Zahav.МненияZahav.ru

Пятница
Тель Авив
+24+13

Мнения

А
А

Учение демократии согласно принципам Менахема Бегина

Неужели глубочайшая ответственность перед принципами демократии и либерализма противоречит национальным перспективам и обязанностям соблюдать безопасность страны? Неужели политические интересы могут противоречить стремлениям к гражданским свободам?

menahem_begin
Фото: Getty Images

К 20-летию со дня смерти Менахема Вольфовича Бегина, премьер–министра Израиля с 1977 по 1983

Неужели глубочайшая ответственность перед принципами демократии и либерализма противоречит национальным перспективам и обязанностям  соблюдать безопасность страны? Неужели политические интересы могут противоречить стремлениям к гражданским свободам? Учение Менахема Бегина доказывает, что истинная демократия - это сочетание соблюдения гражданских прав и основ и интересов национальной безопасности.

Мы попытаемся сравнить два подхода к демократии: общественно-политический и философско-теоретический. Согласно политическому подходу есть противоречие между национальными интересами и либеральной демократией. Считается, что чем ярче выражены националистические  идеи, тем меньше ответственность перед демократией. И наоборот: чем больше в определенном человеке уважения к демократическим ценностям, тем меньше он привержен национальным идеям. Согласно второму подходу – философскому - возможен конфликт между правами частных лиц и национальной безопасностью.  

Есть ли противоречие между национальной и демократической  доктринами?  Менахем Бегин своей жизнью и своим учением опровергал этот постулат, сочетая глубочайшую заботу о соблюдении норм гражданского права с борьбой за интересы страны. Никто  не оспаривает  его национальное мировозрение, приверженность безопасности Израиля и то,  что  Менахем Бегин был демократом,  либералом и  ярым борцом за соблюдение и защиту прав человека, даже если они в некой мере шли вразрез с интересами национальной безопасности.       

Бегин был и националистом и демократом. Он верил в то, что человек рождается свободным, со всеми правами, но одновременно несет ответственность перед государством. Известна его точка зрения,  высказанная во время пребывания Бегина в Kнессете третьего созыва: «Государственная необходимость может быть превыше гражданских прав, но обязанность любого государства прежде всего обеспечить право человека на достойную жизнь». В речи в связи с формированием четвертого правительства Израиля 16 декабря 1959 года Бегин говорил об основополагающих принципах  национального существования и о том, что понятие «демократический подход» куда более широко, чем «власть большинства», а не просто альтернативен ему. Он настаивал на том, что «без оппозиции нет демократии, без нее соблюдение свободы человека в опасности».

Менахем Бегин также настаивал на том, что Kнессет - не только законодательный орган. Он не был согласен с формулировкой, что представители  большинства нации занимаются только законотворчеством, а считал, что Kнессет обязан следить за государственной властью и ее действиями и одновременно защищать суверенитет  народа. Бегин отдавал себе отчет в том, что власть большинства может стать тиранией для меньшинства и потому настаивал на введении  определенных ограничений, считая что полномочия палаты представителей - то есть Kнессета – должны быть определены  заранее самим народом Израиля, опасаясь, что в Kнессете – в избранном большинстве - может появиться группа с диктаторскими замашками.

Бегин прекрасно понимал, что между риторикой и реальной властью существует огромная пропасть и пытался на практике осуществить теорию  разделения исполнительной (правительство), законодательной (Kнессет) и судебной (Верховный суд) власти, учитывая, что Kнессет  близок к правительству и будет пытаться воплотить в жизнь его решения. Бегин предупреждал, что хотя формально правительство зависит от Кнессета, который может вынудить правительство уйти в отставку, на деле правительство формируется партийным большинством в Кнессете, которое и проводит законы действующего правительства и «проваливает» законы оппозиции. Другими словами, даже в условиях парламентского правления, зачастую правительство является и законодательной, и исполнительной властью. 

Из всего этого  следует, говорил Бегин, - необходимость конституционного закрепления прав человека. И этот его призыв сегодня не менее актуален, чем сорок лет назад. «Придет день, и будет избрано правительство, которое исполнит главное обещание, данное народу со дня образования государства – принятие демократической конституции законодательным путем». 

Зачем нужна конституция  власти большинства? 

«Когда будут  приняты конституционные гарантии гражданских свобод и свободы  народа, тогда народ освободиться от страха, от голода и от страха перед  голодом.

Этот день придет. И мне кажется, что он уже недалек».

Из речи в Кнессете 9 июля 1956 года.

Бегин считал, что судебная система должна гарантировать защиту прав человека перед властью большинства; что свобода должна иметь законодательную поддержку. Отсюда вытекало его решение относительно "верховенства права", выраженное в независимости судей и Верховного Суда. Одновременно он предупреждал: «Нельзя назвать демократией положение, когда пять, или семь, или одиннадцать человек, не выбранных народом, смогут отменить законно принятые решения Кнессета». Вместе с тем Бегин писал: «Ничто не может помешать так называемой демократии вмешиваться в личную жизнь граждан, устраивать обыски, просматривать письма, врываться в частные дома или заключать под арест человека, который окажется подозрительным или неугодным правительству. Такая демократия - фальшива, фактически – это запрограммированная и узаконенная тирания. Такое или аналогичное положение может навести ужас на граждан, которые должны быть свободны в выборе главы правительства между существующим лидером и его политическими противниками. Разрешить подобную дилемму может только Верховный суд, что, впрочем, не означает автократии судейства».

Бегин считал, что в определенных обстоятельствах – как при тоталитарных, так и при демократических режимах, парламентское большинство может стать игрушкой в руках властей, прикрытием для произвола. Так что народ, если он выбирает свободу, обязан определить свои права в отношении палаты представителей - то есть членов Кнессета, дабы они, занятые обслуживанием власти, не имели возможности отменить эти права. 

Определение гражданских свобод и власть закона

«Для того, чтобы занять решающее положение, суд, прежде всего, должен быть независимым. Судебная власть обязана защищать граждан от власти, и потому судейство не может быть связано с политическими назначениями, а независимость судей должна быть возведена в статус государственного закона». Из этих слов Бегина следует, что его национальная позиция не мешала ему, как истинному демократу, беcкомпромиссно поддерживать принципы равенства граждан вне зависимости от страны происхождения, национальности или вероисповедания. Именно Бегин предложил Кнессету отменить правила военного времени, оставшиеся в наследие от Британского мандата, в частности систему административных арестов, и предоставить всем гражданам государства полные права, в том числе и израильским арабам, несмотря на то, что они не служат в армии. «Действительно, арабы в отличии от друзов, не служат в ЦАХАЛе, но так решили мы сами – евреи – приняв во внимание моральные аргументы, которые могут встать перед арабским населением в случае, если начнется война; перед дилеммой, знакомой многим поколениям евреев».

Менахем Бегин также многократно подчеркивал необходимость конституционной защиты свободы слова на уровне Первой поправки к конституции США о защите свободы выражения мнений, без которой не может быть истинной демократии, подчеркивая необходимость нелицеприятной критики. В речи в Кнессете 9 июля 1956 года Бегин предлагал Кнессету добровольно ограничить некоторые полномочия, могущие вступить в противоречия с гарантиями свободы слова. 

Лучший пример своим принципам подавал сам  Бегин. Так, в интервью о свободе собраний, данном ему судье Ицхаку Замиру, юридическому советнику правительства, рассказывалось, что в дни Первой Ливанской войны в считанных метрах от дома Бегина проходила постоянная круглосуточная демонстрация, участники которой ежедневно обновляли на транспарантах данные о количество погибших в Ливане солдат ЦАХАЛа. Бегин признал, что это ущемляло его самолюбие, но, несмотря на рекомендации сил внутренней безопасности, он отказался дать приказ перенести демонстрацию в другое место. 

Известна также его реакция на постановление  БАГАЦа о незаконности поселения Алон Морэ. На заседании правительства в связи с этим решением часть министров призывали к невыполнению этого судебного решения, но Бегин прервал их и разъяснил, что правительство обязано выполнять постановления суда.

Менахем Бегин не раз доказывал, что, даже находясь на вершине власти, необходимо подчиняться законам демократии, которую могут власть ограничить, и что необходим судебный надзор за властью законодательной и исполнительной. Он продолжал доказывать, что нет конфликта между заботой о национальной безопасности и стремлением к защите прав человека и обеспечении прав меньшинств в демократическом обществе, предупреждая о популистской опасности излишнего использования понятий "патриотический" и "национальный". 

Израильский институт демократии

Источник: zahav.ru

Метки:

Читайте также