Zahav.МненияZahav.ru

Вторник
Тель-Авив
+29+23
Иерусалим
+31+19

Мнения

А
А

Порок многоженства ("Вайеце")

Тора в основе своей дозволяет многоженство, что требование моногамии является выдумкой ашкеназских раввинов, поддавшихся внешнему влиянию христианского окружения.

05.12.2019
ShutterStock

Читайте также

Коль скоро союз Израиля со Всевышним принято уподоблять союзу между мужем и женой, то справедливо и обратное: брачный союз подобен завету между Богом и еврейским народом.

Сестры и жены

В недельной главе "Вайеце" рассказывается о бегстве Иакова в Харан и о его женитьбе на двух сестрах - Рахели и Леи.

Комментаторы в целом стараются приукрасить cложившуюся ситуацию. Отношения между сестрами представляются в мидрашистской литературе большей частью образцовыми. Достаточно сказать, что согласно агаде, Рахель помогла обмануть Иакова и подложить на его брачное ложе свою сестру Лею.

Но, во-первых, в традиции существует все же и иная интерпретация этой истории. Немалую трудность представляет для комментаторов то обстоятельство, что Тора запрещает женитьбу на родных сестрах (Ваикра 18.18). Некоторых не успокаивает общее соображение, что в те времена Тора еще не была принята к исполнению, и они приводят казуистическое объяснение, что приняв иудаизм, Рахель и Лея утратили родственные связи между собой.

Более того, Тора не делает секрета из того, что взаимоотношения Иакова и его жен (включая служанок) были весьма непростыми. Постоянное соперничество, зависть, ревность и прочие страсти полыхали в шатрах четырех праматерей еврейского народа: "И увидела Рахель, что она не родила Иакову, и позавидовала Рахель сестре своей, и сказала Иакову: дай мне детей; а если нет, я умираю… И она дала ему Билу, рабыню свою, в жену; и вошел к ней Иаков... И зачала Била, и родила Иакову сына… И еще зачала, и родила Била, рабыня Рахели, другого сына Иакову... И сказала Рахель: борьбою сильною боролась я с сестрою моею, и превозмогла…. Реувен шел в дни жатвы пшеницы, и нашел мандрагоры в поле, и принес их Лее, матери своей. И Рахель сказала Лее: дай мне мандрагоров сына твоего. Но та сказала ей: мало ли тебе забрать мужа моего, а еще забрать и мандрагоры сына моего? И Рахель сказала: за то он ляжет с тобою эту ночь, за мандрагоры сына твоего. Когда Иаков пришел с поля вечером, и вышла Лея ему навстречу, и сказала: ко мне войдешь, ибо я наняла тебя за мандрагоры сына моего. И лег он с нею в ту ночь… И услышал Бог Лею, и она зачала, и родила Иакову пятого сына. И сказала Лея: дал Бог возмездие мне за то, что я отдала рабыню мою мужу моему" (30: 1-18)

И, тем не менее, комментаторы склонны идеализиоливать отношения в семействе Иакова. Как из этой позитивной оценки, так и из ряда других танахических историй некоторые выносят представление о приверженности иудаизма нормам многоженства.

Так Сведенборг утверждает: "Народу Израиля было разрешено иметь больше жен, поскольку у него не было христианской религии, а следовательно, супружеская любовь для него невозможна" (340)

Более того, сами иудеи зачастую вторят этим обвинениям. Многие отмечают, что Тора в основе своей дозволяет многоженство, что требование моногамии является выдумкой ашкеназских раввинов, поддавшихся внешнему влиянию христианского окружения.

Действительно, согласно исходным базисным принципам Торы ("деорайта") женщина "одновалентна" – она может иметь только одного мужа, в то время как мужчина даже – если всмонить некоторых царей Израиля, - даже не двух, а сотневалентен!

Другие в этой связи замечают, что многоженство честнее неверности в моногамном браке. Что хорошего в лицемерии, при котором человек все равно делит ложе с несколькими женщинами, но формально может принять ответственность лишь за одно сожительство?

Мне бы хотелось возразить на эти якобы "иудейские" доводы и попытаться показать, что в своей основе иудаизм - принципиальный приверженец моногамии.

Многожество допускается Торой, как допускаются ей и некоторые другие неприглядные ныне стороны жизни древних народов, например, рабовладение. Но это не "идеал". Прежде всего следует отметить, что практика многоженства никогда не приобретала в Израиле того размаха, который имеет место среди мусульман, и практически полностью была изжита еще во времена Второго Храма.

И это, конечно, не случайно. Идея моногамности глубоко укоренена в еврейском сознании. Редко проговариваясь открыто, она всегда негласно подразумевается. Например, рассказывая о том, чем занимается Всевышний после сотворения мира, мидраш сообщает, что Он сочетает брачные пары. Магараль отмечает в отношении этого образа, что речь в данном случае идет не только об установлении брачных союзов, но вообще о "сочетании противоположностей". Но очевидно, что нелепо было бы представлять брак образцом любого диалектического единства, если бы он допускал в своей основе сочетание с несколькими женами. Ведь тогда бы брачная диалектика считалась бы не дуальной, а триадной и т.д. Но везде и повсюду диалектика - это диалектика именно противоположностей, как сказано в книге "Коэлет": "Также и одно напротив другого сделал Бог" (7.14).

Мидраш (Тмура) поясняет эти слова следующим образом: "Святой сотворил весь мир парным: одно вместо другого, и одно против другого. - Без смерти не было бы жизни, а без жизни не было бы смерти; без мира не было бы зла, а без зла не было бы мира… Не будь бедняков, богатые не выделялись бы, и не будь богачей, не выделялись бы бедняки. Он сотворил миловидность и уродство, мужчин и женщин…".

Но полярность мужчин и женщин полностью обесценивается и извращается, если она понимается не как полярность мужа и жены, а как полярность султана и его гарема. По замыслу Творца, как это мыслит иудаизм, человек создан парным существом, и его экзистенциальная подлинность подтверждается именно постоянством его любовной связи.

Супруги включают друг друга в состав своего собственного человеческого "я". Это, разумеется, совершенно неосуществимо, если приходится делить свои решения с несколькими партнерами. Ведь в этой ситуации не просто сталкиваются противоречивые интересы, в корне отрицающие любое согласие, в этой ситуации неизбежно происходит прямо обратное – ложь и сокрытие от каждого из партнеров всей правды о своей второй жизни становятся нормой.

Есть, конечно, слабохарактерные натуры, которые не будучи способными выбрать между двумя женщинами, посвящают их обоих в подробности своего качания между ними. Но неустойчивость и временность подобных союзов более чем очевидна. Двоеженство дорого обходится человеку, так как, откладывая на потом важнейшее решение своей жизни, он профанирует ее. Хуже может быть лишь человеку, полностью заглушающему в себе фундаментальную потребность поделиться с кем-то собственной жизнью, то есть человеку, желающему оставаться замкнутым в себе, и лишь использовать время от времени приглянувшихся ему женщин.

Итак, участь многоженца незавидна. Не говоря уже об участи его жен, в сущности, никогда не соглашающихся принять сей противоестественный жребий, и быть четвертью, или восьмушкой вместо половины.

Единственный народ

Но кроме этих общих соображений, в пользу правды моногамии и внутренней приверженности иудаизма именно этой правде говорит моногамный характер союза между Всевышним и народом Израиля.

В самом деле, коль скоро союз Израиля со Всевышним принято уподоблять союзу между мужем и женой, то справедливо и обратное: брачный союз подобен завету между Богом и еврейским народом. Иначе эта аллегория полностью рассыпается, иначе избрание еврейского народа лишается смысла

В отличие от Израиля, раздираемого между четырьмя матерями собственных детей, сам Всевышний строгий, можно даже сказать ревностный приверженец моногамии.

В самом деле, для союза Всевышнего с избранным народом характерна именно его единственность. Нигде в Торе не встает вопрос о том, чтобы Всевышний взял Себе еще один народ: один любимый, а другой не очень, как это Тора позволяет человеку, нисходя к его слабости (Дварим 21:15).

Другой народ вместо Израиля - пожалуйста, об этом заикнуться еще можно. В Торе описывается два таких случая: "И сказал Господь Моше: вижу Я народ сей, и вот, народ жестоковыйный он. А теперь оставь меня, и возгорится гнев Мой на них, и Я истреблю их, сделаю тебя народом великим" (Шмот 32:11)

И Господь сказал Моше: "доколе будет гневать Меня народ сей? И доколе не уверятся они во Мне при всех знамениях, которые делал Я в среде их? Поражу его мором и истреблю его, и произведу от тебя народ многочисленнее и сильнее его". (Бемидбар 14:11).

Однако идея того, что у Бога может иметься другой избранный народ, наряду с Израилем, нигде в ТАНАХе не высказывается. Напротив, согласно мидрашу, у Всевышнего, так же как и у еврея, имеется тфиллин. При это утверждается, что если на тфиллине еврея написано: "Слушай, Израиль, Господь Бог наш, Бог един", то на Тфиллине Бога написано: "Кто как народ Твой Израиль, единственный народ на земле".

Комментарии, содержащие оскорбления и человеконенавистнические высказывания, будут удаляться.

Пожалуйста, обсуждайте статьи, а не их авторов.

Статьи можно также обсудить в Фейсбуке