Синайское откровение и золотое сечение ("Эмор")
Фото: Getty Images
Синайское откровение и золотое сечение ("Эмор")

Совершенство

В недельной главе "Эмор" в ряду прочих законов связанных со священниками, высказывается требование их телесного совершенства: "И сказал Господь Моше, говоря: Говори Аарону следующее: никто из семени твоего в роды их, у которого будет увечье, не должен подходить, чтобы приносить хлеб Бога своего. Никто, у кого увечье, да не подойдет: ни слепой, ни хромой, ни плосконосый, ни уродливый, Ни человек, у которого перелом ноги или перелом руки; Или горбатый, или худой, или с бельмом на глазу, или с коростой, или паршивый, или с поврежденными ятрами. Ни один человек из рода Аарона, священника, у которого увечье, не должен подходить, чтобы приносить жертвы Господни: он увечен, да не подойдет он поднести хлеб Бога своего. Хлеб Бога своего из пресвятого и из святого может он есть; Но к завесе да не подойдет и к жертвеннику да не приступит, ибо увечен он; не должен он бесчестить святынь Моих, ибо Я Господь, освящающий их". (21:16-23)

Далее говорится об аналогичном требовании относительно жертвенных животных. Они также должны быть без порока: "Ничего, на чем есть порок, не приносите, ибо этим не удостоитесь благоволения." (22:20)

Еврейский дух, открывший миру личного Бога и стихию истории, принято противопоставлять духу эллинскому, опиравшемуся на безличный разум и космическую гармонию. Всем известно, какое значение придавалось телесной красоте древними греками, достигшими несравненных высот в искусстве ваяния и славившихся своей приверженностью  спорту. Но как мы видим, идеалы телесного совершенства совсем не чужды также и иудаизму.

Не превращая прекрасное в предмет культа, устремляя свой взор к тому, Кто создал гармонию и продолжает возвышаться над ней, еврейская мысль самой гармонии в тоже время не чурается, и даже предполагает ее как необходимый компонент своей собственной картины мира. Красота занимает в системе иудаизма свое скромное, но все же вполне неоспоримое место. И один важный знак такого отношения, то есть знак безусловного признания определенного значения гармонии скрывается в нашем же недельном чтении "Эмор", а именно в описании последовательности празднования Песаха и Суккота, а также их спутников Шавуота и Шмини Ацерет: "Вот праздники Господни, священные собрания, которые вы должны созывать в назначенное для них время: В первый месяц, в четырнадцатый день месяца, в сумерки, – пэсах Господу. И в пятнадцатый день сего месяца праздник опресноков Господу…. И отсчитайте себе от второго дня празднования, от дня приношения вами омэра возношения, семь недель; полными да будут они; До дня после седьмой недели отсчитайте пятьдесят дней и принесите новое хлебное приношение Господу… В пятнадцатый день седьмого месяца сего – праздник кущей, семь дней Господу. В первый день – священное собрание: никакой работы не делайте. Семь дней приносите огнепалимую жертву Господу; в день восьмой ("Шмини ацерет") священное собрание да будет у вас" (23:5-36)

Если измерить периоды времени между указанными в этом отрывке праздничными датами, то перед нами откроется известная с древнейших времен постоянная совершенства – так называемое "золотое сечение", которое друг Леонарда да Винчи математик Лука Пачоли назвал "божественной пропорцией" (таково было название изданной им книги, проиллюстрированной Леонардо).

"Божественная пропорция"

В "Началах" Эвклида описывается одна удивительная пропорция, которая, как считается, математически впервые была выявлена Пифагом, но задолго до него использовалась в архитектуре, а много позже – начиная с эпохи Возрождения – стала все чаще обнаруживаться в самых разнообразных живых существах, начиная с лепестков, улиток и ящериц, и кончая человеком.

Представим себе человека, пупок которого расположен строго посредине между макушкой и пятками. Такой "симметричный" человек покажется нам коротконогим, почти уродливым, и я бы не удивился, если бы потомка Аарона с такими пропорциями не допустили бы до храмового служения. Какая же пропорция признается нами внутренне сообразной?

В 50-х годах XIX века немецкий профессор Цейзинг измерил около двух тысяч человеческих тел. Согласно данным ученого, соотношение между частью тела над пупком и под пупком составляет 0.38 к 0.62. Это и есть та самая  пропорция, которая просматривается во всем живом и которая отвечает следующей формулировке: Большая часть этого (разделенного на две неравные половины) отрезка во столько раз меньше целого, во сколько меньшая часть меньше большей. Математически точно это соотношение выражается бесконечной иррациональной дробью:  0.618… - (большая часть), и соответственно  0.382… (меньшая часть). В древности был разработан специальный циркуль для практического вычерчивания этой пропорций.

Между тем, если мы взглянем на те даты, которые заданы Торой в приведенном выше отрывке, то обнаружим следующее: от первого дня Песаха до первого дня Суккота проходит 177 дней и столько же от первого дня Суккота до первого дня Песаха. Между тем от последнего дня, привязанного к Суккоту – Шмини Ацерет (дня возобновления годового круга чтения Торы - Симхот Тора) до последнего дня, привязанного к Песаху – Шавуота (дня дарования Торы) проходит в среднем 220 дней. 

Например, в нынешнем 5773 году период между этими датами составляет 219 дней при продолжительности года – 353 дня. Простой расчет показывает, что число дней от Шмини Ацерет до Шавуота в этом случае составляет 0.620… доли от еврейского лунного года. Таким образом, два распирающих годовой круг праздника Торы задают классическую формулу золотого сечения: (не високосный) еврейский год (353-354 дня) во столько раз больше периода времени от Симхат Торы до Шавуота (219-220 дней), во сколько период времени от Симхат Торы до Шавуота  больше времени от Шавуота до Симхат Торы (134).

Нетрудно заметить, что децентрализация сечения годового круга, обеспечивающая в нашем случае "божественную пропорцию", достигается за счет пятидесятницы ("отсчитайте себе от второго дня празднования, семь недель; полными да будут они; До дня после седьмой недели отсчитайте пятьдесят дней"). Между тем, число 50 также занимает не последнее место в ряду математических артефактов, выделяющихся своим "совершенством".

Отмечая особую приверженность ессеев числу пятьдесят, Филон Александрийский пишет: "Они собираются каждые семь недель, поклоняясь не только простому числу семь, но и его квадрату, ибо почитают его святым и вечно девственным. Это канун самого большого праздника, который приходится на пятидесятый день – самое святое и наиболее соответствующее природе число. Оно составлено из суммы квадратов сторон прямоугольного треугольника, который служит началом происхождения бытия". Имеется в виду прямоугольный треугольник со сторонами 3, 4 и 5, сумма квадратов которых (9 + 16 + 25) тождественна сумме квадратов семи и единицы (49 + 1).

Ессеи пользовались в своем роде идеальным солнечным календарем, насчитывающем 364 дня и разбитым на семь пятидесятниц и две недели (отведенные под Песах и Суккот). Таким образом, в их совершенном календаре праздники всегда выпадали на один и тот же (первый) день недели. Но как мы видим, при этом ессеи проглядели совершенство лунного года, продолжительность которого Создатель установил исходя из пятидесятницы, задающей "божественную пропорцию".

counter
Comments system Cackle