Когда я в 2012 году возражал против судебного процесса над Ольмертом, я делал это не потому, что верил в его невиновность. Как раз наоборот - я думал и до сих пор думаю, что этот человек должен был бы сидеть за решеткой до конца своей жизни. Я был против потому, что, по моему мнению, сам процесс намного опаснее ужасных преступлений Ольмерта.

Лично я бы хотел, чтобы Ольмерт получил возмездие за свои преступления, но я чувствовал, что заключение бывшего премьер-министра в тюрьму нанесет ущерб достоинству государства и нации. И об этом я написал.

Нетаниягу нельзя и близко сравнить с Ольмертом. По сравнению с подавляющим большинством премьер-министров Израиля за все прошедшие годы (то есть всеми, кроме Голды, Бегина и Шамира), Нетаниягу - чист и невинен, как младенец. И, в отличие от Ольмерта, Нетаниягу до сих пор действующий премьер-министр.

Возможно он не самый большой праведник. От приведенных подробностей плохо попахивает. Но его "дела" - абсолютное ничто по сравнению с делами, которые были тайно похоронены или даже не открывались, потому что система не была в этом заинтересована (из последних - это дела Эхуда Барака, Шимона Переса - и теперь, конечно, Мандельблита).

Нетрудно понять, что здесь есть беспрецедентное преследование, начатое по множеству причин. Но каждому честному человеку ясно одно - правосудие не входит в их число.

Я всегда (и сейчас) резко критиковал многие политические решения Нетаниягу. Я говорил очень жесткие вещи, и я думаю, что обычно был прав. 20 лет я был его заклятым врагом, его постоянным кошмаром.

Но даже в самый разгар противостояния я всегда уважительно назвал его премьер-министром Биньямином Нетаниягу, а не "Биби".

Потому что честь премьер-министра - это честь народа, честь государства, честь всех нас. Нации не выжить без самоуважения.

Банда "верховенства закона" неоправданно и мелко унизила действующего премьер-министра. Его заставили предстать перед судом и сфотографировали его унижение без всякой юридической необходимости.

Эта банда, не чувствующая никакой национальной ответственности и унижающая других, дошла до предела низости и унизила своим поступком в основном саму себя.