Спасение рядового Шалита
Фото:
Спасение рядового Шалита

"Лучше ужасный конец, чем ужас без конца " – так характеризуют в социальных сетях многие русскоязычные израильтяне ситуацию с обменом капрала Гилада Шалита, проведшего в зиндане свыше 5 лет, на 1027 палестинских заключенных. Один из побочных эффектов этой сделки – идущие в армию мальчики и девочки, которые требуют у родителей обещать, "если со мной случится то же, что и с Шалитом, не платите за меня такой же цены". Почему они это делают?
 
Потому что понимают, что сделка между Израилем и ХАМАС еще не завершена. И не только потому, что Шалит еще не возвращен, а палестинцы не выпущены из тюрем. Не завершена она потому, что израильская сторона еще долго не сможет оценить масштабы цены, которую заплатит за жизнь одного военнослужащего. Израильтяне осознают, что на "Спасение рядового Райана" это никак не похоже. Скорее уж, это звучит как печальное "мы за ценой не постоим", причем за ценой отнюдь не за победу.
 
Начнем с того, что израильская сторона нарушила несколько своих же негласных правил.
 
Во-первых, пленные израильтяне стремительно дорожают. В 1948 г. Израиль менял несколько тысяч пленных на 885 своих граждан, захваченных разными арабскими странами во время войны, т.е. соотношение было примерно 1 к 4. В 1955 г. при обмене пленными с Сирией соотношение было уже 1 к 10 – за 4 израильских солдат плюс один труп отпустили 41 сирийца. Годом позже, во время Синайской кампании, 5500 пленных египетских солдат сменяли на 4 израильских – по 1375 египтян за одного. Далее курс обмена колебался, никогда не приближаясь к "1:1", но до определенного момента по крайней мере не доходил до крайностей – боевиков, террористов "с кровью на руках", как называют в Израиле "разработчиков" терактов, не отпускали. Это положение дел сохранялось до 2004 г., когда в обмен на 433 боевика и 59 тел террористов был возвращен один израильтянин – Эльханан Тенненбаум, похищенный за пределами Израиля, и тела трех военнослужащих израильской армии. Сделка по освобождению Шалита подняла цену более чем вдвое – за него отпустят 1027 палестинцев. Сначала на свободу выйдут 450 заключенных – в их число войдут все приговоренные к пожизненному заключению (то есть виновные в разработке и/или исполнении терактов, итогом которых стали человеческие жертвы). Часть из них отправится на Западный берег и в Восточный Иерусалим, 130 вернутся в Сектор Газа под крыло ХАМАС, и около 40 будут высланы за границу. В числе последних – две женщины. Одна из них, Амна Муна, в 2001 г. разработала и осуществила похищение 16-летнего подростка, который затем был зверски зарезан ее "коллегами". Другая, Ихлам аль-Тамими, содействовала убийству 15 человек во время теракта в пиццерии "Сбарро", взорванной в Иерусалиме в 2001 году.
 
Во-вторых, израильские власти согласились в рамках сделки освободить террористов не только из Газы, контролируемой захватившим Шалита ХАМАСом, но и с Западного берега Иордана – второго анклава палестинцев, где ситуацию пока контролирует ФАТХ во главе с Махмудом Аббасом. Между собой организации находятся на ножах (ФАТХ не может простить ХАМАСу резню, устроенную в Газе после победы на демократических выборах), но публично регулярно мирятся. Соглашение израильтян с ХАМАСом означает сильнейший удар по позициям ФАТХ, который не сумел добиться освобождения своих боевиков.
 
ХАМАС пытался подложить ФАТХ в рамках сделки по Шалиту и другую свинью – добиться освобождения Марвана Баргути, главы боевого крыла ФАТХ, авторитет которого весьма высок среди палестинской молодежи на Западном берегу. Он мог сменить руководство в этом анклаве, сделав его более проХАМАСным, что позволило бы исламистам из Газы контролировать и эту территорию. Баргути израильтяне не отдают, но все равно авторитет Аббаса будет значительно подорван.
 
На самом деле, подобную ошибку Израиль совершает уже второй раз: лидер ливанской шиитской террористической организации "Хезболла" Хасан Насралла обязан своим ростом популярности в стране, да и во всем мусульманском мире, именно вышеуказанной сделке по обмену тел солдат и одного гражданина Израиля на террористов. Причем в ее рамках были освобождены не только ливанские террористы, включая "героя" Самира Кунтара, размозжившего прикладом голову грудному младенцу, но и палестинские – суннитские боевики. Так Насралла доказал заботу обо всей "умме" на фоне своей первой, беспрецедентной победы над сионистами.
 
Следует отметить, что около 70% заключенных, вышедших на свободу в результате сделок, на воле начинают заниматься отнюдь не мирным трудом и выращиванием помидорной рассады, а возвращаются к любимому делу. Организация родственников жертв террора "Альмагор" собрала статистику, которая наглядно это демонстрирует: начиная с Махмуда Хамедана, который вышел из тюрьмы только затем, чтобы через два месяца убить семимесячную девочку Шакед Авраам, 26-тилетнего Эяля Гибербаума и ранить еще двоих, после чего, естественно, он оказался в тюрьме с пожизненным сроком, и заканчивая упомянутым выше Марваном Баргути, который приговорен к пяти пожизненным заключениям: он был одним из лидеров первой интифады (конец 80-х годов), после которой был арестован израильскими властями и депортирован в Иорданию. После 7 лет иорданской "вынужденной эмиграции" он получил разрешение вернуться и принялся за дело: Баргути был одним из идейных лидеров и "разработчиков" второй интифады, и за свои успехи на этом поприще был арестован в 2002 году.
 
Кроме возвращения палестинцев на "рабочий рынок" террора, есть еще одна проблема – сделка приведет к росту мотивации к совершению терактов и похищений среди палестинской молодежи. Как говорилось в одном старом боевике, они поняли, что "вы можете сделать это, выжить и даже рассказать детям". Учитывая тот факт, что сегодня самой высокооплачиваемой и "статусной" является именно эта "профессия", можно понять опасения израильских политологов, предсказывающих возможную третью интифаду.
 
Таким образом, цена сделки по освобождению Гилада Шалита окажется в конечном итоге для Израиля гораздо более высокой, чем кажется на данный момент. Именно поэтому довольно большое число граждан страны и политиков, в частности русскоязычных, открыто осудили заключение сделки с ХАМАС.
 
Ряд общественных деятелей готовится использовать это решение правительства страны как основание для резких изменений в законодательстве и стандартах работы армии и спецслужб. Во-первых, готовятся законопроекты, запрещающие какие-либо сделки по освобождению заключенных в тюрьмах, вне зависимости от обстоятельств, или, как максимум, разрешающие пропорции 1:1.
 
Во-вторых, собирается лобби в поддержку введения смертной казни для террористов и соучастников массовых убийств. Это может остановить ретивых боевиков, знающих сегодня, что в конечном итоге их вызволят в обмен на какого-нибудь нового Шалита или его тело.
 
В-третьих, возможно изменение методик работы силовых структур. Ликвидировать "на расстоянии" будут уже не только тех террористов, кого нельзя взять живьем, но и тех, чей арест может стать причиной для похищения израильских граждан.
 
Ну а в качестве "бонуса" израильтяне подумывают об использовании "обменного курса" 1 еврей =1027 араб в целях самозащиты: за долгие годы конфликта израильские военные акции часто назывались непропорциональными – в них гибло больше арабов, чем израильтян в терактах. Теперь этот тезис можно будет парировать: сами палестинцы ценят свои жизни в 1027 раз меньше, чем евреи.

Шура Монахова

counter
Comments system Cackle