Zahav.МненияZahav.ru

Среда
Тель Авив
+27+22

Мнения

А
А

Новое - это хорошо забытое старое

Когда примитивная страна покупает у тебя высокотехнологичное оружие, именно ты становишься хозяином положения. Все складывалось прекрасно, если бы не Израиль.

13.09.2020
Рональд Рейган и Ицхакк Шамир, 1988 год, Вашингтон. Фото: GPO / Ayalon Maggi

С юмором слежу за кампанией разных экс-спасителей Отечества (за пожизненную пенсию) про то, как любой новый самолет или подлодка в руках арабской страны тут же сводит на нет наше преимущество и отправляет в мусор почти 70 миллиардов шекелей и почти 4 миллиарда долларов в год, каковые лоховатый израильский народ и щедрый народ США тратят на содержание самой дорогой армии Ближнего Востока.

Юмор этот связан частично с исторической позицией ряда этих самых персональных пенсионеров в поддержку самых разных территориальных уступок бандам антисемитских убийц в непосредственной близости от израильских граждан, но не только. История тоже способствует.

...Выиграв президентские выборы в ноябре 1980 года, Рональд Рейган унаследовал от Джимми Картера три явления ближневосточной действительности - мир между Египтом и Израилем, исламский переворот в Иране и тайную договоренность о беспрецедентном пакете поставок американской военной техники в Саудовскую Аравию. Рейган и его команда решили, что для того, чтобы подкрепить первое и противостоять второму, третье будет не просто разумно, но необходимо.

Надо напомнить - это сегодня отношения клиент-патрон между саудитами и США выглядят сами собой разумеющимися, а тогда Америка с трудом выходила из кризиса, вызванного арабским нефтяным эмбарго, в котором король Фейсал принял самое активное участие. 1980 год был рекордным по ценам на нефть, и те, у кого была труба, довольно нахально качали права. Тем не менее, переворот в Иране и советское вторжение в Афганистан впервые со времен Насера поставили Эр-Рияд перед реальной угрозой собственной безопасности, и тут уже становилось важно не то, у кого труба ширше, а у кого дубина побольше.

Понятно, что только геополитикой дело не ограничивалось - сделка, в которую, помимо пяти самолетов радиолокации AWACS, вошли еще десятки F-15, самолеты-заправщики, ракеты "воздух-воздух" и т.д., должна была дать американской оборонной промышленности 8,5 миллиардов - на сегодняшние доллары это, на минуточку, больше 253 (!) миллиардов. Но главный фактор был, разумеется, прост - когда достаточно примитивная в индустриальном отношении страна покупает у тебя высокотехнологичное оружие, именно ты становишься хозяином положения. В общем, все складывалось прекрасно, если бы не один фактор - Израиль.

Рональд Рейган всю свою жизнь верил, что его верность безопасности и процветанию Еврейского государства никем не может быть поставлена под сомнение. История отношений Израиля и США в "эпоху Рейгана" неоднозначна - с одной стороны, именно Рейган поставил на постоянную основу американскую военную помощь Израилю, содействовал спасению израильской экономики и заключил с Израилем соглашение о свободе торговли, и именно Рейган сделал освобождение евреев СССР условием нормализации отношений с Горбачевым. С другой стороны, Рейган систематически, публично и жестко наказывал Израиль за нарушение "правил игры", как он их понимал - за бомбежку иракского реактора, за осаду Бейрута, за отказ принять мирный план госсекретаря Шульца, ну а про дело Полларда лучше вообще не распространяться, а то этот текст не кончится никогда.

Традиционно президенты-республиканцы не вызывали энтузиазма у сторонников Израиля в Америке, однако Джимми Картер наворотил таких дел под конец своего президентства, что Рональд Рейган, который в ходе предвыборной кампании занял абсолютно произраильскую позицию, был принят если не на ура, то с осторожным оптимизмом. Премьер-министр Менахем Бегин, который в январе 1981 года решил провести досрочные выборы в конце июня, был крайне заинтересован в установлении позитивных и бесконфликтных отношений с новым американским президентом. В администрации Рейгана понимали, что саудовская сделка не может быть реализована без договоренностей с Израилем. Казалось бы, все складывалось идеально.

Действительно, когда в феврале 1981 года в Вашингтон прибыл министр иностранных дел Израиля Ицхак Шамир, он пообещал от имени Бегина, что израильские возражения против сделки будут напоминать театр "Кабуки" - Израиль наденет маску огорчения, встанет в позу, но этим дело и ограничится, если... (тут Шамир, видимо, многозначительно посмотрел на своего коллегу Александра Хейга). Хейг не разочаровал - американская компенсация Израилю должна была состоять из дополнительной эскадрильи F-15, преференциальной ссуды в 600 миллионов и разрешения продать в Южную Америку израильский боевой самолет "Кфир" c лицензионными американскими двигателями. И посол Израиля в Вашингтоне, и военный атташе в США, и генералы, и министры пришли к выводу, что скандал вокруг сделки будет контрпродуктивным.

История бы на том и кончилась, если бы не Томас Дайн, тогдашний глава лобби AIPAC. Трудно сказать, насколько тот факт, что Дайн был демократ и входил в истэблишмент Демократической партии, сыграл роль в определении его позиции (до своего назначения Дайн был сотрудником аппарата Сената США и советником ряда сенаторов-демократов, а после получил от администрации Клинтона сначала руководящий пост в агентстве гуманитарной помощи USAID, а потом должность директора Радио Свобода/Свободная Европа).

Так или иначе, Дайн организовал массовую кампанию ЭЙПАК против сделки, прежде всего - в Палате представителей Конгресса, где господствовали демократы, однако он добился успеха и в Сенате, где большинство членов комитета по иностранным делам направили Рейгану письмо протеста. Тем не менее, Бегин сохранял сдержанность, ограничиваясь достаточно умеренными протестами, и не давал израильским дипломатам в США указаний активно содействовать борьбе против сделки. Помимо общего нежелания конфликтовать с Рейганом, у Бегина была еще одна причина - весной 1981 года вступила в завершающую фазу подготовка операции "Опера", и израильский премьер полагал, что после атаки на иракский реактор ему могут очень понадобиться добрые услуги американского президента. Однако блокировать усилия ЭЙПАК он тоже не мог - Ликуд отставал в опросах, выборы приближались, надо было показывать стойкость. Поэтому пока в Иерусалиме пытались не говорить ни да, ни нет, в Вашингтоне маховик ЭЙПАК раскручивался все больше и больше - и никто там, разумеется, не мог поверить, что "еврейское лобби" действует без четких указаний Еврейского государства.

После того, как администрация Рейгана официально объявила о сделке в конце апреля, а в Конгрессе была предложена двухпартийная резолюция, осуждающая ее, лидер Республиканского большинства в Сенате Говард Бейкер предложил госсекретарю Хейгу задержать запрос на утверждение сделки до израильских выборов в надежде, что после победы Шимона Переса ЭЙПАК "успокоится". Совет был принят, и процесс был остановлен до 30 июня, что дало администрации возможность мобилизовать сторонников сделки. Ну, а 7 июня израильские ВВС разбомбили "Осирак", и дискуссия приняла совсем иной оборот - администрации Рейгана пришлось отбиваться от советских и арабских обвинений в том, что она каким-то образом содействовала "израильской агрессии". Рейган, который, узнав о налете, записал в дневнике "Клянусь, я верю, что Армагеддон совсем рядом", принял решение, что саудовская сделка состоится, несмотря на то, что Бегин все же победил на выборах, а влияние противников администрации в Конгрессе постоянно росло.

24 августа, в преддверии первого визита Бегина к Рейгану в Вашингтон, Белый дом огласил итоговые параметры саудовской сделки - пять АВАКСов, больше тысячи ракет "воздух-воздух", шесть самолетов-заправщиков и прочие мелочи. Цель была проста - поставить израильского премьера перед свершившимся фактом, чтобы Бегин понял - не стоит превращать столь важный визит в заведомо проигранную битву против сделки.

Бегин понял намек. На встрече с главами ведущих еврейских организаций перед вылетом в Вашингтон он заявил, что саудовская сделка - это внутреннее дело США, и воздержался от публичных заявлений по этому вопросу в ходе трех встреч с Рейганом 9 сентября. Хотя Рейган не сумел убедить Бегина в том, что сделка никак не угрожает Израилю (Бегин видел в саудовцах исключительно спонсоров ООП и ведущую силу арабского бойкота), он получил от премьера обещание не критиковать сделку во время пребывания Бегина в Америке.

Тут на сцену вступает личность, которая должна еще сохраняться в нашей коллективной недоброй памяти. Джеймс "Fuck the Jews" Бейкер еще не раз "порадует" Израиль, а пока в качестве главы администрации президента он пользовался неограниченным доверием Рейгана. Когда Бейкер доложил Рейгану о том, что Бегин нарушил свое обещание и на встрече с сенаторами призвал их сорвать саудовскую сделку, Рейган ему поверил и крайне разгневался. На самом деле Бейкер лгал - то ли по своей инициативе, то ли был введен в заблуждение одним из сенаторов-республиканцев, не питавших, как и сам Бейкер, лишних симпатий к Израилю и евреям. Проверка госсекретаря Хейга установила истину (Хейг лично допросил Бегина в аэропорту перед тем, как израильский премьер улетел домой), но, как говорится, "осадок остался", и с этого момента для Рейгана утверждение саудовской сделки любой ценой стало делом принципа.

1 октября Рейган официально попросил Конгресс ратифицировать сделку и дал пресс-конференцию, на которой изложил все преимущества поставок вооружений саудовцам, отверг все опасения относительно ее безопасности для Израиля, и произнес фразу, которая повиснет над американо-израильскими отношениями на все последующие годы: "It is not the business of other nations to make American foreign policy." Хотя сам президент и его команда не пошли на то, чтобы напрямую обвинить сторонников Израиля в двойной лояльности, такие обвинения посыпались в прессе. До ЭЙПАК наконец дошло, куда подул ветер, и один из руководителей лобби сформулировал проблему просто: "Мы наделали достаточно. Если мы проиграем - мы проиграем, и даже если мы выиграем - мы все равно проиграем." Срыв сделки теперь означал личное унижение президента США и как следствие - потенциальный взрыв антисемитских настроений.
Рейган знал, что позиция подконтрольного демократам Конгресса не изменится, и сосредоточился на Сенате. До голосования по сделке 28 октября "Великий коммуникатор" буквально перепахал Сенат (49 встреч, 22 телефонных разговора в неделю). Свой вклад в победу внесло и саудовское посольство - оно проплатило целую армию лоббистов, экспертов и пиарщиков, которых почему-то никто не обвинял в попытках направить внешнюю политику США в желаемое русло. Хорошо поработали и лоббисты американского ВПК (особенно производителя систем AWACS, корпорации "Боинг"), и американских нефтяных фирм. Когда гендиректор ЭЙПАК Дайн спросил у сенатора-демократа от Небраски, еврея Эдварда Зорински, почему тот нарушил свое обещание голосовать против сделки, тот ответил, что "только что узнал, что все уличные лампы в Саудовской Аравии сделаны в Небраске".

Обеспокоенный Рейган, которому не понравился джинн, выпущенный им самим из бутылки, попросил своих еврейских друзей найти возможность компромисса с ЭЙПАК. Сенатор-республиканец Руди Бошвиц встретился в середине октября с Дайном и другими лидерами лобби и предложил им прекратить борьбу в обмен на еще более щедрый пакет компенсаций Израилю, включая доступ к данным американских разведывательных спутников. Дайн и его соратники отказались. Это была их последняя ошибка. Спустя несколько дней администрация президента получила от саудовцев согласие на ряд ограничений и элементов контроля, которые должны были гарантировать, что системы AWACS не будут применены против Израиля, и уведомила об этом ряд конгрессменов и сенаторов, после чего те решили поддержать сделку. 28 октября Сенат США утвердил соглашение с Саудовской Аравией большинством в 52 голоса против 48.

Так, поражением произраильского лобби, закончилась эта достаточно бессмысленная баталия вокруг поставок оборонительных систем второразрядной державе, которая не была угрозой Израилю до того и не стала таковой после. История подтвердила правоту Рейгана - безопасность Еврейского государства, свобода его действий никак не пострадали от того, что у саудовцев появились большие и красивые игрушки, а вот "хранители двух святынь" превратились в сателлитов США, и чем больше росла иранская угроза, чем ниже падали цены на нефть, тем прочнее становилась саудовская зависимость от Америки. По иронии судьбы, зимой 1990/91 г. эти самые саудовские АВАКСы вносили посильный вклад в борьбу коалиции с попытками Саддама запускать ракеты по Израилю. Другое дело, что в рамках своих "особых отношений" с саудитами американцы закрыли глаза на саудовский ваххабизм и экспорт исламского экстремизма, и это в свою очередь привело к 9/11. Но это уже совсем другая история...

Читайте также

Комментарии, содержащие оскорбления и человеконенавистнические высказывания, будут удаляться. Пожалуйста, обсуждайте статьи, а не их авторов.