Яркий пример - партия "Ликуд" во главе с Биньямином Нетаниягу: согласно опросу 14-го канала, она получает 31 мандат; по данным 15-го канала - 27; Zman Yisrael - 23; 11-го и 12-го каналов -20, сайта Walla - 21; тогда как по данным 13-го канала и "Маарива" - всего 19 мандатов.

Разница - 12 мандатов для одной и той же партии в течение одной недели.

Запутались? Мы тоже.

Одно ясно: политическое будущее Израиля по-прежнему остается неопределенным.

В конце опроса "Исраэль Хайом", как и в других опросах, есть небольшая сноска, которую легко не заметить: фактическое число респондентов - 555; число людей, к которым обратились, - 2349; максимальная погрешность выборки - ±4,2%.

Менее четверти тех, к кому обратились, приняли участие в опросе. К этому добавляется максимальная погрешность выборки в 4,2%.

Для наглядности: 4,2% от 120 мест в Кнессете - это примерно пять мандатов. Разумеется, это не означает, что результат каждой отдельной партии может автоматически отличаться на пять мандатов. Однако при небольших разрывах между блоками статистическая неопределенность приобретает особое значение.

Проблема заключается еще и в том, что опросы не остаются только на бумаге. Они влияют на решения партийных лидеров, стратегию избирательных кампаний, формирование списков, создание политических союзов и решение о том, с кем сотрудничать, а от кого дистанцироваться.

Для небольших партий, балансирующих около электорального барьера в 3,25%, неопределенность особенно существенна. Иногда всего несколько десятых процента отделяют прохождение в Кнессет как минимум с четырьмя мандатами от полного отсутствия парламентского представительства.

Возникает парадоксальная ситуация: опрос, который должен измерять политическую реальность, сам начинает влиять на нее. Он может подтолкнуть партии к объединению, заставить партию отказаться от участия в выборах или повлиять на избирателей, опасающихся "потратить" свой голос впустую.

Опрос - это статистическая оценка, а не результат выборов.

Есть и еще одна переменная, которой, на мой взгляд, уделяется недостаточно внимания: кто действительно придет на избирательные участки.

На последних выборах общенациональная явка составила 70,6%. Но за этой средней цифрой скрываются огромные различия: около 82% в крупнейших ультраортодоксальных городах и примерно 53% в арабском обществе. Среди русскоязычных избирателей явка, по некоторым оценкам, составляла около 61%, а в социально-экономических кластерах 3-4 - около 59%.

Смысл прост: недостаточно спросить человека, за кого он намерен голосовать. Вопрос, который действительно может решить исход выборов, звучит иначе: кто из избирателей в день выборов выйдет из дома и придет на избирательный участок?

Повышение явки всего на несколько процентных пунктов в арабском обществе, среди русскоязычных избирателей или среди социально слабых слоев населения способно изменить расстановку сил. В ситуации, когда два политических блока близки по численности, именно эти голоса могут определить, кто сформирует правительство.

И все же сегодня многие партии, похоже, тратят гораздо больше энергии на погоню за очередным мандатом в опросах, чем на привлечение к голосованию больших групп населения с относительно низкой явкой.

Игнорирование низкооплачиваемых работников и русскоязычного населения может дорого им обойтись.

История уже преподносила подобные уроки.

Выборы 2015 года стали серьезным испытанием для социологов. Телевизионные экзитполы давали "Ликуду" и "Сионистскому лагерю" по 27 мандатов. Реальный результат оказался другим: "Ликуд" получил 30 мандатов, а "Сионистский лагерь" - 24. Уже тогда широко обсуждался вопрос о том, какие группы населения недостаточно представлены в опросах и насколько точно выборка отражает состав избирателей.

Еще одно напоминание мы получили на выборах 2022 года. Многие из последних опросов давали блоку Нетаниягу около 60 мандатов. В итоге блок получил 64. Четыре мандата - это разница между политическим тупиком и возможностью сформировать правительство с четким парламентским большинством.

Оппозиционным партиям стоит вспомнить и выборы 1996 года. После закрытия избирательных участков телевизионные экзитполы первоначально указывали на небольшое преимущество Шимона Переса. В течение ночи картина изменилась, а утром стало ясно, что Биньямин Нетаниягу победил с перевесом менее чем в 30 тысяч голосов.

Как тогда говорили: "Заснули с Пересом - проснулись с Биби".

Опросы - важный инструмент, но не пророчество. Они отражают мнение определенной выборки избирателей в конкретный момент и имеют статистические и методологические ограничения.

Выборы же решаются на избирательных участках. И там имеет значение не только то, что люди говорят социологам, но прежде всего то, кто в конечном счете придет и проголосует.

В условиях напряженной и практически равной борьбы тот, кому удастся привести на избирательные участки сомневающихся и тех, кто обычно остается дома, может в итоге сформировать следующее правительство.