"Если ты откроешь кассу кинотеатра до захода солнца на исходе субботы - тебя убьют". Такое содержание было у письма с угрозами, которое летом 1950 года получил кассир иерусалимского кинотеатра "Эдисон". В полиции предполагали, что за ним стояли представители "Нетурей карта". Неизвестно, был ли это тот же кассир, когда шесть лет спустя сотни демонстрантов из "Нетурей карта" во главе с Амрамом Блау собрались у кинотеатра. Они были возмущены тем, что касса открылась за час до окончания субботы, ворвались туда, пытались помешать продаже и выкрикивали оскорбления в адрес "нарушителей субботы".

Столкновение быстро обострилось, и когда полицейские бросились на защиту продавца билетов, несколько демонстрантов набросились на одного из них и искусали ему руки так, что ему потребовалась помощь. Все закончилось силовым разгоном и арестом 15 демонстрантов. Кинотеатра "Эдисон", который был одним из символов культурной жизни столицы, уже нет. Семьдесят лет и всего несколько сотен метров отделяют место, где он находился, от кафе "Бэ-симта". Скандалы вокруг субботы и борьба за облик Иерусалима почти не изменились - изменились лишь место и участники противостояния.

В последние субботы Иерусалим вновь кипит. На этот раз в эпицентре скандала оказалось небольшое районное кафе, решившее работать по выходным. Происходящее у его дверей выглядит так, словно это сцена из бесконечной исторической пьесы: приходят ультраортодоксальные демонстранты, кричат, пытаются прорваться внутрь и протестуют против осквернения святости столицы. Им противостоят светские жители, которые хотят защитить в городе свободу личности и свободу предпринимательства. Это еще одна сцена пьесы, которая продолжается уже почти сто лет.

Упорная борьба за характер и облик иерусалимской субботы началась еще во времена британского мандата. Жарким субботним днем в начале июня 1931 года тысячи людей - по некоторым оценкам, около десяти тысяч - собрались вокруг футбольного поля общества "Маккаби" в Иерусалиме. Атмосфера была накаленной и напряженной: против иерусалимской команды "Маккаби" должна была играть футбольная команда армянской общины города, однако огромная толпа, окружившая поле со всех сторон, состояла вовсе не из спортивных болельщиков. Это были представители ультраортодоксальной общины, пришедшие протестовать против нарушения субботы после того, как в течение нескольких выходных в Святом городе, к их возмущению, проводились футбольные матчи.

Национальный комитет пытался лавировать и примирить стороны, но безуспешно. Председатель Национального комитета Ицхак Бен-Цви, впоследствии второй президент Государства Израиль, вместе с членом комитета раввином Островским вышли прямо на поле и стали убеждать игроков "Маккаби" отказаться от матча ради сохранения мира. Однако спортсмены, которым надоели постоянные требования отказаться от игр по выходным, категорически отвергли просьбу. Газета "Доар ха-йом" писала, что "маккавеи потребовали, чтобы они ушли и не вмешивались".

Матч начался, но поиграть практически не удалось: тысячи демонстрантов ворвались на поле, а британские конные полицейские бросились на толпу. Начались серьезные беспорядки, в ходе которых демонстрантов арестовывали, были и пострадавшие. Раввин Островский был возмущен действиями полицейских, которые, по его словам, набросились, как "хищные звери", на демонстрантов, всего лишь кричавших: "Не оскверняйте субботу". Он пообещал членам "Маккаби": "Все еврейство восстанет против вас и отнимет у вас святое имя "Маккаби"".

Отголоски тяжелого столкновения оставили глубокие шрамы в еврейском ишуве. Редактор и писатель Итамар Бен-Ави тяжело переживал случившееся и в своей газете "Доар ха-йом" сравнил происходящее с братоубийственной войной, приведшей к разрушению Второго храма, написав в резких выражениях: "После тысяч лет скитаний и после лет возрождения нам вновь выпало проклятье древних времен... Позор еврейского Иерусалима в его распрях". Межеврейское противостояние в столице дошло до того, что христианские священнослужители фотографировали происходящее, чтобы отправить снимки в европейские газеты, а издание "Аль-Джамиа аль-Арабия", ассоциировавшееся с иерусалимским муфтием, призвало арабскую общественность бойкотировать "сионистских маккавеев, оскверняющих честь своей религии", и объединиться с ортодоксальными евреями, которые борются против них. Впоследствии был достигнут локальный компромисс, разрешавший "играть в футбол по субботам" при жестких ограничениях: на стадионе запрещалось продавать билеты и сладости, нельзя было приезжать на автомобилях, а продолжительность игры ограничивалась двумя часами. Однако принципиальный спор так и не был разрешен.

После создания государства и на протяжении последующих десятилетий войны за субботу в Иерусалиме продолжались. Статус-кво, призванный урегулировать отношения религии и государства, постоянно подвергался испытаниям и стал источником многочисленных конфликтов. В 1950-е и 1960-е годы площадь Шабат и расположенная рядом площадь Геула превратились в постоянные очаги столкновений. Во многие субботы камнями забрасывали военные машины, машины "скорой помощи" и частные автомобили, устанавливались заграждения, а случайные прохожие подвергались жестоким избиениям - как, например, 16-летний подросток, ехавший на велосипеде в 1960 году и сильно избитый, или студент, который в 1954 году закурил сигарету неподалеку от площади и был избит до потери сознания.

В 1960-е годы противостояние вокруг движения транспорта по субботам переместилось на улицу Шивтей-Исраэль и в район перехода Мандельбаум, разделявшего две части расколотого Иерусалима. В ноябре 1963 года газета "Аль ха-мишмар" сообщала, что молодые ультраортодоксы забросали камнями автобус и такси с туристами, проезжавшие по улице Шивтей-Исраэль. Протест достиг такого накала, что демонстранты пошли на необычный шаг и, вопреки своим обычаям, стали забрасывать автомобили камнями даже в будние дни - в знак протеста против решений правительства, касавшихся организации движения по субботам. В те дни заметной фигурой на улицах был лидер "Нетурей карта" Амрам Блау, который ходил по улице Шивтей-Исраэль вместе со своими сторонниками. На улицах ежедневно вспыхивали драки: светским девушкам вслед кричали "прицес" (ашкеназское произношение слово "прицут" - "распущенность", "разврат", "блуд" - прим. zahav.ru), а ультраортодоксальные и светские дети устраивали на пустырях "каменные войны", используя крышки от кастрюль вместо щитов.

Даже после объединения города в 1967 году "еврейские войны" продолжились. Корреспондент "Аль ха-мишмар" Далия Шахори выяснила, что целый ряд улиц, ведущих к площади Шабат и району Меа-Шеарим, полиция и муниципалитет полностью перекрывали для движения по субботам, хотя этот вопрос не обсуждался и не утверждался городским советом, а разрешения Министерства транспорта не было. Министр транспорта Ицхак Бар-Иегуда признал, что перекрытие дорог осуществлялось незаконно, однако власти во главе с мэром Тедди Колеком и полиция предпочитали действовать по обстоятельствам и успокаивать страсти, негласно перекрывая улицы в обход закона, чтобы предотвратить серьезные столкновения в объединенном городе.

Демонстранты не отплатили мэру благодарностью за этот жест. В октябре 1983 года, в разгар ожесточенных столкновений вокруг борьбы за движение транспорта по выходным на шоссе Рамот, Тедди Колек пришел на субботнюю молитву в синагогу в квартале Бухарим. Когда он вышел из здания, его окружили около 200 ультраортодоксов, которые повалили его на землю, плевали в него и бросали в него помидоры и камни. Борьба вокруг этой дороги началась в конце 1970-х годов и сопровождалась перекрытием трасс, бросанием камней и арестами. В те дни звучали и редкие призывы к примирению - например, со стороны министра образования и культуры Звулуна Хаммера, который опубликовал статью с призывом отказаться от насилия: "Никакая борьба за субботу не разрешает кровопролития или причинения телесных повреждений... Насильственное нападение - дурной и запрещенный поступок, так же как запрещено нарушение субботы". Но страсти не утихали: в 1980-е и 1990-е годы борьба переместилась на улицу Бар-Илан, а позднее - к вопросу об открытии парковки "Карта" по выходным.

Теперь, когда демонстрации, крики и физические столкновения происходят у кафе "Бэ-симта", в истории Иерусалима пишется еще одна глава - истории борьбы, демонстраций, арестов, политических соглашений и волн насилия в глубоком конфликте вокруг характера субботы в городе и его идентичности.

Источник: Walla