Совет мира Дональда Трампа наконец получит первые реальные американские деньги: администрация США направляет более $206 млн на создание международного военного контингента в секторе Газа. Однако первым практическим результатом работы организации, учрежденной ради демилитаризации и восстановления региона, стал не мирный договор, а предварительный контракт на строительство военной базы на территории, контролируемой Израилем. За семь месяцев структура с почти неограниченными полномочиями, пожизненным председателем Трампом и нереализованным приглашением для Владимира Путина не запустила ни демилитаризацию, ни полноценное восстановление Газы. Зато успела превратиться в коммерческий клуб лояльных Трампу политиков.

"Мы не хотим финансировать ничего, что связано с кровопролитием, ненавистью или терроризмом, - говорил американский президент Дональд Трамп осенью 2025 года в Египте на саммите, посвященном мирному урегулированию в секторе Газа. - Так что мы пришли к соглашению, что для восстановления Газы необходима ее демилитаризация".

"Мы", на которых постоянно ссылается Трамп, - это участники саммита, лидеры 20 стран, которые собрались тогда в курортном Шарм эш-Шейхе для обсуждения будущего Газы после войны. Именно из их решений в начале 2026 года вырос Совет мира - международная организация, задуманная как наднациональный "исполнительный комитет", ответственный за восстановление сектора Газа.

Орган с неограниченными полномочиями

Трамп как инициатор создания Совета считает, что его детище может быть ответственным за весь мир, а не за один относительно небольшой регион. На этот случай в уставе Совета вообще не указаны никакие географические ограничения. Но ассоциируется он все-таки именно с Газой.

Да и мандат на его создание, который дает детищу Трампа грандиозные полномочия, Совбез ООН выдал именно с целью установления мира в секторе Газа. Вернее, он сам дал их себе и своим людям, так как Совбез ООН лишь одобрил создание Совета мира для реализации довольно общего мирного плана американского президента. А потом уже созданный Совет утвердил свой устав с этими широкими полномочиями.

Так, Совет мира сам дал себе право контролировать технократическую палестинскую администрацию, которая должна будет управлять Газой в переходный период - между полным окончанием боевых действий и формированием полноценных выборных органов власти. Совет распределяет гуманитарную помощь, отвечает за восстановление инфраструктуры и экономики, занимается жилищным строительством и даже получил право на формирование своих Международных стабилизационных сил (ISF). Эта квазиармия должна будет следить за порядком в регионе до появления в Газе своих эффективных полицейских подразделений.

Дональд Трамп как председатель Совета имеет почти неограниченные полномочия, включая право вето на любое решение, возможность лично - самостоятельно, без участия других чиновников - назначать своего преемника, создавать и ликвидировать структуры внутри Совета и лично выбирать командующего ISF.

А еще Трамп остается во главе Совета столько, сколько захочет сам. Ни ограничений срока пребывания во главе этого органа, ни механизмов увольнения с высшего поста уставными документами не предусмотрено. Даже к его президентству позиция главы Совета никак не привязана.

По большому счету устав и структура Совета мира больше похожи на учредительные документы и устройство коммерческой компании, чем наднациональной организации, ответственной за разрешение одного из самых затяжных и кровавых мировых конфликтов. Даже само название (по-английски Совет мира называется Board of Peace) отсылает именно к коммерческим структурам. Слово board обычно используется для обозначения совета директоров в акционерных компаниях.

Совет "друзей" Трампа

Но как же Трамп смог добиться согласия Совбеза ООН на создание почти открыто коммерческой структуры, толком никому не подконтрольной, да еще и привлечь в Совет мира лидеров более чем двух десятков стран? Тут сыграли роль сразу несколько факторов.

Во-первых, мирный план Трампа, хоть и выдержанный в стиле "за все хорошее и против всего плохого", - едва ли не единственный, на реализацию которого с некоторыми оговорками согласились и Израиль, и ХАМАС, и ведущие региональные игроки. И даже ярые противники Дональда Трампа, такие как Хиллари Клинтон, публично хвалили этот план как единственную реалистичную дорожную карту к миру. В принципе этого было достаточно для того, чтобы Совбез одобрил (при воздержавшихся во время голосования представителях Китая и РФ) создание новой структуры для реализации этого плана.

Во-вторых, для ряда лидеров стран, скажем, для белорусского президента-узурпатора Александра Лукашенко, поддержка Совета, официальное вступление в него - это возможность подольститься к Трампу, обратить на себя его внимание и таким образом попытаться решить свои проблемы. Вдобавок Трамп чуть ли не открыто рекламировал свое детище как структуру, участники которой смогут получить доступ к бюджетам, выделенным на восстановление Газы.

В результате список участников Совета мира похож на перечень друзей Дональда Трампа и тех, кто хотел бы стать его другом. Там есть уже упомянутый Лукашенко, лидеры Азербайджана и Армении, иорданский король и эмир Кувейта, но нет представителей Великобритании, Франции, Японии или Германии. Показательно и присутствие там трамповского любимца Виктора Орбана, который до сих пор указан на официальном сайте Совета мира как премьер-министр Венгрии, несмотря на то, что с мая 2026 года венгерское правительство возглавляет Петер Мадьяр.

Но для Совета, похоже, это не проблема. В полном составе он собирался всего дважды, и оба раза это были не рабочие заседания, а торжественные приемы. Сначала это была встреча в январе 2026 года для подписания устава Совета. А меньше чем через месяц - в феврале 2026 года - прошло первое и до сих пор последнее заседание, названное инаугурационным. Тогда не было принято ни одного решения, а лишь обозначены цели организации.

Важно, что все президенты, короли и премьер-министры, входящие в состав Совета, представляют там не свои государства, а самих себя. Совет - это не дипломатический институт, участие в котором накладывает обязательства на страны, которые в него входят. Его скорее можно охарактеризовать как клуб лояльных Трампу политиков, собранных под предлогом помощи Газе. Именно поэтому в Совете отсутствуют сильные мировые игроки, а Евросоюз представлен всего двумя членами - уже упомянутым Орбаном и президентом Болгарии Илияной Йотовой.

Лидеры государств с заметным стабильным статусом в давно работающих институциях - ООН, G7, НАТО - не торопятся в клуб Трампа. Они предпочитают действовать в уже знакомых им обстоятельствах и использовать более традиционные модели взаимодействия друг с другом. В Совете мира им видится новая альтернативная ООН, в которой Трамп берет на себя функции и председателя, и Совбеза и даже верховного судьи. Кстати, Дональд Трамп открыто говорил о возможности замены ООН своим клубом.

Вызывает опасения и возможное членство в Совете мира Владимира Путина. Российского диктатора официально пригласили присоединиться к клубу Трампа сразу же после его создания. Но до сих пор от Путина нет окончательной реакции на это предложение. Он официально не отверг его, но и не принял. Возможно, диктатор не соглашается на вступление из-за нежелания быть на вторых ролях в организации, сделанной "под Трампа". Но и открыто заявить об этом он не может, опасаясь испортить отношения с американским лидером.

В любом случае приглашение не отозвано, и теоретически Путин может в любой момент оказаться в Совете и наверняка попробует использовать его для перетягивания Трампа на свою сторону и дискредитации других международных институций.

Все вышеперечисленное - это только небольшая доля проблем, с которыми уже столкнулся или еще столкнется Совет. У организации, очень похоже, вовсе нет денег на реализацию всего задуманного: на формирование и поддержание Международных стабилизационных сил, на восстановление тысяч жилых домов и инфраструктурных объектов, на создание в Газе благоприятного инвестиционного климата и на все остальное, упомянутое в мирном плане Трампа.

На этапе создания Совета Трамп призывал потенциальных его участников делать взносы в фонд организации. В обмен на миллиард долларов он обещал пожизненное членство и право вето. Можно было обойтись и без взноса, но тогда срок членства ограничен двумя-тремя годами - и никакого права вето. И судя по тому, что в мае этого года бюджет Совета был пустым, не только взносов от участников, но и обещанных Трампом $10 млрд из казны США туда так и не поступило.

По большому счету Совет мира выглядит сейчас как структура с огромными полномочиями, но при этом не имеющая собственного бюджета, внятных дедлайнов, четкого распределения функций между участниками, то есть всего того, без чего такие организации существовать не могут.

Но Совет существует, вопреки всему, просто потому, что этого очень хочет Трамп. Это его детище, с которым он пока еще не наигрался и которое не хочет бросать, несмотря на всю очевидную недодуманность и недоделанность этой структуры. Совет пока еще толком не работает, даже отчетности за первые полгода своего существования он так и не опубликовал. Скорее всего потому, что публиковать совсем нечего.

В августе, спустя почти год после саммита в Египте, на котором президент США пообещал демилитаризацию Газы и из которого "вырос" Совет мира, клуб Трампа подписал первый в своей истории предварительный контракт на строительство в Газе военной базы. Взамен обещанной демилитаризации реализация мирного плана американского президента должна начаться с возведения в оккупированной израильской армией части сектора Газа казармы и ряда хозяйственных строений для марокканского контингента ISF. Марокко было одной из первых стран (наряду с Казахстаном, Косово и рядом других), объявивших о готовности направить свои войска в Газу для формирования Международных стабилизационных сил.

Первоначально заявлялось о намерении перебросить в Палестину пятьсот марокканских солдат и офицеров. Потом появилась информация о том, что их будет двести. Предполагалось, что они будут охранять один из лагерей беженцев и одновременно тренировать палестинские силы безопасности. Но все это - лишь на уровне домыслов и предположений. Никаких документов, касающихся реального числа и конкретной миссии марокканцев в Газе до сих пор нет.

Как нет и четкого представления о том, кто и в каких объемах финансирует строительство их базы. Известно, что подряд получила луизианская компания Arkel International, которая не раз выполняла заказы на строительство американских военных объектов за рубежом. Но источники финансирования, сумма контракта и сроки его реализации в открытых источниках не фигурируют вовсе.

И это еще не самая большая беда с первой реальной инициативой Совета мира. Куда важнее вопиющее несоответствие грандиозных планов институции ее реальным действиям. Совет, который позиционирует себя как главный инструмент превращения разрушенного войной региона в цветущий край, более чем за полгода своего существования сумел выдать только один контракт (и тот предварительный) на строительство более чем скромного аванпоста для размещения одной усиленной армейской роты - даже не батальона.

Более того, известие о подписании контракта с Arkel International совпало по времени с первым серьезным внутренним конфликтом внутри Совета мира. 9 августа израильский премьер и член Совета мира Биньямин Нетаниягу назвал неприемлемым план Трампа по установлению мира в Газе.

Дело в том, что в конце июля Трамп сообщил, что Совет мира добился от ХАМАСа обещания сложить оружие, и заявил, что Израилю пора начать постепенный вывод своих сил из сектора Газа. Нетаниягу же поспешил заявить, что никаких договоренностей с ХАМАСом не было, а потому Израиль не обязан отводить свои войска.

Если бы Совет мира был нормально функционирующей дипломатической организацией, этот скандал нанес был серьезный урон его репутации. Ведь именно Совет, по словам Трампа, договорился с ХАМАСом, и именно он, по утверждениям Нетаниягу, ни о чем так и не договорился. Но у Совета просто нет репутации, по которой подобный скандал мог бы ударить, нет имени, которое можно было бы очернить.

Очевидно, что полностью завершить войну в Газе и превратить регион в стабильный и благополучный - титаническая задача. Ее не решить с помощью одного лишь клуба друзей Трампа, значительному числу которых, как можно предположить, судьба Газы безразлична. Эта инициатива президента США с самого начала носила отпечаток политического авантюризма и мало чем отличалась от обещаний остановить войну в Украине за 24 часа, сделать Канаду штатом США или заставить мексиканцев платить за стену на границе.

Совет мира можно, пожалуй, сравнить с предыдущим любимым детищем американского президента - созданным специально под Илона Маска Департаментом эффективности правительства (DOGE). Он задумывался как инструмент значительного снижения государственных трат и сокращения чиновничьих штатов. В начале своего второго президентского срока Трамп почти ежедневно расхваливал DOGE, а Маск не вылезал из Овального кабинета. Но со временем интерес президента к новому департаменту угас, Маск впал в немилость к Трампу, и DOGE прекратил свою работу.

Можно предположить, что и с Советом мира произойдет нечто подобное. Убедившись в том, что члены совета не спешат нести деньги в его бюджет, а принятые решения и даже подписанные контракты не приближают момент превращения руин Газы в "ближневосточную ривьеру", Дональд Трамп потеряет интерес к этому проекту и переключится на новую авантюру.