Исламисты: закручиваем гайки – ни комедий-опереток, ни бикини, ни дней Святого Валентина…
Фото: Getty Images
Исламисты: закручиваем гайки – ни комедий-опереток, ни бикини, ни дней Святого Валентина…

Исламисты потихоньку вживаются во власть и ведут себя так, словно всю жизнь только и делали, что руководили государствами, этносами, миром…

Удобно вписались в правящие кресла и воровато отводят глаза в сторону, когда им напоминают о том, что люди, народ доверились им, вручили им «жезл и скипетр».

Есть сведения, что именно для народа, который они рассматривают как публику в новом сценическом действе, исламисты готовят «приятные сюрпризы». И не скрывают, что за годы подполья, гонений, преследований, «годы безвременья», когда мусульманам-консерваторам не позволяли утверждать в обществе свои концепции и идеи, а все попытки самовыражения пресекались, в них накопился праведный гнев. Он ищет выхода и взывает к отмщению.

Вот об этом нынче все пересуды. А мы-то ожидали, что исламисты окинут свежим, политически незамыленным взглядом несчастную страну и с молитвой на устах возьмутся выправлять опасный экономический крен – последствия потрясений «25 января». Крен – это еще мягко сказано. В беседе со мной наши эксперты говорят об экономическом коллапсе.

Или исламисты энергично взялись за восстановление норм и устоев социальной жизни общества, тоже основательно подорванных? Мы не услышали внятных разъяснений по поводу мирного договора с Израилем, заключенного в 1979 году. А это ключевой вопрос свершившейся революции, ибо он у всех на устах. Правда звучит обыденно, в «бытовом, скажем так, формате»: как будем жить дальше. Ответа на этот вопрос от облеченных властью фундаменталистов ждут и радикалы, и умеренные, и рабочие, и разносчики, и мелкие торговцы, и феллахи.

Исламисты, развернув жаркую полемику по вопросам новой социальной и религиозной этики, указали приоритетное направление: куда пойдем и как будем жить. С первых же заявлений возникли опасные противоречия, которые, углубляясь, наверняка разрушат ткань египетского общества, истончив скрепляющие нити, приведут к его дезинтеграции. Подобное будет твориться до тех пор, пока заблудшие египтяне не ступят на верную стезю.

А пока всех нас просят не беспокоиться по поводу Дня Святого Валентина. Праздник влюбленных отменяется, как и красные облачения, принятые в этот день во всем цивилизованном мире. Святой Валентин объявлен вне закона…

Бикини спрячьте подальше. В бабушкины сундуки. Исламисты намекают, что, дескать, не вредно бы вернуться к старым добрым временам, когда приморские пляжи были разделены на мужскую и женскую половины. Дамам, желающим окунуться, строго предписывалось входить в воду в длинном, до пят, одеянии, скрывающем все и вся, в том числе и лицо. Под суровым оком заново народившейся  полиции нравов.

Кстати, полицию собираются наделить широкими полномочиями: задерживать женщин, не облаченных в хиджаб, «заметать» нечестивых дам, осмелившихся на людях (какой скандал!) прикоснуться в рукопожатии к руке мужчины.

Только дай волю, и низменные инстинкты одолеют нас. И, как когда-то, запылают уютные магазины и киоски музыкальных записей,  кофейни, где звучит западная музыка. Салафисты уже заявили о том, что египетские древности с точки зрения сурового ислама – запрещенные религией идолы, их следует предать огню. Сфинкс и пирамиды – идолы. С ними следует поступить так, как поступили талибы с великими творениями древних зодчих – бамианскими статуями Будды в Афганистане. Мощный заряд тринитротолуола – и наша цивилизация утратила бесценное послание наших предков…

Вообще, салафисты уведут общество в дремучесть, если будут внедрять свои вековые традиции. Подобные вот таким: женщина под страхом суровой кары не должна прикасаться ни к огурцу, ни к банану…  К чему бы это?

Прорыв к власти исламистам ничего не стоил. Все за них сделали молодые революционеры, насколько благородные и романтичные, настолько же и не искушенные в политике. За это доверие  консервативные мусульманские партии платят тем, что упорно насаждают свои доктрины и свои верования, основанные на морали тех суровых, средневековых времен, когда они писались. Добро бы путем открытых дискуссий и диалогов. Нет, исламисты предпочитают насильственное внедрение своих идей в определенные, ими же избранные, группы общества. Демократия у нас подобна луне: светлая сторона, темная сторона. На этой, невидимой, стороне и творятся непристойные дела. Под прикрытием светлой стороны – кое-каких все же проявлений подлинной демократии, которые позволяют исламистам уверенно прокладывать путь к вершинам автократического правления.

А впереди нас ожидают «новые откровения». Получив обвальное большинство в Народной Ассамблее (Меджлис аш-Шааб), исламисты будут решать судьбу многого из того, что составляет своеобразие и уникальную ценность египетского общества. Можно с уверенностью сказать, что будут приняты декреты о запрете танцев живота и закрытии театров, где это древнее искусство привлекает людей из многих стран мира. Женщинам повелят «омывать телеса и плавать» только в глухих, закрытых от глаз деревянных закутках, выстроенных на морском берегу. Будет введен официальный дресс-код – чадра, хиджаб…  Разумеется, запрет на алкоголь.

Исследование поведения исламистов приоткрывает любопытную истину: они имитируют иудеев, фанатично соблюдающих Тору. Причем те ее положения, которые выгодны им одним. Заставляя изрядно страдать определенную часть израильского общества. Исламисты избирательно выхватывают из фундаментального ислама то, что годами накатано и что перестраивать и видоизменять не следует.

Жертвой подобных «гормональных изменений» стал Адель Имам, любимый в Египте и арабском мире актер комического амплуа, комедиограф, поставивший блистательные спектакли, веселые оперетки, густо замешанные на народном диалекте, юморе и быте людей весьма скромного достатка.

Салафисты сорок лет ждали своего часа, и он пробил. Художника привлекают к уголовной ответственности за «оскорбление ислама и чувств верующих» в его фильмах, ролях и спектаклях. Дело представляют так, будто Адель Имам, как некий чужеродный пришелец, ворвался в Арабскую Республику Египет на танке и, направив оружие на египтян и многомиллионную арабскую аудиторию, заставлял всех смотреть свои фильмы и спектакли на протяжении всей многолетней творческой карьеры…

Чего же они столько выжидали? Честнее было бы, если салафистские  адвокаты предъявили свои обвинения комедиям Аделя в «эру правления нечестивого и кровавого тирана», как исламисты величают бывшего президента Хосни Мубарака.

Стало как-то тревожно за судьбу интеллигенции, когда артисты, художники, писатели открыто заявили, что не позволят лишать себя свободы слова, выражения творческой мысли, дарованных им нынешней Конституцией.

Заняв парламентское большинство, благодаря хитрости и  изворотливости своих лидеров, осознавших, что революция – это всерьез и надолго, исламисты приносят в жертву интересы людей и объявляют войну египетской культуре. Как будто нельзя заняться ничем более серьезным: экономика в коллапсе, о структуре безопасности лучше и не говорить. Два серьезнейших вызова! Кто на них ответит, если не новые власти…

Исламистам следует доказать, что их партии обладают всеми необходимыми предпосылками политического правления и что сами они пригодны для такой работы.

Пока же они вовлечены в успешную борьбу за собственные доктрины. Их окончательная победа возродит давно забытую колониальную стратегию – разделяй и властвуй.

Амаль аль-Хаззани"Asharq Alawsat", Великобритания

counter
Comments system Cackle