Евреи: нация, маркер, миф
Фото: Getty Images
Евреи: нация, маркер, миф

Данная статья уже была опубликована на Мнениях (1, 2, 3) - в том виде, в котором она была опубликована в "Живом Журнале" автора. Приведенный ниже текст является исправленной и расширенной версией, присланной в редакцию Игорем Эйдманом.

 

Для начала, чтобы не было кривотолков по поводу моего происхождения и ангажированности. Я еврей, по крайней мере, такая национальность была указана в моем советском паспорте. Как интернационалист и космополит я  пытаюсь разглядеть среди нагромождения националистических мифов и предрассудков контуры реальности. 

Осколки разбитого вдребезги

Евреи в рассеянье всегда были не только нацией, но и группой, помеченной общим социальным клеймом, стигматом. После начала еврейского просвещения в конце 18 века, распада общины, эмансипации и культурной ассимиляции, европейские евреи все меньше оставались нацией. Однако социальная приписанная характеристика «еврей» продолжала сохранять значение для окружающих. В России в первой половине 20-го века этот процесс был наиболее радикальным. Большинство выживших после Холокоста российских евреев не сохранили национальных традиций, языка и религии. Они практически перестали быть единой нацией (исключение - сознательные сионисты, большинство которых выехало в Израиль в 70-е - 80-е). С тех пор главным стал внешний социальным маркер «еврей». Носители этого «лейбла» в разной мере сохраняют осколки национальной самоидентификации и некоторые традиционные поведенческие стереотипы, но разрознены и растворены в русском обществе.

Нации не стало, но мифы о ней живут. И сегодня «саги о евреях» продолжают волновать воображение россиян, служить инструментами  политической борьбы. Интернет полон  антисемитскими и зеркально противоположными им либеральными филосемитскими мифами.

Анти+филосемитский миф №1. Евреи – особая нация, уникально талантливая, паразит на теле других народов, двигатель мирового прогресса, источник бед и несчастий для впустивших ее стран, культурная и нравственная, хищническая и вырожденческая, добивающаяся тайного мирового господства, несправедливо преследуемая завистливыми туземцами.

Откуда пошли мифы о евреях

И фило и антисемитские мифы отталкиваются  от общего «первомифа» об уникальности евреев и их роли в жизни стран  рассеяния. Разница только в оценке значения этой роли. Особый статус евреев в традиционном европейском средневековом обществе был обусловлен конфликтом иудаизма с христианством. Для христиан тогда евреи были, прежде всего нацией, «распявшей Христа». Филосемитский миф так же «аргументировался» религиозно, как известно, по Библии: евреи – «богоизбранный народ».

Казалось бы, при  переходе от эпохи веры к эпохе знаний (термины известного французского исследователя антисемитизма Леона Полякова), т.е. от клерикального средневековья к эпохе модерна, евреи должны были потерять свое особое место в общественном сознании. Однако в 19-м - начале 20-го века сложился новый миф об уникальности евреев, также имеющий анти и филосемитский варианты. Его появление было предопределено быстрым ростом социального статуса евреев, активным включением их в культурную, политическую, экономическую жизнь. Это было похоже на чудо: евреи во многих европейских странах достаточно быстро превратились из наиболее социально дискриминируемого меньшинства в достаточно высокостатусную этническую группу. Многие решили, что дело в еврейском заговоре, «жидовской спайке». Другие - что причина «еврейская гениальность».

Однако ситуация объяснялась просто. Евреи были лучше подготовлены к  новым вызовам времени, чем христиане. Они не были более талантливыми или спаянными (спайка их в результате разрушения традиционных общинных структур сильно ослабла), но просто лучше приспособленными к новым условиям.

Еврейские социокультурные типы: «торговцы» и «книжники»

Как известно, большинство населения европейских стран на протяжении многих веков составляли крестьяне. Аристократическая элита в основном занималась силовым управлением, грабежом непривилегированного населения и войной. Капитализм, рыночное общество создали городские обыватели, бюргеры. Города, включая их еврейские гетто, были своего рода инкубаторами, где люди задолго до наступления эпохи модерна, формировали необходимые для нее навыки. Евреям запрещалось заниматься земледелием, они не могли быть и воинами. По необходимости евреи освоили городскую, рыночную среду раньше большинства христиан.

Одни евреи занимались примитивным  «бизнесом» (ремесленники, ростовщики, шинкари, старьевщики, городские и  сельские торговцы, приказчики и т.д.). Другие, в основном, изучением книг (талмудической литературы), т.е. освоением и интерпретацией информации. Так сложилось, что именно такие виды деятельности стали наиболее востребованы после модернизации 19-го века.

Евреи принадлежали в основном к  двум социо-культурным типам: «торговцам»  и «книжникам».  Конечно эти типы были и среди христианского населения. Именно они и сформировали бОльшую христианскую часть модернизованной элиты. Но среди христиан торговцы и книжники составляли незначительное меньшинство, а у евреев - большинство. По некоторым позициям евреи оказались лучше подготовленными к новой реальности, чем бюргеры-христиане. Христианам и мусульманам было позорно или запрещено, например, заниматься ростовщичеством. Эту нишу заняли евреи. Многие известные банкирские дома сформировались в еврейской среде. Евреям, обладающим во многих поколениях навыками работы с информацией, письменными текстами (талмудической литературой), также было проще получать высшее образование, делать карьеру в науке, адвокатуре, журналистике, издательском бизнесе и т.д.

Евреи в эпоху модерна: успех и катастрофа

В странах, где традиционная элита быстро втянулась в капиталистические отношения, еврейская эмансипация  не вызвала особого напряжения в  обществе (Англия, Италия, Швейцария, Нидерланды). Евреи оказались наиболее заметны  и мифологизированы там, где элита была наиболее консервативна, а национальный финансово-торговый класс слаб: в Германии, России, Австро-Венгрии. В США сложилась уникальная ситуация. Массовая иммиграция евреев позволила им занять ключевые позиции во многих новых развивающихся областях жизни, еще не занятых элитой янки (от инвестиционного бизнеса до киноиндустрии).

Социальный подъем евреев стал результатом  разрушения традиционного уклада жизни, больно ударившего по многим в Европе. Хотя сами евреи в решающих событиях того времени (эпохе Просвещения, создании США, Великой французской революции, промышленной революции 19-го века и т.д.) большой роли не сыграли. Не евреи разрушили «старый мир». Он умер своей смертью, когда пришло его время. Но именно евреев консерваторы и националисты стали считать виновниками гибели традиционного общества. Эти многолетние обвинения во многом подготовили катастрофу европейского еврейства, Холокост.

Традиционные элиты там, где  они были обеспокоены еврейской  конкуренцией, старались как можно дольше держать евреев на положении людей второго сорта. Это отчасти удавалось в странах восточной Европы: в царской России, Румынии, Венгрии. В Веймарской Германии нацисты пришли к власти, использовав ненависть консервативной немецкой элиты к гиперактивным конкурентам-евреям.

Евреи перестают быть «особенными»

Постепенно конкурентные преимущества евреев исчезают. Произошла повсеместная урбанизация, потомки крестьян получили образование и навыки жизни в  обществе модерна. Евреи престали быть наиболее преуспевающей общиной даже в США. В европейских странах, где удалось восстановить после Холокоста еврейские общины, например в Германии или во Франции, евреи как-то сегодня тоже не очень заметны и успешны. Оказалось, что другие народы не хуже евреев могут реализовываться в бизнесе или науке.

Сейчас роль евреев конца 19-го начала 20-го века в Европе и США во многом начинают играть китайцы и другие восточноазиатские народы. Они, вместо евреев, стали настоящими «передовиками  капитализма». Члены японской общины - уже давно среди наиболее обеспеченных и образованных американцев, сейчас к ним подтягиваются корейцы, за ними по пятам идут китайцы и даже вьетнамцы. Их упертость, трудоспособность, нацеленность на карьеру помогают добиваться социального успеха. Они лучше «заточены» под нынешнее рыночное общество, чем расслабленные европейцы, в т.ч. евреи. Их дети учатся лучше аборигенов. В Германии, например, вьетнамцы намного опережают немцев по показателям успеваемости в школе (об этом пишет даже известный враг иммигрантов - Сарацин). Процент азиатов в Университетах США и Европы стремительно растет. Они потеснили евреев даже как исполнители классической музыки. Если раньше европейскую публику развлекал Владимир Горовиц и Яша Хейфец, сейчас для нее играет Ланг Ланг и Ванесса Мэй. Среди победителей европейских и американских молодежных конкурсов в области музыки, науки, технологий - полно азиатов. Они играют все более существенную роль в жизни современного западного общества.

Израиль: убежище или угроза

Сейчас основной источник особого положения евреев в мире – арабо-израильский конфликт. Парадокс истории в том, что Израиль, создававшийся как убежище для евреев от антисемитских гонений, стал главным объектом и причиной современного антисемитизма. Кровавое противостояние Израиля с арабами вызвало новую волну ненависти, прежде всего в мусульманских странах к носителям еврейского социального маркера.

Конфликт этот может быть исчерпан только тогда, когда израильские евреи (они в отличие от евреев диаспоры – реальная нация) престанут воспринимать себя частью мифического мирового еврейского народа. Только это позволит Израилю, наконец-то, превратиться в нормальное светское, неидеологическое государство, способное для достижения мира пойти на уступки арабам в вопросе «общееврейских» национальных «святынь» и символов, типа Иерусалима, Храмовой Горы и т.д.

Евреи в современной России: олигарх-торговцы и либерал-талмудисты

В России евреи трижды делали социальный рывок. Первый – локальный, во время  бурного развития капитализма в  конце 19-го – начале 20-го века. Тогда евреи пришли в большой бизнес, журналистику, свободные профессии, науку. Однако дискриминация продолжалась. Карьерные возможности евреев (даже выкрестов) были ограничены.

После революции 1917-го года произошел новый социальный подъем евреев. Они составили значительную часть большевистской элиты.  В основном евреи-большевики принадлежали к социальному типу «книжников»-идеалистов, превратившихся в фанатичных строителей нового режима. Затем в послевоенном СССР появились новые дискриминационные ограничения, сильно затруднившие карьерное продвижение евреев.

После 91-го года с реставрацией рыночных отношений евреи сделали очередной социальный рывок. В крупный бизнес пришли евреи-«торговцы», сохранившие соответствующую традиционную социальную психологию. Они стали частью многонациональной российской буржуазии. Новые идейные предпочтения «книжников» совпали с корыстными интересами «торговцев». Первые стали интеллектуальной и пропагандистской обслугой вторых.

Как Сталин поссорил евреев с революцией

Анти+филосемитский Миф 2. Евреи  были чекистами-палачами, невинными жертвами коммунистической системы, создали эту систему и были главными ее выгодоприобретателями, подвергались в ней жестокой дискриминации и гонениям, активно эксплуатировали русское население и разрушали устои национальной культуры, несли свет просвещения и были хранителями общечеловеческих ценностей.

Евреи и революция

Дискриминационная политика российских властей по отношению к евреям была бомбой замедленного действия. Она делала евреев социальной группой со статусной рассогласованностью, т.е. источником взрывоопасного напряжения в обществе. В последние десятилетия существования Российской империи и СССР еврейская элита, с одной стороны, обладала высоким образовательным статусом и уровнем достатка, а с другой - была психологически унижена и политически дискриминирована. В результате, в обоих случаях евреи активно участвовали в формировании контрэлиты, подготовившей крах царского, а затем советского режимов. 

В последние годы своего существования царизм перешел  к дискриминации евреев не только по религиозному, но и по национальному признаку, в чисто нацистском духе. Например, в 1912 году был принят закон, запрещающий производство в офицеры уже не только иудеев, но и выкрестов, их детей и внуков (нечто похожее было и в гитлеровских Нюрнбергских законах).

Только одна иллюстрация того, как статусная рассогласованность вынесла евреев в авангард революции. Виктор Шкловский пишет в «Сентиментальном путешествии», что во время Первой мировой войны «Офицерство почти равнялось (числу) грамотных людей, которое было в России. Все, кого можно было произвести в офицеры, были произведены… Исключение составляли  евреи. Евреев не производили. Поэтому в армии очень большая часть грамотных солдат оказалась именно евреями. Они (после Февральской революции) и прошли в комитеты. Получилось такое положение: армия в своих выборных органах имеет процентов сорок евреев на самых ответственных местах».

Историю советских евреев я знаю, что называется изнутри. Оба моих деда и одна бабушка состояли в  партии и были идейными коммунистами. Моего отца назвали в честь Ленина Виленом. Мои предки были активными участниками формирования советской системы. Это, конечно, не случайность. Могу поспорить, что у доброй половины моих читателей еврейского происхождения предки тоже были коммунистами. Евреи массово шли в революцию, социалистические партии, а затем к большевикам. Главной причиной, конечно, была дискриминация, которой они подвергались «при старом режиме». Но не только в этом  дело. «Передовые» евреи видели, что на Западе прогресс избавил их от унижений и дискриминации. Движение к коммунизму воспринималось тогда, как наиболее радикальный вариант прогрессивного развития. Многие евреи захотели быть в авангарде борьбы за прогресс, несущий им равноправие и стали социалистами. 

Чтобы не быть голословным приведу некоторые цифры, характеризующие роль евреев в революционных событиях, из работы наиболее авторитетного специалиста в этой области, О. Будницкого.

«…Из 159 эмигрантов, вернувшихся в Россию через Германию в известных «пломбированных вагонах»…по меньшей мере 99 евреев. В первой группе из 29 человек, приехавших вместе с В. И. Лениным, евреев было 17 человек…».

«… в составе ВЦИК первых пяти созывов, как правило, около 20% депутатов были евреями: наибольшая цифра — 22% — среди членов ВЦИК 1-го созыва (июнь 1917), наименьшая — около 17% — 3-го (январь 1918). Евреи входили в ЦК практически всех значительных политических партий России. Причем в Центральных Комитетах левых партий — большевиков и эсеров — евреи составляли, как правило, от четверти до трети их членов. В ЦК (еще одной социалистического партии) «объединенной» партии меньшевиков евреи составили около половины». Среди либералов евреев было несоизмеримо меньше. Только «трое из 67 членов ЦК партии кадетов, избранных на ее 8-м съезде, были евреями». Добавим, что среди членов политбюро РКП (б) с момента его основания в марте 1919 и до декабря 1925 года процент евреев колебался между 40 и 60%.

Активное участие в революционных событиях привело евреев в различные партийные, советские руководящие органы, в Красную армию и в ЧК. Конечно, чекистами во время красного террора было совершено немало преступлений, бессмысленных жестокостей. Еще больше о «злодеяниях евреев-чекистов» создано мифов. Достаточно вспомнить кочующие из одних «исторических» книг в другие вымышленные образы садисток евреек-чекисток, типа Доры Явлинской, она же Любарская, «собственными руками казнившей 400 офицеров». 

Здесь необходимо небольшое отступление о характере красного и сталинского террора. У них есть одно существенное различие. Ленин, Троцкий и другие большевистские вожди были довольно жестокими людьми. Но их жестокость носила инструментально рациональный характер, была не самоцелью, а лишь средством удержания власти для продолжения коммунистического эксперимента (что, конечно, ни коим образом большевиков не оправдывает). Сталин стал организатором бессмысленного и потому беспрецедентно масштабного террора в СССР. 

Масштаб красного террора времен Гражданской  Войны, направленного в большинстве  против реальных противников большевистской власти и представителей враждебных ей социальных групп, был ограничен численностью этих категорий граждан. Сталинская вакханалия была безразмерна, так как врагом мог быть объявлен любой. Число жертв 37-38-го годов более чем в 10 раз превзошло численность погибших в результате красного террора за всю Гражданскую войну. По официальным советским данным в 1937-38 годах было арестовано по обвинению в антисоветской деятельности 1 548 366 человек, и из них расстреляно 681 692. Тогда, как во время Гражданской войны, жертвами красного террора стали, по данным историков, до 50 000 человек (Р. Конквест приводит большие цифры, но он и по числу жертв сталинского террора дает оценки в несколько раз превышающие архивные данные).

Большевизация евреев была непростым процессом. В 1917-18 году многие из них симпатизировали не большевикам, а другим социалистических партиям: меньшевикам, бундовцам, эсерами, социал-сионистам. Даже такие будущие певцы большевизма как Кольцов и Эренбург, в эти годы писали антибольшевистские фельетоны в киевской белой прессе, а Виктор Шкловский вообще боролся с большевиками в эсеровском подполье. И только после колчаковского переворота в Омске, когда белые добили т.н. «демократическую контрреволюцию» (остатки Учредительного Собрания, эсеров), после деникинских и петлюровских погромов на Украине евреи массово поддержали советскую власть, видя в ней единственную реальную социалистическую силу и защитника от погромщиков. С этим связан массовый переход еврейских социалистов к большевикам, в т.ч. вступление в коммунистическую партию большей части бундовцев.

Мой прадед еврейский социалист в конце 1917-го года еще участвовал в антибольшевистском социалистическом подполье, а в 1924-м году уже искренне горевал из-за смерти Ленина. Где-то к 1919-му году большинство евреев стали ревностными защитниками советской власти. В ее противников многие из них превратились после сталинской послевоенной антисемитской кампании, которая в скрытой форме продолжалась при Хрущеве и Брежневе.

Сталин и евреи

Сталин поссорил большинство евреев с советской властью. И это  никак не было связано с его  мифическим поворотом к русским патриотическим ценностям, который, по мнению некоторых национал-сталинистов, произошел в конце 30-х. Репрессии 37-го – 38-го годов, по сути, уничтожили большевистскую партию и идею коммунизма. Это был отсроченный смертный приговор советской системе. Однако тогда сталинский террор не был направлен персонально против евреев. Евреи в массе продолжали сохранять преданность коммунистической идее и составляли значительную часть советской правящей элиты. Только послевоенная антисемитская компания, от которой, как минимум психологически, пострадали практически все евреи, сделала многих из них противниками советского проекта. 

У этой кампании, как и у большинства  других эпизодов сталинского террора, не было рациональных причин. Сталин, в  силу своей маниакальной подозрительности, не доверял нациям, имевшим собственное национальное государство за пределами СССР. Он воспринимал представителей таких народов как потенциальных шпионов. Этим была вызвана кампания по массовому уничтожению советских поляков, латышей, эстонцев и т.д. в 1937-38 году. К счастью для советских евреев Израиль тогда еще не был создан. Евреи в 37-м не были главными жертвами чисток (это видно по незначительному их проценту среди заключенных тогдашнего ГУЛАГа). Начало послевоенной антисемитской кампании было напрямую связано с созданием Израиля и выбором им проамериканской ориентации. Евреи сразу же в глазах Сталина стали неблагонадежными. 

Вокруг антисемитской кампания Сталина сложилось много мифов. Например, легенда о том, что эта кампания как-то связана с переход Сталина на позиции русского национализма и сильными произраильскими симпатиями евреев. Действительно, поначалу, когда Сталин поддержал создание Израиля, некоторые «элитные» евреи опрометчиво выразили симпатии новому еврейскому государству (например, жена Молотова Жемчужина), думая, что это соответствует задачам сталинской внешней политики. После ссоры СССР с Израилем, они, конечно, раскаялись в этом. Но было уже поздно. У параноика что-то заклинило в мозгу. Сталин перестал доверять евреям. Решил, что те, используя кремлевских врачей, по указанию Израиля и американцев, хотят его физически извести. 

На самом деле, после уничтожения троцкистов в 30-е, подавляющее большинство «элитных евреев» были лояльны Сталину и артистично «колебались вместе с линией партии». При перемене курса они быстро превратились из революционеров-интернационалистов в советских патриотов. Интересно посмотреть этот переход по творчеству того же Эренбурга, Светлова, Сельвинского, Безыменского и др. К Израилю они относились как к иностранному государству, вначале дружественному, но затем враждебному.

Среди филосемитствующих либералов  популярен миф о планировавшейся  казни «врачей-убийц» на Красной  площади и последующей высылке  всех евреев в Сибирь. Убедительные документальные доказательства несостоятельности этой легенды приведены наиболее серьезным исследователем сталинского антисемитизма Геннадий Костырченко.

Когда Сталин в конце жизни «назначил» евреев, верой и правдой служивших советскому проекту, главным внутренним врагом, они были оскорблены и унижены. Тем не менее, поколение евреев-большевиков в основном сохранило свои убеждения до конца жизни (сужу и по своим предкам). Однако новые поколения евреев отвергли коммунистическую веру родителей. 

Отец рассказывал мне такую  историю. Получилось так, что он узнал раньше своего отца-коммуниста (моего деда) о секретном докладе Хрущева на ХХ-м съезде и рассказал ему о разоблачении  культа личности. Тот, чуть не убил сына, посмевшего пересказывать «клевету на великого Сталина». Дед поверил в разоблачение вождя только, когда на партийном собрании услышал текст хрущевского доклада из уст делегата съезда. «Пришел с собрания, как оплеванный», - рассказывал мне об этом отец.

Подвергались ли евреи дискриминации в позднем СССР?

Последствия антисемитского поворота Сталина конца 40-х не были в полной мере преодолены в постсталинское время. Закончился террор, антисемитская кампания в прессе, проработки. Евреи, в среднем, жили материально лучше, чем большинство населения. Но при этом они ощущали себя людьми второго сорта. Конечно, в СССР никогда не было такой тотальной дискриминации евреев, как иудеев в царской России. Однако неравноправие и унижения евреев, пусть и не такие чудовищные, как видится некоторым антикоммунистам, были. И дело тут даже не в прямой дискриминации, касающейся только некоторых сторон жизни (органы управления, армия, некоторые элитные ВУЗы, поездки за рубеж, распределение должностей и т.д.), а в формировании властями отношения к евреям, как к какой-то полулегальной, почти неприличной нации. 

Как-то в советские времена меня спросил один знакомый татарин: «А почему евреи не поют?». Я вначале не понял, из-за чего он так решил. Оказалось потому, что еврейские песни, в отличие от татарских и др., не исполняют по радио и ТВ. Евреи были выведены из числа советских наций на особое положение подозрительных. Из-за этого все остальные граждане воспринимали евреев, как изгоев, стоявших вне «содружества советских народов». Само слово «евреи» в СМИ, в 70-е начале 80-х, произносилось крайне редко. Это были или израильские агрессоры, или какие-то ручные советские евреи, выступающие против этих агрессоров. Неумные советские руководители думали так быстрее ассимилировать евреев, чтобы избежать проблемы двойной лояльности и эмиграции. Но все это давало скорее обратный эффект.

Эренбург сравнивал советских евреев с людьми с рыжим цветом волос. Как можно объединить рыжих в единую группу с общим самосознанием? Только начав их преследовать. Тогда они будут сочувствовать друг другу, стараться вместе противостоять обидчикам. Именно этого, по сути, от евреев добивались советские руководители, начиная с позднего Сталина. Надо сказать, что их усилия не увенчались полным успехом. Большинство советских евреев даже дискриминация не сделала националистами. Однако в еврейской среде глухо копилось недовольство.

Деды - правовернейшие коммунисты - честно и самоотверженно работали на систему. За это получили от Сталина вместо благодарности антисемитские обвинения, а то и лагерь. Их дети в СССР чувствовали себя людьми второго сорта, несмотря на относительно высокий уровень образования и достатка. Не удивительно, что внуки, помня о трагедии дедов и видя унижения родителей, стали антикоммунистами. 

У нового поколения «книжников» возникло другое представление о прогрессе. Они перестали поклоняться коммунистическому идеалу. Его место заняла умеренная либеральная версия позитивного общества. Синонимом прогресса стал Запад.

Многие евреи «книжники» начали верить «от противного» в наиболее далекую от коммунизма идеологию  рыночного фундаментализма. Поверили в либерализм так, как их прадеды  верили в талмуд, а деды - в Ленина и Сталина. Так же неистово и некритично. А потом либеральная вера стала выгодным бизнесом. Их просто купили настоящие хозяева этого самого мифического свободного рынка. Надо сказать, что под влиянием памяти о сталинских преступлениях такой же переход от поколения пламенных большевиков к генерации либеральных фундаменталистах, от «Гайдара-деда к Гайдару-внуку» сделала значительная часть и нееврейской по происхождению интеллигенции.

Евреи-«торговцы» берут реванш

Евреи стали важной частью либеральной контрэлиты, сыгравшей большую роль во время Перестройки и последующего разрушения СССР. Поначалу были больше заметны либеральные «книжники», но, затем, их обскакали и сделали своей идеологической обслугой «торговцы». Теперь значительная часть либеральной интеллигенции еврейского происхождения обслуживают интересы крупного бизнеса, как журналисты, пиарщики, политологи, социологи, «идеологи» и т.п..

В советские времена, в отличие от достаточно успешных евреев-«книжников», т.е. ученых, журналистов, писателей и т.п., евреи-«торговцы» подвергались двойным санкциям: и как евреи, и как люди, занимающиеся уголовно наказуемым тогда предпринимательством. 

Основные ареалы обитания советских евреев-«торговцев» - разного рода предприятия торговли и сферы обслуживания, где можно было левачить, доставать дефицит, мухлевать, спекулировать. Мои родители презрительно называли таких людей «торгашами». Такие «торгаши» могли работать не только в сфере торговли и обслуживания, но и на формальных позициях «книжников», даже изображать из себя ученых (как Березовский). При этом, чем бы они ни занимались, их отличала четкая ориентация на добывание любыми способами материальных благ. Был популярен анекдот про таких евреев: «Армянское радио спрашивают: как заставить евреев перестать писать пьесы о Ленине? Радио отвечает: разрешить свободную торговлю». Этот анекдот после 1991-го года буквально претворился в жизнь. Знаменитый автор ленинианы Михаил Шатров, став бизнесменом–девелопером, и вправду бросил писать пьесы, очень неплохо его кормившие в советские годы, ведь нашлись еще более эффективные способы для заработка.

Именно евреи-«торгаши» после 1991-го года сформировали еврейскую часть новой статусной элиты. Некоторые  из них, ушибленные в свое время советским  антисемитизмом, пытаются гиперкомпенсировать комплекс неполноценности, демонстративным национальным самоутверждением, всеми этими «Хануками в Кремле» и т.д. Другие, наоборот, по инерции, на всякий случай, предпочитают считаться православными, как раньше переписывали национальность в паспорте (есть у меня такие родственнички).

И комиссары в пыльных шлемах

Многие либеральные евреи-«книжники», после 1991-го года, пошли в услужение  к «торговцам». Сейчас они нередко  проклинают коммунистический эксперимент. По логике они так же должны проклинать своих дедов и прадедов, в нем активно участвовавших.  Разговоры о том, что предки, мол, оказались жертвами обмана - не проходят. Евреи-большевики, в основном, были не ведомыми, а вели  массы за собой на штурм зияющих высот коммунизма. Помню я в Нижнем, во время перестройки, толкал какую-то модно антикоммунистическую речь. После выступил ветеран и со слезой в голосе сказал примерно следующее: «Что же вы евреи за люди такие? Когда я был молодой пришли евреи-агитаторы в нашу деревню, обратили в свою коммунистическую веру. Я всю жизнь был активист, комсомолец, коммунист. А теперь вы же мне говорите, что коммунизм – обман. Так зачем обманывать нас было?». 

Я считаю, что нет, и не может быть коллективной национальной ответственности  или вины. Но должна быть ясная позиция по отношению к делам своих предков. Моя позиция такова: деды-коммунисты были активными участниками великого движения за освобождение от социального рабства, прорыв человечества из царства необходимости в царство свободы. Это движение зашло в тупик отчасти по объективным причинам (на существовавшем уровне развития общества полный успех был невозможен), отчасти по субъективным причинам (его сумел подмять под себя параноик и палач Сталин). Многие видные старые большевики несут на себе груз ответственности за ошибки и преступления эпохи. Часть из них стали сталинскими палачами и действительно заслуживают проклятие потомков. Но на больших постах и в органах работало не так много людей. Большинство старых коммунистов не совершали никаких преступлений. Они были участниками обреченного, но героического дела. 

А что скажут о своих предках евреи из либерального истеблишмента?

counter
Comments system Cackle