Синайское откровение и золотое сечение ("Эмор")
Фото: Getty Images
Синайское откровение и золотое сечение ("Эмор")

Совершенство

В недельной главе "Эмор" в ряду прочих законов связанных со священниками, высказывается требование их телесного совершенства: "И сказал Господь Моше, говоря: Говори Аарону следующее: никто из семени твоего в роды их, у которого будет увечье, не должен подходить, чтобы приносить хлеб Бога своего. Никто, у кого увечье, да не подойдет: ни слепой, ни хромой, ни плосконосый, ни уродливый, Ни человек, у которого перелом ноги или перелом руки; Или горбатый, или худой, или с бельмом на глазу, или с коростой, или паршивый, или с поврежденными ятрами. Ни один человек из рода Аарона, священника, у которого увечье, не должен подходить, чтобы приносить жертвы Господни: он увечен, да не подойдет он поднести хлеб Бога своего. Хлеб Бога своего из пресвятого и из святого может он есть; Но к завесе да не подойдет и к жертвеннику да не приступит, ибо увечен он; не должен он бесчестить святынь Моих, ибо Я Господь, освящающий их". (21:16-23)

Далее говорится об аналогичном требовании относительно жертвенных животных. Они также должны быть без порока: "Ничего, на чем есть порок, не приносите, ибо этим не удостоитесь благоволения." (22:20)

Еврейский дух, открывший миру личного Бога и стихию истории, принято противопоставлять духу эллинскому, опиравшемуся на безличный разум и космическую гармонию. Всем известно, какое значение придавалось телесной красоте древними греками, достигшими несравненных высот в искусстве ваяния и славившихся своей приверженностью  спорту. Но как мы видим, идеалы телесного совершенства совсем не чужды также и иудаизму.

Не превращая прекрасное в предмет культа, устремляя свой взор к тому, Кто создал гармонию и продолжает возвышаться над ней, еврейская мысль самой гармонии в тоже время не чурается, и даже предполагает ее как необходимый компонент своей собственной картины мира. Красота занимает в системе иудаизма свое скромное, но все же вполне неоспоримое место. И один важный знак такого отношения, то есть знак безусловного признания определенного значения гармонии скрывается в нашем же недельном чтении "Эмор", а именно в описании последовательности празднования Песаха и Суккота, а также их спутников Шавуота и Шмини Ацерет: "Вот праздники Господни, священные собрания, которые вы должны созывать в назначенное для них время: В первый месяц, в четырнадцатый день месяца, в сумерки, – пэсах Господу. И в пятнадцатый день сего месяца праздник опресноков Господу…. И отсчитайте себе от второго дня празднования, от дня приношения вами омэра возношения, семь недель; полными да будут они; До дня после седьмой недели отсчитайте пятьдесят дней и принесите новое хлебное приношение Господу… В пятнадцатый день седьмого месяца сего – праздник кущей, семь дней Господу. В первый день – священное собрание: никакой работы не делайте. Семь дней приносите огнепалимую жертву Господу; в день восьмой ("Шмини ацерет") священное собрание да будет у вас" (23:5-36)

Если измерить периоды времени между указанными в этом отрывке праздничными датами, то перед нами откроется известная с древнейших времен постоянная совершенства – так называемое "золотое сечение", которое друг Леонарда да Винчи математик Лука Пачоли назвал "божественной пропорцией" (таково было название изданной им книги, проиллюстрированной Леонардо).

"Божественная пропорция"

В "Началах" Эвклида описывается одна удивительная пропорция, которая, как считается, математически впервые была выявлена Пифагом, но задолго до него использовалась в архитектуре, а много позже – начиная с эпохи Возрождения – стала все чаще обнаруживаться в самых разнообразных живых существах, начиная с лепестков, улиток и ящериц, и кончая человеком.

Представим себе человека, пупок которого расположен строго посредине между макушкой и пятками. Такой "симметричный" человек покажется нам коротконогим, почти уродливым, и я бы не удивился, если бы потомка Аарона с такими пропорциями не допустили бы до храмового служения. Какая же пропорция признается нами внутренне сообразной?

В 50-х годах XIX века немецкий профессор Цейзинг измерил около двух тысяч человеческих тел. Согласно данным ученого, соотношение между частью тела над пупком и под пупком составляет 0.38 к 0.62. Это и есть та самая  пропорция, которая просматривается во всем живом и которая отвечает следующей формулировке: Большая часть этого (разделенного на две неравные половины) отрезка во столько раз меньше целого, во сколько меньшая часть меньше большей. Математически точно это соотношение выражается бесконечной иррациональной дробью:  0.618… - (большая часть), и соответственно  0.382… (меньшая часть). В древности был разработан специальный циркуль для практического вычерчивания этой пропорций.

Между тем, если мы взглянем на те даты, которые заданы Торой в приведенном выше отрывке, то обнаружим следующее: от первого дня Песаха до первого дня Суккота проходит 177 дней и столько же от первого дня Суккота до первого дня Песаха. Между тем от последнего дня, привязанного к Суккоту – Шмини Ацерет (дня возобновления годового круга чтения Торы - Симхот Тора) до последнего дня, привязанного к Песаху – Шавуота (дня дарования Торы) проходит в среднем 220 дней. 

Например, в нынешнем 5773 году период между этими датами составляет 219 дней при продолжительности года – 353 дня. Простой расчет показывает, что число дней от Шмини Ацерет до Шавуота в этом случае составляет 0.620… доли от еврейского лунного года. Таким образом, два распирающих годовой круг праздника Торы задают классическую формулу золотого сечения: (не високосный) еврейский год (353-354 дня) во столько раз больше периода времени от Симхат Торы до Шавуота (219-220 дней), во сколько период времени от Симхат Торы до Шавуота  больше времени от Шавуота до Симхат Торы (134).

Нетрудно заметить, что децентрализация сечения годового круга, обеспечивающая в нашем случае "божественную пропорцию", достигается за счет пятидесятницы ("отсчитайте себе от второго дня празднования, семь недель; полными да будут они; До дня после седьмой недели отсчитайте пятьдесят дней"). Между тем, число 50 также занимает не последнее место в ряду математических артефактов, выделяющихся своим "совершенством".

Отмечая особую приверженность ессеев числу пятьдесят, Филон Александрийский пишет: "Они собираются каждые семь недель, поклоняясь не только простому числу семь, но и его квадрату, ибо почитают его святым и вечно девственным. Это канун самого большого праздника, который приходится на пятидесятый день – самое святое и наиболее соответствующее природе число. Оно составлено из суммы квадратов сторон прямоугольного треугольника, который служит началом происхождения бытия". Имеется в виду прямоугольный треугольник со сторонами 3, 4 и 5, сумма квадратов которых (9 + 16 + 25) тождественна сумме квадратов семи и единицы (49 + 1).

Ессеи пользовались в своем роде идеальным солнечным календарем, насчитывающем 364 дня и разбитым на семь пятидесятниц и две недели (отведенные под Песах и Суккот). Таким образом, в их совершенном календаре праздники всегда выпадали на один и тот же (первый) день недели. Но как мы видим, при этом ессеи проглядели совершенство лунного года, продолжительность которого Создатель установил исходя из пятидесятницы, задающей "божественную пропорцию".

counter
Comments system Cackle
Загрузка...