Уточню сразу, на берегу Средиземного моря: речь не обо всей русскоязычной общине. Речь о конкретной ее части, но, к сожалению, довольно многочисленной. Да, среди них непропорционально много тех, кто приехал в девяностые, в начале 2000-х. Это не приговор происхождению, а наблюдение среды, которая воспитала определенный тип людей.

Их выдают не столько политические взгляды, сколько рефлексы.

Когда в Газе гибнут дети, они говорят: "Там мирных нет". Одной фразой вычеркивается полтора миллиона человек, треть из которых - маленькие дети. Они не говорят: "там есть виновные", а "там нет невиновных". А это уже паспорт самого настоящего геноцидника и фашика, ущерб от которого больше, чем от всех антисемитов вместе взятых.

Когда речь шла об ударах по мостам, инфраструктуре и всему, что связано с Ираном, они предлагают бить не раздумывая. "Давайте бомбить" - и все. Иранские дети, которых режим поставил в качестве живого щита, не останавливали их. Даже жизнь ребенка для них не аргумент.

Если кто-то из своих - режиссер, журналист, художник - говорит не то, они требуют "растерзать предателя". Не поспорить, не осудить - растерзать, закидать камнями, разгромить дом родителей, судить и расстрелять. Как там написано: от избытка сердца говорят уста. А сердца их переполнены злобой и агрессией.

Там, где можно поддержать жестокость, они рядом. А там, где нужны милосердие, сомнение и человечность, их не слышно.

Недавняя трагедия с одним ярким человеком, послужившая триггером для многих, опять напомнила о людоедах, живущих среди нас, не имеющих ни такта, ни понимания, ни сочувствия.

Жестокий строй империи зла многое объясняет, но не служит оправданием: "жалость унижает человека", "милосердие - поповское слово". Через девяностые, переезд, унижение и неопределенность прошли сотни тысяч людей. Многие все же остались людьми: работали, растили детей, пытались понять чужую боль. Дело даже не в стране исхода, а в том, работал ли над собой человек.

У многих из них техническое, инженерное, "точное" образование - и почти полное отсутствие гуманитарного опыта: "Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки". Они знают, как устроен мотор, но не понимают, зачем нужна жалость. Их учили решать задачи, но не учили рефлексии. А если человек не заполняет свою душу светом, она остается пустой. И эту пустоту легко заполняет тьма - ненависть и злоба. Сначала они звучат в его голове, потом - в комментариях, а затем превращаются в требования крови.

В них просыпаются самые мерзкие установки - даже у тех, кто считает себя интеллигентом. Особенно у них. Псевдоинтеллигент, который ненавидит, опаснее откровенного хама: он выдает жестокость за принцип и как бы умело аргументирует, так как научился составлять слова и манипулировать чувствами толпы.

Им нужен кумир, и они его нашли. Человек, превративший некогда приличную партию в клоунаду, считающий естественными союзниками злодеев. Он не просто ведет страну - он придает их ненависти законный вид. Дает ей язык, знамя и чувство правоты.

Цель этого кумира и его свиты проста и страшна: превратить Израиль в религиозно-националистический фашизм. Не сделать его сильной страной, а превратить в страну прокаженных, откуда адекватные, разумные и умные люди уедут без оглядки.

Молодые, недавно приехавшие в Израиль, видят это трезво. Спросишь про этих из 90-х, отвечают - они какие-то злые. Это точнее многих рассуждений. Не "иные", не "сложные", не "с травмой". Злые. И каждый день они сами делают этот выбор - каждым комментарием, пропитанным их злобой.

Вы не жертвы истории. Вы ее соучастники. Вы выбрали тьму и требуете, чтобы ее выбрали все вокруг. Вы кричите о предателях, но сами предаете страну, которая вас приняла, и народ, к которому теперь принадлежите. Вы хотите кумира, который приведет вас к фашизму, - и получите его. Впрочем, на этот раз - вы проиграете. Бог не может настолько ненавидеть Свой народ, чтобы и дальше царила вся эта мерзость.

Кстати, каждый, кто молча взирает на происходящее, тоже делает выбор. Когда все молчат, тьме намного легче заполнять пространство.