Zahav.МненияZahav.ru

Пятница
Тель Авив
+31+24

Мнения

А
А

Маленький, амбициозный и хитрый Катар

Фактически израильтян приглашают в альянс, противостоящий коалиции, в которой главную скрипку играет ненавистник еврейского государства Эрдоган.

02.08.2020
Фото: ShutterStock

Новый альянс, сформировавшийся из Турции, Пакистана, Малайзии и Катара, демонстрирует отход от традиционной модели, когда духовный и религиозный центр ислама находился в арабском мире. Этот альянс носит одновременно стратегический и идеологический характер.


Новый поворот

Анкара и Доха на протяжении ряда лет выступают единым фронтом против Эр-Рияда и Абу-Даби. Поэтому не удивительно, что вице-премьер восточно-ливийского правительства Абдул Салам аль-Бадри, выполняя поручение верховного главнокомандующего ливийской национальной армии маршала Халифы Хафтара, призвал Израиль помочь Восточной Ливии преодолеть кризисную ситуацию в противостоянии правительству в Триполи. Фактически израильтян приглашают в альянс, противостоящий коалиции, в которой главную скрипку играет такой ненавистник еврейского государства, как турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган. С учетом того факта, что в Саудовской Аравии (СА), выступающей на стороне Хафтара, в последнее время звучат антипалестинские (читай произраильские заявления), такой шаг со стороны правительства еврейского государства на первый взгляд был бы вполне оправдан.

Израильский арабский журналист Халед Абу Тоаме пишет в статье с примечательным названием "Палестина - это не мое дело", опубликованной в газете Jerusalem Post: "Палестинцы обвиняют СА и Израиль в том, что якобы они стоят за поношениями палестинцев, и утверждают, что саудовская королевская семья продала Палестину евреям". Более того, некоторые палестинские политические деятели обвиняют кронпринца Мухаммеда бин-Салмана в "сионизме" на том основании, что он поддерживает "нормализацию" отношений с Израилем.

Однако все понимают, что пристрастия в политической игре на Востоке весьма ненадежны. В конце концов еще недавно Турция была не просто самым дружественным Израилю мусульманским государством, а его реальным военным партнером. Но быстро превратилась в непримиримого врага. Так что израильтянам не стоит отказываться от контактов с катарцами, если те на них настаивают.

После секретных переговоров, которые провели в Дохе руководители "МОССАД" ("Израильской политической разведки") и представители командования Южного округа ЦАХАЛ (Армии обороны Израиля) с высокопоставленными должностными лицами Катара, обе стороны заявили об установлении между ними "превосходных отношений".

Майкл Яари, весьма осведомленный эксперт по странам Персидского залива, в статье "Катар - Израиль: неожиданный поворот", опубликованной в газете Jerusalem Post, пишет: "О секретных переговорах мне рассказал влиятельный катарский чиновник, близкий к правительству эмирата, с которым я впервые встречался в 2018 году. В Катаре говорят, что "между высокопоставленными лицами двух стран сложилось полное понимание и оба государства плодотворно сотрудничают".


Не совсем полное понимание

И все-таки "степень сотрудничества" осталась ограниченной, ибо Доха, по большому счету, пребывая в фарватере общеарабской политики, так и не признала Израиль - обмен посольствами не состоялся. Еще в 1996 году Катар установил с еврейским государством торговые отношения, и в том же году, через четыре месяца после убийства премьер-министра Ицхака Рабина, исполняющий обязанности главы правительства Израиля Шимон Перес посетил Катар и Оман. Он лично открыл торговые представительства еврейского государства в обеих странах.

В определенном смысле благодаря Катару израильтяне пробили брешь в бескомпромиссном арабском бойкоте своего государства. Хотя Доха считала, что первыми шаг навстречу евреям сделали саудовцы. И действительно, еще в конце июля 2016 года Израиль с визитом посетила делегация СА, возглавляемая отставным генералом Анваром Эшки. В делегацию входили также саудовские бизнесмены, представители академических кругов и ответственные политические лица. Делегация встретилась с Дори Голдом, в то время генеральным директором МИД Израиля, а ныне президентом Иерусалимского центра по связям с общественностью. Замечу, что Дори, уроженец Соединенных Штатов, выпускник Колумбийского университета, обладает докторской степенью в области исследований по исламской тематике.

В марте следующего, 2017 года в Иордании состоялась встреча нового саудовского кронпринца Мухаммеда ибн Салмана (того самого, которого палестинские деятели обвиняют в "сионизме") с израильскими официальными лицами при посредничестве американской и иорданской сторон. Важно отметить, что на этой встрече обсуждались вопросы военного и разведывательного характера. Кроме того, СА открыла воздушный коридор для индийской авиакомпании, которая осуществляет полеты из Мумбаи (Бомбея) в Тель-Авив. К слову, такой же коридор в прошлом месяце открыл Судан для одной из чилийских авиакомпаний, осуществляющей рейсы в Израиль. Это позволило на два часа сократить время в пути из Сантьяго де-Чили и Сан-Паулу в еврейское государство.Таким образом, СА и Судан сняли воздушную блокаду Израиля, введенную арабскими странами еще в 1949 году.


Кто первым начал строить глазки?

Тем не менее недовольство большинства арабских стран, как говорили в их столицах, "заигрываниями" Катара с Израилем первыми выразили именно в Эр-Рияде. Доха поспешила "вернуть пас", напомнив СА, какая страна, на самом деле, первой начала "строить глазки" израильтянам. Титулованный саудовский "советник престола" Масуд аль-Кахтани в Twitter обратился к занимавшему тогда пост премьер-министра Катара шейху Хамаду бин-Джасему в далеко не уважительном тоне: "Ты, не дождавшись подписания мирного договора, позволил израильтянам развесить свои флаги, заставил девочек преподнести цветы Шимону Пересу во время его визита, а теперь набираешься наглости обвинять нас в нормализации отношений?" Вопрос, понятное дело, задавался "на засыпку", но Эр-Рияду важно было выставить Катар на мировой арене - подчеркиваю: не только в мусульманском мире! - в качестве "еnfant terrible" (в пер. с франц.: "ужасным ребенком"), который использует свои богатсва не на благие цели.

В июне 2017 года несколько арабских стран, включая СА, Египет, ОАЭ, Бахрейн, разорвали дипломатические отношения с эмиратом Катар, обвинив его в поддержке таких террористических группировок, как "Аль-Каида" и "Исламское государство" (обе запрещены в России и ряде других стран). Позже о разрыве дипломатических отношений заявил и ряд других мусульманских стран. Иордания и Джибути понизили уровень своих дипломатических представительств.

Саудиты вменили Катару в вину и налаживание отношений с шиитским Ираном, притом что в январе 2016 года Доха разорвала отношения с Тегераном в знак солидарности с политикой Эр-Рияда. С египтянами у катарцев отношения испортились окончательно, когда в июне 2014 года эмир Катара Тамим бин Хамад Аль-Тани в знак поддержки "Мусульманских братьев" (запрещены в России и в ряде других стран) осудил победителя на выборах президента Абдул-Фаттаха Халила Ас-Сиси и назвал происшедшее военным переворотом.

Что касается Катара и королевства Бахрейн (самого маленького арабского государства, по территории в 13 раз меньше Катара), то их отношения несколько десятилетий осложняет территориальный спор из-за архипелага Хувар (около 30 островов и скал общей площадью 52 кв. км, ближайший из которых находится менее чем в двух километрах от западного побережья Катара) и подводного хребта Фишт Ад-Дибль. Между Дохой и Манамой в 1978, 1982 и 1986 годах происходили пограничные конфликты, которые решались при посредничестве других государств Аравийского полуострова

Небольшой по территории и населению сказочно богатый Катар, конечно же, не может не раздражать СА, Иран, Турцию и Египет, видящих именно себя во главе мусульманского мира. Амбициозность Дохи выразилась и в создании в эмирате в 1996 году самого популярного в ближневосточном регионе телеканала "Аль-Джазира", в передачах которого нередко критикуются режимы соседних государств. Немало средств потратил Катар на финансирование в разных СМИ критических статей об ОАЭ.

Прав Леонид Маркович Исаев, который в диссертации "Политический кризис в арабских странах: опыт оценки и типологизации", представленной на соискание ученой степени кандидата политических наук и защищенной в Институте Африки РАН в 2014 году, пишет: "Среди наиболее значимых факторов, приведших к региональному политическому кризису в арабских странах, оказываются следующие: фактор внутренней конфликтогенности, фактор неустойчивости политического режима, а также фактор исламистов, участвующих в политическом процессе..."

Любопытна и приводимая Леонидом Марковичем типологизация устойчивости политических режимов по "уровню накопления дестабилизации" и "потенциальной нестабильности". Так, к "уязвимому" типу, который характеризуется "быстрой сменой власти под натиском антиправительственных выступлений и последующей полной реконфигурацией политического режима" Исаев причисляет Ливию, Египет и Тунис.

"Патовый тип", по мнению диссертанта, отличают арабские государства с "мощной консолидацией политической элиты и возникающей патовой ситуацией: оппозиция не может свергнуть правящий режим, а режим оказывается не в состоянии подавить оппозицию". Этот тип, считает Исаев, характерен для Сирии, Бахрейна и Йемена.

Если политическая власть способна "быстро урегулировать конфликты мирным путем", то военно-политическое состояние государства Исаев относит к типу "религиозного конформизма". По его мнению, такими странами являются Марокко и Иордания.

Несколько неожиданно характеризует диссертант тип, названный им "протекционистским", который, в его представлении, "отличается "иммунитетом" действующего политического режима (несмотря на его неоднородную и противоречивую структуру) к антирежимным выступлениям". В этот тип Исаев записал самое большое количество арабских стран - Алжир, Кувейт, Оман, Мавританию, СА, Судан, Ирак, а также Палестинскую национальную автономию.

И наконец, последний тип режимов арабских стран определен как "ригидный". И хотя этот термин (от лат. rigidus - твердый, оцепенелый) чаще используется в физиологии, в данном случае его можно считать уместным, ибо он относится к Катару и ОАЭ, государствам, часто оказывающимся в оппозиции к мнению большинства арабских государств. Диссертанту не откажешь в смелости, когда он использует вполне физический термин "резистентность", то есть "сопротивляемость", "невосприимчивость", для характеристики антирежимных, протестных выступлений в указанных странах. Таким термином подчеркивается и "низкий показатель социальной нестабильности".

Действительно, Доха не желает полностью принимать правила игры соседних арабских стран, опирающихся в своей политике на Эр-Рияд. Эмират Катар обладает вполне боеспособной армией, состоящей из сухопутных, военно-морских, военно-воздушных сил и зенитно-ракетных подразделений. На вооружении имеются танки, различные боевые машины, артиллерия.

Правящая династия никогда не жалела денег на спецслужбы. Они состоят из "Полиции расследований", входящей в Министерство внутренних дел, "Управления расследований госбезопасности", нацеленной на противостояние шпионажу, и "Военной службы разведки", отвечающей за борьбу с терроризмом и политическими диссидентами.

Эльдар Османович Касаев в диссертации "Актуальные проблемы социально- экономического развития Катара в начале ХХI века", представленной на соискание ученой степени кандидата экономических наук и защищенной в 2013 году в Институте востоковедения РАН, пишет: "На протяжении последних 10-15 лет экономика Катара превратилась в одну из самых динамично развивающихся в мире. В то время как хозяйства многих стран серьезно пострадали от глобального финансового кризиса, Катару удалось избежать существенных потерь благодаря своевременной реакции со стороны местных властных и предпринимательских структур. Остовом экономики до сих пор остается нефтегазовый сектор, причем основной доход государства формируется за счет средств от экспорта сжиженного природного газа, ежегодный объем поставок которого постоянно увеличивается, а география сбыта расширяется". Кроме того, в эмирате стабильно развивается алюминиевая и сталелитейная промышленности. Значительное внимание уделяется телекоммуникациям, а также энергетическим системам и водоснабжению.

Благодаря деньгам Доха, сформировав политические ресурсы, опять же, не смущаясь своей малости по территории и населению, решительно выступила на мировой арене с претензиями, по крайней мере, на статус региональной державы. В некотором смысле эмират видит себя ближневосточным Ватиканом, могущество которого определяется не только огромными финансовыми ресурсами, но в немалой степени и контролем общественного сознания католического мира.


"Конкурс" надо еще выиграть!

Согласно ряду сообщений СМИ (первое появилось в американском онлайн-ресурсе Buzzfeed), еще в сентябре 2015 года Катар участвовал в закупках оружия в Белоруссии и Болгарии с последующим его транзитом через ту же Болгарию и Румынию сирийским боевикам, противостоящим правительственной армии Башара Асада. Американское издание утверждало, что гранаты и ручные противотанковые гранатометы были закуплены у Софии, а 700 управляемых ракет противотанкового комплекса 9M113 "Конкурс", которых у болгар не нашлись в наличии, закупили у Минска. Этот советский самоходный противотанковый ракетный комплекс был разработан в одном из конструкторских бюро в Туле и принят на вооружение в 1974 году.

Важно иметь в виду, что "Конкурс" закупался армиями таких государств, как Болгария, Белоруссия, Румыния, Египет, Марокко, Ирак, Иран, Эритрея, Туркменистан, Киргизия.

Полковник ЦАХАЛ в отставке Янив Рохов, многие годы проработавший в аналитическом отделе Министерства обороны Израиля, считает, что сведения о "поставках" белорусского оружия сирийским боевикам совершенно не корректны. "Разве Минск продавал оружие какой-либо из сторон сирийского конфликта?" - задает полковник Рохов риторический вопрос и отвечает на него решительным "Нет".

По экспорту вооружения (не только собственого производства, но и закупленного за рубежом, но признанного устаревшим) Беларусь, по данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира, находится на 18-й строчке. Первое место по закупке оружия из Республики Беларусь занимает Китай, второе и третье Вьетнам и Судан соответственно. Но Минск продает оружие также Мьянме, Азербайджану, России, другим странам бывшего СССР и ряду стран Азии и Африки, названия которых не всегда разглашаются.

Полковник Рохов считает, что "Конкурс" мог попасть в Сирию из Египта, в который Россия в период с 1992 по 1995 год поставила 580 ракет 9М113 для бронетранспортеров "Фахд", спроектированных западногерманской фирмой "Тиссен-Хершель" по заказу египетского министерства обороны.

Вполне законно белорусы могли продать оружие любой стране, в том числе и Катару. Ну а проследить за дальнейшей судьбой проданного вооружения всегда трудно. Так, Москва, продавая противотанковые ракетные комплексы "Корнет", производящиеся в Туле, специально оговаривала условие, что эти системы не могут передаваться третьим странам и, следовательно, не должны попасть в руки боевиков радикальных и террористических организаций. Тем не менее "Корнеты" попали в арсеналы ХАМАС и "Хезболлы", боевики которых активно используют их при обстреливании израильской территории. Нельзя исключить и того факта, что болгарское или белорусское оружие не было куплено напрямую. Другое дело, что Катар "в каждой бочке затычка".

Почему Доха решила поучаствовать в перевозке оружия сирийским повстанцам? Согласно одной из версий, Катар просто потрафил Анкаре, которая претендует на значительные территории Сирии. Некоторые эксперты полагают, что Доха мстит Дамаску, отказавшему в прохождении катаро-турецкого газопровода по своей территории. Проект предполагал начало этого газопровода в территориальных водах Катара и Ирана и далее, достигнув Турции, он должен был присоединиться к магистральному газопроводу "Набукко", который не был осуществлен.


Дружба после вражды?

Доха заигрывает с еврейским государством в надежде, что израильтяне не будут препятствовать катарским инвестициям в сектор Газа. Понятно, что эти инвестиции, во-первых, могут стать элементом усиления авторитета эмирата во всем регионе Ближнего Востока. Во-вторых, таким образом Катар получает реальный шанс выступить посредником в переговорах между Израилем и ХАМАС в ситуации, когда многолетние посредники Египет и СА поглощены внутренними проблемами и не могут эффективно влиять на ситуацию.

Арабская пословица гласит: "Что слаще халвы? Дружба после вражды". Израиль закрывает глаза на финансирование Дохой Газы миллионами долларов. Но тем не менее никакая "дружба" между еврейским государством и Катаром сегодня по большому счету невозможна. Эксперт по странам Персидского залива Майкл Яари в упомянутой выше статье пишет: "Катар проводит, без сомнения, исключительно пропалестинскую политику, требует полного ухода Израиля с "оккупированных" территорий" и поддерживает "неотъемлемые права палестинского народа" на свое государство".

Израильские политики и военные наивностью не отличаются. Для еврейского государства предпочтительнее посредничество египтян и саудовцев, набивших руку на "охлаждении" горячих хамасовских голов. Катарцы же сами "озабочены проблемой нехватки квалифицированных дипломатов и политических экспертов". Об этом видный российский востоковед Елена Суреновна Мелкумян пишет в статье "Социальная политика Катара в контексте долговременной статегии развития", опубликованной в "Трудах Института востоковедения РАН" (Вып. 11), вышедших в Москве в 2018 году. Автор, в частности, обращает внимание на тот факт, что "в Катаре был создан филиал вашингтонского Georgetown University, готовящий политиков и дипломатов". При этом университете был организован и исследовательский центр, занимавшийся проблемами международных отношений, прежде всего связанных с регионом Персидского залива и Ближнего Востока. Одновременно Институт политики Рэнд-Катар повысил уровень образовательных и исследовательских программ и их технологическое обеспечение.

Посредническую помощь Дохи израильтяне, конечно же, не отвергли. Совсем немного арабских стран выражают готовность сотрудничать с евреями. Эмират Катар, со своей стороны, вошел во вкус и пытается предложить свое "посредничество" не только на Ближнем Востоке. Осенью 2018 года эмир Катара Тамим бин Хамада бен Аль Тани посетил Эквадор, Перу, Парагвай и Аргентину. Визит катарского монарха в страны Латинской Америки объясняется прежде всего поиском Дохой новых стратегических партнеров в связи с политическим и экономическим бойкотом эмирата рядом арабских стран. Абдулла аль-Асба, главный редактор катарской газеты "Аль-Араб", заметил на страницах своей газеты, что посещение правящего катарского монарха четырех южноамериканских стран "призвано способствовать созданию многовекторного альянса между Дохой и Латинской Америкой".

Опять же дипломатической хватки катарцам заметно не хватает. И "без проб и ошибок" дело не обходится. Так, в июле прошлого, 2019 года Доха, поддавшись призыву западноевропейских стран к государствам со значительной долей мусульманского населения, подписала письмо с выражением протеста против политики китайского правительства в отношении мусульман в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Но уже через месяц Доха проинформировала председателя Совета ООН по правам человека Коли Сека о своем решении отказаться от своей подписи. Отказ Катара хотя бы дипломатическим путем защищать своих единоверцев и других меньшинств в далеком Китае, постоянный представитель этого эмирата при ООН Али Аль-Мансури объяснил следующими словами: "Учитывая наше внимание к компромиссу и посредничеству, мы считаем, что соавторство в вышеупомянутом письме поставит под угрозу наши ключевые внешнеполитические приоритеты. В этой связи мы хотим сохранить нейтральную позицию и предлагаем свою посредническую роль". Такой "обратный ход" Дохи едва ли не закономерен, ибо Китай остается третьим по величине торговым партнером Катара.

В принципе ничего не помешает катарцам в любой момент дать задний ход и в характеризуемых ими сейчас как "превосходные" отношениях с еврейским государством. Неудивительно, что в политических и военных кругах Израиля к активной роли Катара в Газе относятся с подозрением. Со своей стороны, Доха не скрывает, что ее заинтересованность в налаживании отношений с евреями выходит далеко за рамки проблем с Газой. Катар, как и другие мусульманские страны, заинтересован в получении доступа к достижениям Израиля в различных областях науки, и особенно в высоких технологиях.

В конце концов, и израильтянам известна арабская пословица: "Поспешность приводит к раскаянию, а осторожность - к благополучию".

Читайте также