Некоторые официально обладали полной автономией, а другие обладали ей частично. Всё это были анклавы, окруженные территориями белых.

В некоторых отношениях ситуация в ЮАР была, по крайне мере официально, лучше, чем на Западном берегу. По закону ЮАР, черные были, по крайней мере, «отдельными, но равными». Общие законы распространялись на всех. Иначе обстоит дело на наших оккупированных территориях, где на местное население распространяется произвольно трактуемый закон военной администрации, тогда как их соседи-поселенцы живут в соответствии с израильским гражданским законодательством.

ОДИН СПОРНЫЙ вопрос: в какой степени международный бойкот ускорил падение режима апартеида, если он вообще оказал на это влияние?

Я спросил об этом архиепископа Десмонда Туту, и он сказал, что влияние было, в основном, моральным. Он поднял самоуважение черной общины. Мой новый собеседник сказал то же самое, но уточнил, что применимо это только к белым. Их дух был подорван.

В какой степени это способствовало успеху? Мой собеседник прикинул: процентов на 30.

Экономический эффект был незначителен, но психологический гораздо более важен. Белые считали себя авангардом западного мира в борьбе с коммунизмом. Неблагодарность Запада поразила их. (Они охотно подписались бы под обещанием Теодора Герцля, основателя сионистского движения, что будущее еврейское государство станет форпостом Европы и стеной на пути азиатского, читай, арабского варварства).

Не случайно апартеид рухнул всего через несколько лет после крушения советской империи: США утратили интерес к его поддержке. Может ли такое произойти и в наших отношениях с США?

(Кстати, молодые южноафриканцы, направленные Африканским национальным конгрессом на учебу в СССР, были удивлены степенью расизма, с которым они столкнулись там. «Они хуже наших белых», – был их вывод).

ОБЛАСТЬЮ, в которой апартеид ощущался наиболее болезненно, был спорт. Крикет в ЮАР – национальное помешательство, и запрет на участие в международных матчах оказался страшным потрясением. Их уверенность в себе была сломлена.

Международная изоляция заставила их глубже задуматься об аморальности апартеида. Они стали всё чаще задавать себе вопросы. На последних выборах белые, в том числе многие африканеры, проголосовали против апартеида.

Будет ли бойкот Израиля иметь такие же последствия? Я в этом сомневаюсь. Евреи привыкли к изоляции. «Весь мир против нас» – для них естественная ситуация. Мне иногда кажется, что евреи почувствовали бы себя неуютно, если бы она стала другой.

Одно огромное различие в том, что все южноафриканцы – черные, белые, цветные или индийцы – хотели сохранения единого государства, и никаких сепаратистов среди них не было. (Давид Бен-Гурион, горячий сторонник раздела в палестинском духе, однажды предложил собрать всех белых ЮАР в районе мыса Доброй Надежды и создать там государство белых в израильском стиле. Никто этим предложением не заинтересовался. Так же было встречено и его аналогичное предложение для Алжира).

В нашем случае подавляющее большинство с каждой стороны предпочло бы жить в собственном государстве. Идея единой страны, в которой говорящие на иврите евреи-израильтяне и горящие на арабском палестинцы буду жить бок о бок как равные, служить в одной армии и платить одинаковые налоги, их совсем не привлекает.

АПАРТЕИД был свергнут самими черными, и никакой криптоколониальный покровительственный тон этого факта не затмит.

Массовые забастовки африканских рабочих, от которых зависела белая экономика, сделали ситуацию белых невыносимой. Массовое восстание черных, проявивших огромную физическую отвагу, оказалось решающим. В конце концов, черные освободили себя.

И еще одно различие: в ЮАР были Нельсон Мандела и Фредерик де Клерк.

Источник: Гуш Шалом

Метки:

Читайте также