А теперь немного политики вам в убежище (или в защищенную комнату). Нет, я не имею в виду спор между Мири и Дуди о том, должна ли жена главы партии зажигать факел в День независимости. И не соревнование между двумя мэрами городов на юге (пострадали города, а не Яир Мааян и Бени Битон) - кто из них более нелеп.

Давайте наведем порядок на фабрике слухов вокруг создания новой праволиберальной партии. Кто ее возглавит, кто войдет в список, что с электоральным барьером и вообще - о чем это и зачем?

На первый взгляд, праволиберальная партия - вероятно, на базе партии резервистов Йоаза Хенделя - попросту лишняя. Похожий товар уже в избытке представлен на политическом рынке. Праволиберальный избиратель, которому осточертела социал-теократическая коалиция, может выбирать между "Наш дом Израиль" - праволиберальной партией - и двумя новыми партиями: партией Нафтали Беннета и партией "Прямо!" Гади Айзенкота. Они еще не обрели окончательной формы, но, судя по всему, обе разделяют праволиберальный подход или, по крайней мере, позицию правого центра.

Так кому нужна еще одна партия?

Если вы скажете, что она сосредоточится на проблеме уклонения ультраортодоксами от призыва, - так в оппозиции нет ни одной партии, которая бы не поднимала этот флаг. Лапид, Либерман, Беннет, Айзенкот, Яир Голан - все выступают против этой чудовищной несправедливости и против самого принципа ультраортодоксальной автономии.

Так что же нового предлагает партия, которая, по слухам, может быть создана на базе партии резервистов с Юлием Эдельштейном во главе и, возможно, с привлечением других "звезд"?

Свобода политического предпринимательства

В трактате "Баба Батра" обсуждается интересный вопрос: можно ли лавочнику открыть свой магазинчик рядом с давно существующей в квартале лавкой? Классический спор - что важнее: защита существующего бизнеса или свобода предпринимательства?

В политике побеждает свобода: каждый - и тот, у кого есть возможность , и тот, у кого ее нет - имеет право создать новую партию, даже если похожие уже существуют.

Даже если свобода политического предпринимательства служит для обеспечения рабочих мест -ничего плохого в этом нет. Кто сказал, что Юлий Эдельштейн, Моше Кахлон, Гилад Эрдан (чье имя тоже называют) или Йоаз Хендель хуже кандидатов, которые могут оказаться в списках Беннета и Айзенкота, но пока никому особо не известны? Может, лучше, чтобы в Кнессет вошли люди с реальным послужным списком, а не очередная Идит "Мицубиси" Сильман?

Поэтому в принципе я поддерживаю свободу и свободный рынок в политике - при двух условиях:

1. Новая лавка не должна ни сама разориться, ни разорить соседнюю, то есть партия не должна сжечь голоса избирателей, не преодолев электорального барьера.
2. Лавка не должна продавать отравленный товар, то есть партия не должна стать троянским конем и после выборов перейти на другую сторону.

Первое условие

Опрос, опубликованный в "Маариве" на прошлой неделе, дает партии резервистов 2,8% - примерно столько же, сколько получает партия Смотрича. Другие опросы дают схожий результат.

Да, такие опросы неточны, когда речь идет о маленьких партиях: в группе из 500 человек один респондент может решить, проходит ли партия барьер. Но - что есть, то есть.

По имеющейся у меня информации, рассматривался вариант совместного списка Эдельштейна и Кахлона - и такой список не проходит электоральный барьер. Вероятно, выдвижение Эдельштейна может временно поднять рейтинг до проходного уровня, но эффект будет краткосрочным, и партия, начинающая забег с четырех мандатов, скорее всего, опустится ниже барьера.

Действующие лица этого не понимают? Конечно же, понимают. Расчет прост: партия, балансирующая на грани барьера или имеющая устойчивые три мандата, будет вести переговоры о техническом блоке с более сильной партией, например, Беннета или Айзенкота.

Новой лавке выделят отдел в супермаркете. Выгодно и для основателей, и для потребителя - он получает знакомый товар, а не "кота в мешке".

Кстати, Эдельштейн с собой приносит не только имя и опыт, но и партийное финансирование: при роспуске Кнессета депутат может выйти из фракции и забрать мандат вместе с деньгами. Шарон Хаскель - еще один возможный участник - также приносит такое "приданое".

Троянская кобыла

А что со вторым условием?

Предположим, партия создает технический блок с Беннетом или Айзенкотом. Что если после выборов она отколется и присоединится к блоку Нетаниягу - ультраортодоксы - ХАРДАЛь , которому будет не хватать большинства?

Что если она расколется на крохотные фракции, и это облегчит Нетаниягу покупку перебежчиков?

Что если в продуктах, которые продаются в новой лавке, обнаружится отрава?

Те, кто помнит времена Осло, легко припомнят Эстер Сальмович - ее еще прозвали " парламентской Золушкой". Сальмович вышла из партии "Цомет" вместе с Гоненом Сетевом и Алексом Гольдфарбом. Очень скоро она одумалась, но было уже поздно.

Шаран Хаскель прошла похожий путь: перешла из оппозиции в правительство, а теперь ищет дорогу назад. Да, она приносит деньги - но что, если после выборов она снова переметнется на другую сторону?

Если по поводу Хаскель еще можно спорить, то есть и фигура, сомнений не вызывающая. Имя Айелет Шакед тоже всплывает на политической бирже. Шакед в последнее время усиленно дает интервью, повторяя: "Мне хорошо в частном секторе, я не ищу возвращения в политику". Как будто кто-то этому поверит.

А вот ущерб, который она нанесла предыдущему правительству, значительно превышает ущерб от ухода Сильман. Шакед действовала как настоящая троянская кобыла: будучи министром, она блокировала попытки защитить свое же правительство, а после развала правительства "сожгла" около двух мандатов, сознательно помогая таким образом блоку Нетаниягу.

Нетаниягу ее за это так и не вознаградил, Беннет, похоже, сделал выводы и не спешит включать ее в список - вот Шакед и ищет обходные пути.

Нет ничего плохого в создании новых праволиберальных партий, даже если похожие партии уже есть. Но только - пусть они идут в общем списке с другими, чтобы не сжечь голоса.

И не менее важно - установить заслон для троянских кобыл.

Источник: Маарив

Авторский перевод