Такого с Нетаниягу еще не случалось: идти на выборы без того, чтобы его блок стоял за ним как дисциплинированная армия. Иногда ее называли "правым блоком", иногда "блоком Нетаниягу", но суть никогда не менялась. Он еще ни разу не шел на выборы без этой армии за спиной - людей, которые принадлежат только ему, действуют как единое целое, ведут переговоры как единое целое и не заигрывают с другой стороной. Это главное условие. Только так идут на выборы. В этом вся суть.

Несколько слов о блоке. Еще в 2009 году Биньямин Нетаниягу и его стратегический советник Исраэль Бахар раньше всех поняли, насколько это важно. Размер партий имеет значение, но если у тебя нет блока, преодолевающего порог в 61 мандат, у тебя нет правительства, нет коалиции. В лучшем случае удастся создать правительство меньшинства - а это настоящий кошмар.

10 февраля 2009 года в Израиле прошли выборы. Во главе "Ликуда" стоял Биньямин Нетаниягу, во главе партии "Кадима" - Ципи Ливни. "Кадима" получила 28 мандатов, "Ликуд" - 27, и лагерь "Кадимы" захлестнула волна ликования. Министры, депутаты, активисты и сторонники хлынули в штаб партии в Тель-Авиве, праздник был в самом разгаре. Особенно запомнился Нир Баркат, тогда один из лидеров "Кадимы", который был среди главных участников торжества. Пока в штабе "Кадимы" праздновали победу над "Ликудом" с преимуществом в один мандат, Нетаниягу уже формировал коалицию: "Ликуд", правые партии и ультраортодоксальные партии.

Все просто: ультраортодоксы всегда важнее остальных

В ту же ночь празднующие в штабе "Кадимы" поняли горькую правду: Нетаниягу собирается формировать коалицию, у него почти готово правительство, а они со своими 28 мандатами отправляются в оппозицию. Праздник быстро закончился. Еще до создания правительства Нетаниягу пытался привлечь "Кадиму" в коалицию, однако Эхуд Барак, тогдашний лидер партии "Авода", после ожесточенной внутрипартийной борьбы сумел привести в коалицию свою фракцию. Он присоединился к правительству, а "Кадима", крупнейшая партия тех выборов, оказалась в оппозиции. Там она и распалась, а позже полностью исчезла.

Нетаниягу понял значение блока, но после следующих выборов ему снова пришлось расстаться со своим лагерем. Не потому, что он хотел этого. Наоборот - он отчаянно не хотел. Но Яир Лапид с 19 мандатами и Нафтали Беннет с 12 создали "союз братьев" и вынудили его отправить ультраортодоксов в оппозицию. Нетаниягу разрывался, пытался изменить ситуацию, но Беннет и Лапид поставили ультиматум: либо мы, либо ультраортодоксы. Решай. Нетаниягу понял, что без них у него не будет правительства. Ему пришлось расстаться со своими любимыми ультраортодоксами - опорой его блока, самыми ценными союзниками, которых он осыпал гигантскими бюджетами, заботился о том, чтобы их не призывали в армию, а взамен получал дисциплинированные голоса ШАС и "Яадут ха-Тора".

Нетаниягу страдал каждую минуту существования того правительства. Он ненавидел своих партнеров - Лапида, Беннета, Айелет Шакед и Ципи Ливни. Он тосковал по своим естественным союзникам - ультраортодоксальным фракциям. В конце 2014 года он нашел повод: законопроект против газеты "Исраэль ха-Йом", которая тогда была его рупором. Из-за этого он развалил правительство, а в 2015 году снова победил и заново собрал правый блок - разумеется, вместе с ультраортодоксами. Это правительство он уже по-настоящему любил. Оно с перевыборами просуществовало с 2015 года до июня 2021-го - полных шесть лет.

Решение, принятое еще в 2009 году - сохранять блок любой ценой - сопровождало Нетаниягу все эти годы. Нужно делать все, чтобы угодить ультраортодоксам. С ними ему проще всего. Никто из них не хочет его заменить, их не интересуют вопросы безопасности. Экономика их тоже почти не интересует. Им нужны бюджеты для своих учебных заведений и институтов вообще, выплаты изучающим Тору и гарантии, что армия не помешает им учиться. А дальше - делай что хочешь.

Поэтому они всегда были для Нетаниягу важнее всех, тем более правых лидеров с собственной повесткой в сфере безопасности - таких как Беннет или Авигдор Либерман, которые, к тому же, постоянно мечтали занять его место. А для Нетаниягу подобные амбиции - почти святотатство. Его нельзя заменить, это противоестественно, почти предательство. Именно поэтому он предпочитал ультраортодоксов. А вслед за ними, в нынешней каденции, - Бен-Гвира и Смотрича. Эти двое, лидеры правых партий, не представляли для него прямой угрозы, и Нетаниягу позволял им практически все. Когда люди не понимали, как он разрешает им столько, почему молча выполняет любые их прихоти, даже те, что наносили серьезный ущерб Израилю, ответ был прост: блок. Ему жизненно необходимо их присутствие в коалиции. Без них он не премьер-министр. Поэтому пусть делают что хотят в полиции, в министерстве финансов, говорят что угодно - лишь бы оставаться премьером.

Резня 7 октября - классический пример. Бецалель Смотрич первым понял масштаб катастрофы, обрушившейся на Израиль, и сказал на заседании кабинета в тот день: "Через 48 часов нас потребуют отправить в отставку из-за этого провала - и будут правы". Но у Нетаниягу уже в первые часы после страшной резни были другие планы. Главная задача - держаться за блок, любой ценой сохранить его и как можно дальше отодвинуть выборы. И в этом он преуспел. Проделал это блестяще. Возможно, это вообще его единственный успех в нынешней каденции. Вероятно, он досидит до конца срока только благодаря тому, что блок остался с ним.

Он не опускает руки

И вот теперь произошло то, чего с ним еще никогда не было: "Яадут ха-Тора" объявила о разрыве с Нетаниягу. "Яадут ха-Тора" - ашкеназская ультраортодоксальная партия с семью мандатами, состоящая из двух частей: хасидов и литваков. Самый влиятельный хасидский лидер - гурский ребе - еще год назад объявил Нетаниягу окончательный развод. Он утверждал, что Нетаниягу обманул их в вопросе закона о призыве, посеял раскол среди хасидских адморов, и с тех пор для него все кончено. Более того - он пообещал добиться его свержения. В течение всего последнего года гурский ребе пытался убедить самого влиятельного раввина литовского направления, рава Дова Ландо, присоединиться к нему. "Он лжец и мошенник, ему нельзя верить", - говорил гурский ребе раву Ландо. Тот колебался. Давал Нетаниягу еще один шанс и еще один - пока две недели назад собственноручно не подписал ему "разводное письмо": "У меня больше нет доверия к Нетаниягу, блока больше нет, мы будем добиваться роспуска Кнессета".

Теперь вся фракция "Яадут ха-Тора" выступает против Нетаниягу. Они говорят о нем так, как не говорили никогда раньше. Обещают, что на этот раз с ним покончено, что премьер-министром он больше не будет. Заявляют, что Гади Айзенкот предпочтительнее. Моше Гафни, глава литовской партии "Дегель ха-Тора", на этой неделе даже встретился с Айзенкотом. "Очень хорошая встреча", - сообщили обе стороны. Нетаниягу пришел в ярость. Он не привык, что люди из его блока заигрывают с противоположным лагерем. Даже Арье Дери на этот раз не может ему помочь - не может успокоить ашкеназских партнеров. Между ними разлад из-за кризиса вокруг Нетаниягу.

Но что Нетаниягу может сделать? Чем он может им угрожать? В отчаянии он поручил спикеру Кнессета Амиру Охане попытаться собрать большинство для продвижения закона о призыве. Вчера Дафна Лиэль сообщила, что Охана оказывает колоссальное давление на юридическую службу Кнессета, пытаясь возобновить продвижение закона. Цель - получить юридическое заключение, согласно которому нет препятствий для принятия закона об освобождении от службы. Шансы на это невелики, но Нетаниягу пытается. Он не опускает руки - в этом секрет его силы. До последнего момента он будет делать все, чтобы сохранить свой блок и не дать ему развалиться. Потому что без него у него нет правительства, нет поста премьер-министра. Без блока он - просто депутат Кнессета Биньямин Нетаниягу.

Источник: Walla