Египет: ситуация после парламентских выборов
Фото: Getty Images
Египет: ситуация после парламентских выборов

Американцам в Египте придется теперь выбирать из двух «зол»: либо «наплевать» на все «демократические ценности» и открыто поддержать египетских военных, либо постараться наладить некий конструктивный диалог с лидерами «Братьев-мусульман». А скорее всего, постараться достигнуть компромисса и с теми, и с другими.

Исламисты сейчас уверенно контролируют обе палаты парламента и, как представляется, основная борьба за власть сейчас развернется не между «религиозными» и «светскими» партиями, а между фундаменталистами в лице «Братьев-мусульман» и салафитами в лице партии «Нур». Если называть вещи своими именами, то под последней необходимо рассматривать конгломерат тех сил, которые на Западе привыкли обозначать термином «Аль-Каида». Это четко выраженный салафитский сегмент в политической мозаике Египта появился не случайно. Еще с 70-х годах прошлого века, пользуясь недальновидностью египетских властей, Саудовская Аравия развернула в стране целую сеть своих благотворительных организаций и школ, которые сумели на сегодняшний день «взрастить» очень серьезный слой проповедников и имамов. Последние настроены крайне враждебно по отношению не только к традиционному египетскому духовенству, но и вообще к любым мусульманским течениям. В данном случае мы имеем классический образчик «иранского революционного духовенства первой волны» наоборот со всем его мракобесием и фанатизмом.

То, что сейчас предлагает предпринять салафитская партия «Нур» в политической и общественной жизни страны абсолютно не укладывается в систему «турецкой модели» и является самым основным вызовом для Египта за весь период его существования в качестве независимого государства. Они планируют вести подушную подать для тех, кто не желает жить по законам шариата, а также ликвидировать культовые сооружения других религиозных конфессий на территории страны. Собственно весь 2011 год салафиты усиленно «выживали» из страны христиан-коптов, организуя нападения на их церкви и устраивая погромы. В результате страну покинуло 100 тыс. христиан. Доставалось и другим конфессиями: разрушались шиитские мечети и суфийские мавзолеи. Активисты «Нур» озвучивают требования и другого порядка: запретить совместное обучение, женские парикмахерские, ввести запрет на алкоголь, и т.п.

Разногласия между «братьями» и салафитами в принципе носят фундаментальный характер и распространяются на основы законодательного устройства Египта. Салафиты стремятся к конкретизации и бескомпромиссному закреплению основ шариата в будущей конституции страны. По их версии, шариат должен является единственным источником права в стране, а не «не одним из источников», как прописано сейчас в обновленной конституции. Принцип «демократии», как его понимают на Западе, ими полностью отвергается. При этом «братья» выступают «за равные права всех граждан», в то время как салафиты этот момент отрицают. Принципиальный тезис «братьев» - построение светского государства на основе шариата. Салафиты отрицают любое светское устройство страны. Сразу отметим, что программа египетских фундаменталистов является более приемлемой для всего спектра населения Египта. Что же касается международных договоров, которые были заключены при прежнем руководстве, то вопрос о возможной ревизии соглашений с Израилем старательно «замалчивается» как «братьями», так и салафитами.

Обе эти партии в настоящее время финансируются саудитами и катарцами. Причем, если Эр-Рияд поддерживает салафитов, то катарцы – «братьев». В качестве «приводного ремня» здесь используется известный богослов Юсеф Кардауи, который находится в тесной зависимости от Дохи. Еще в период «революции» катарцы играли очень большую роль в разжигании беспорядков. По некоторым данным, они передали исламистам порядка 100 млн долларов в тот период. Понятно, что в планах аравийских монархий создание подконтрольного им государства в стратегически важном для них районе. При этом говорить о прямой и безусловной подчиненности «братьев» Катару было бы преждевременно, поскольку рано или поздно их интересы войдут в глубокое противоречие. И первые «звонки» уже прозвучали, когда руководство «братьев» отказалось встречаться с Каире с представительной делегацией из Дохи. Это еще одно важное отличие «братьев» от салафитов. «Братья-мусульмане», несмотря на свою наднациональную риторику, все-таки тяготеют к конкретной стране. Отсюда и разногласия между сирийскими, ливийскими, иорданскими и египетскими «филиалами». «Братья» превратились из интернационального клуба в политические партии, которые ведут свою игру «под религиозным соусом», но решая при этом ровно такие же задачи, как и другие политические организации.

В этой ситуации крайне маловероятным выглядят оценки ряда аналитиков о возможном союзе в парламенте между фундаменталистами и салафитами, что приведет к резкой радикализации страны. Этого не произойдет, если только армия не решится повторить «алжирский сценарий». Очевидно, что сейчас «братья» почти в два раза опережают по популярности салафитов. Это видно и по распределению мест в парламенте (233 на 121). Безусловно также и то, что «братья» взяли курс именно на конституционное светское развитие государства со своими, конечно, оговорками. Но этот принцип основополагающий. Салафиты рассматривают же свое участие в парламентской деятельности только как средство временной борьбы за фундаментальные изменения конституционного устройства Египта с целью превращения его в некое подобие халифата.

Это кардинальное противоречие в тактике, которое приведет «братьев», со временем, к блокированию со «светскими» депутатами в парламенте и созданию тем самым конституционного большинства, которое поддержат военные. При таком сценарии салафиты могут уйти с арены цивилизованной борьбы и могут перейти к более радикальным методам. И это очень вероятный вариант развития событий. А рычагов влияния на Каир у Вашингтона практически нет.

counter
Comments system Cackle