Фильм NAZA представляет искаженную, вводящую в заблуждение и не соответствующую действительности картину процесса планирования целей и нанесения ударов ЦАХАЛом. Повествование фильма основано на существенных фактических ошибках, возникших в результате искаженной и манипулятивной подачи материала.

Вкратце, вопреки утверждениям, содержащимся в фильме:

1. Обязательные инструкции ЦАХАЛа четко и однозначно проводят различие между террористами и мирными жителями Газы, не участвующими в боевых действиях. Процедуры нанесения ударов в ЦАХАЛе полностью основаны на этом разграничении, запрещают намеренно наносить удары по гражданским лицам и требуют максимально снижать риск причинения им вреда.

2. ЦАХАЛ никогда не планировал, не утверждал и не наносил в Газе удар, при котором предполагалась гибель 500 мирных жителей или сопоставимого с этим числа людей. Также никогда не выдвигалось сколько-нибудь серьезных обвинений в том, что какой-либо удар ЦАХАЛа привел к гибели такого или близкого к нему числа людей.

3. Искусственный интеллект никогда самостоятельно не выбирал цели для ударов ЦАХАЛа. Выявлением целей занимаются исключительно уполномоченные офицеры разведки, планирование ударов осуществляют соответствующие специалисты, а решения о нанесении ударов принимают оперативные командиры.

4. Обязательные инструкции ЦАХАЛа никогда не предусматривали автоматического разрешения на нанесение ударов по целям, если при этом возникал риск для заранее установленного числа мирных жителей (например, 20 мирных жителей при ударе по рядовому боевику или 200 - при ударе по высокопоставленному командиру, как утверждает один из участников фильма).

5. Lavender - не перечень утвержденных для нанесения ударов целей, а база данных, помогающая в работе сотрудникам разведки.

6. Обязательные инструкции ЦАХАЛа не позволяют считать предупреждение об эвакуации из определенного района разрешением наносить там удары без учета присутствия оставшихся мирных жителей.

7. ЦАХАЛ не игнорирует последствия нанесенных им ударов, а проверяет их, в том числе с точки зрения непреднамеренного ущерба мирным жителям, вопреки утверждению, содержащемуся в фильме. Такие проверки становились основанием для расследования сотен случаев, произошедших в ходе боевых действий, и используются для извлечения уроков.

Если бы создатели фильма добросовестно провели надлежащую проверку фактов и сверку источников, как это принято, они смогли бы выявить существенные ошибки, представленные в фильме. Конечный результат свидетельствует о том, что они этого не сделали.

Многочисленные ошибки объясняются, среди прочего, тем, что интервьюируемые, представленные как люди, служившие в военной разведке ЦАХАЛа, в большинстве случаев говорят лишь об отдельных начальных этапах разведывательной работы, а не о значительно более широком процессе планирования и утверждения ударов. Этот процесс вообще не относится к сфере ответственности военной разведки: за него отвечают оперативные структуры, которые планируют и осуществляют удары. Поэтому в некоторых случаях интервьюируемые высказывают предположения и делятся ощущениями, не имеющими под собой никакой фактической основы.

Создатели фильма решили не показывать многих других участников полного процесса планирования целей: специалистов, отвечающих за планирование таким образом, чтобы минимизировать ущерб мирным жителям, юридических советников, проверяющих планируемые удары, и командиров, отвечающих за их утверждение или отмену. В результате, как уже отмечалось, возникает неверное и крайне вводящее в заблуждение представление о действительности. Кроме того, чтобы подогнать изложение под продвигаемый фильмом нарратив, его создатели опускают важнейшие обстоятельства, необходимые для понимания войны в Газе и действий ЦАХАЛа в ходе нее.

Фильм не уделяет должного внимания причинам в сфере безопасности, по которым Израиль действовал в Газе, нападению 7 октября, сознательной стратегии ХАМАСа по размещению своих сил среди гражданского населения, которая является первопричиной ущерба мирным жителям, а также многочисленным мерам и методам, которые ЦАХАЛ применял для минимизации ущерба гражданскому населению. В их числе - предупреждения перед нанесением ударов, выбор боеприпасов и соответствующее планирование ударов, содействие доставке гуманитарной помощи и многое другое.

Процедуры и решения, которые фильм предпочитает не показывать, демонстрируют, что на практике означали усилия ЦАХАЛа по защите мирных жителей: требования предоставить дополнительную разведывательную информацию, изменение планов, отмена ударов и отказ от военных возможностей. Во всех этих случаях применение силы ограничивалось исключительно из-за оценки риска для мирных жителей.

Особое возмущение вызывает то, что фильм еще больше искажает действительность посредством манипулятивного монтажа интервью и проведения параллелей с историческими злодеяниями, при этом ЦАХАЛу ложно и без каких-либо оснований приписываются злонамеренные мотивы. Даже название фильма переворачивает действительность с ног на голову. NAZA (collateral damage - "сопутствующий ущерб") - это профессиональный термин, используемый всеми армиями мира, соблюдающими закон. Он обозначает оценку предполагаемого ущерба мирным жителям в результате удара, которая служит основой для проверки командирами его законности и принятия мер, направленных на максимальное снижение риска для гражданского населения.

Абсурдным образом фильм представляет исключительные усилия и степень детализации, с которой ЦАХАЛ оценивает возможный ущерб гражданскому населению при нанесении удара, как свидетельство безразличия к жизни мирных жителей. В действительности оценка предполагаемого ущерба является требованием международного права. ЦАХАЛ проводит такую оценку, чтобы командиры могли определить, является ли удар законным, распорядиться о дополнительных мерах предосторожности, изменить план удара или отменить его - и все это для максимального снижения риска причинения вреда мирным жителям, не участвующим в боевых действиях. Командиры ЦАХАЛа неоднократно принимали подобные решения в ходе войны.

Несколько участников фильма своими словами рассказывают о тяжести моральной ответственности, связанной с участием в процессе нанесения ударов. Эта тяжесть реальна, и ЦАХАЛ не отрицает ее. Решения, которые могут привести к гибели мирных жителей, относятся к числу самых тяжелых, с которыми приходится сталкиваться военнослужащим и командирам, и ЦАХАЛ ожидает от своих военнослужащих осознания этой ответственности и соответствующих действий. Однако моральная тяжесть таких решений не является доказательством того, что они были незаконными или свидетельствовали о безразличии к жизни мирных жителей. Напротив, эта моральная тяжесть отражает серьезность, с которой принимались решения.

Трагические последствия войн не оправдывают искажения фактов. Серьезное обсуждение ущерба мирным жителям требует достоверного описания того, как решения принимались в действительности. Фильм этого не дает, предлагая вместо этого упрощенный манифест, продиктованный очевидной повесткой. Фильм стремится создать впечатление, будто ЦАХАЛ действует бесчеловечно.

Однако в действительности единственный способ, которым создатели фильма могут создать такое впечатление, - это искажение фактов, исключение контекста, необходимого для понимания происходящего, игнорирование предыдущих публикаций и разъяснений ЦАХАЛа, а также использование эмоциональных манипуляций и сценарных приемов. ЦАХАЛ действовал и продолжает действовать гуманно, даже если создатели фильма сделали все возможное, чтобы скрыть этот факт.

ЦАХАЛ открыт для честной критики своих действий, придает большое значение извлечению уроков из обоснованных претензий и постоянному совершенствованию методов своей работы. ЦАХАЛ подчиняется нормам международного гуманитарного права и обязан их соблюдать. Его оперативные процедуры призваны обеспечивать выполнение этих правовых обязательств, а для минимизации ущерба мирным жителям действуют специальные подразделения и механизмы.

ЦАХАЛ не снимает с себя ответственности за сбои и ошибки, допущенные в ходе войны: при боевых действиях такой сложности они действительно происходят. Подозрения в нарушении закона или приказов ЦАХАЛа проверяются и, когда для этого есть основания, рассматриваются в рамках дисциплинарных процедур, уголовного расследования или с применением других мер.

Вопреки общепринятой практике создатели фильма не передали ЦАХАЛу свои утверждения для проверки и получения комментария до публикации, а после показа не предоставили копию фильма, несмотря на просьбу ЦАХАЛа. Поэтому при изучении содержания фильма ЦАХАЛ опирался на подробный обзор, подготовленный его представителем, присутствовавшим на публичном показе, а также на другие общедоступные описания.