Сменить концепцию, пока не поздно
Фото: Reuters
Сменить концепцию, пока не поздно

План урегулирования отношений с ХАМАСом провалился. Сейчас еще не поздно обозначить позиции Израиля в конфликте в секторе Газа. Дальнейшее бездействие может создать опасный прецедент

По нам опять стреляют. Только за время работы над этим материалом я пять раз выбегал из квартиры под звуки сирены тревоги. Обидно. Ведь события могли развиваться совершенно иначе. 

Выбор ХАМАСа

ХАМАС начал эту войну весной прошлого года. Уверен, что не было четкого плана продолжения. В Газе эту войну назвали "маршем возвращения". Сама по себе, идея весьма сомнительная. Возвращения куда? В Ашдод, Ашкелон, Беэр-Шеву? Название – просто очередной бред для зарубежной прессы. Нечто гуманное, с правом на вооруженное сопротивление, но, при внимательном изучении вопроса, лишенное здравого смысла. 

Так могло показаться в марте прошлого года. Но расчет у ХАМАСа был. И расчет был на нашу ошибку.

Наша первичная реакция на "подзаборную войну" была абсолютно правильной. Мы отстаивали границу с должной мерой жесткости. Были жертвы с палестинской стороны, но умеренно воспринятые даже зарубежными СМИ. Это было адекватно событиям. Это было традиционно, в рамках весьма нелестного по отношению к Израилю международного права. 

В результате этого первичного провала, перед ХАМАСом встал выбор – вернуться к прежнему вялотекущему состоянию борьбы с "сионистским формированием" или продолжить войну с большей интенсивностью. 

Возвращение не сулило лидерам террористов признания и что главное – дополнительных бюджетов. Эскалация давала шанс на успех. В сочетании с египетскими шагами по самоутверждению на Ближнем Востоке появилась возможность и у ХАМАСа заявить о себе как о структуре, с которой можно и нужно договариваться. 

 

Выбор Израиля

В правительстве существовало две концепции развития событий на границе с Сектором Газа. 

Глава Совета национальной безопасности Меир Бен-Шабат настаивал на умиротворении ХАМАСа, ведении косвенных – через египетских посредников – переговоров с ним и достижении договоренностей, выгодных для террористического режима и допустимых для нас. 

Противоположной была позиция министра обороны Авигдора Либермана. Он требовал не умиротворения, а усмирения ХАМАСа. Настаивал на том, что никакие договоренности с террористами ничего не стоят, и предлагал силовое решение вопроса, поскольку только оно может обеспечить тишину на границе с сектором в ближайшие годы. 

Нетаниягу согласился на предложение Бен-Шабата. Оно, очевидно, было ближе к его собственной позиции, тем более, что и генералитет во главе с начальником Генштаба Гади Айзенкотом, и руководители спецслужб склонялись к договоренностям с террористами. Израиль через египетских посредников стал обсуждать с ХАМАСом условия сосуществования. 

Опасное решение. Оно возвело ХАМАС в ранг государственной структуры. Мы, хоть и косвенно, вступили в переговоры с бандитами, террористами, которые считают существование нашей страны ошибкой. Мы должны были понести наказание за это решение и это то, что происходит сегодня. 

 

Цена ошибки 

ХАМАС встал, не без нашей помощи, на позиции, с которых он диктует повестку дня. Мы игнорировали массированный обстрел городов юга. Мы оставили безответными ракеты, выпущенные по Тель-Авиву. Мы допускаем поставку наличных денег, предназначенных террористам. Мы ошиблись. 

ХАМАС стреляет по нам в канун праздника Независимости. Стреляет не просто в расчете на безнаказанность, а в надежде на дополнительные выплаты. Рэкетир ведет себя, как и положено рэкетиру. Если Израиль готов платить за свое спокойствие, значит надо его этого спокойствия лишать и вымогать новые уступки. Премьер и кабинет министров по вопросам безопасности загнали нас в положение, удобное для рэкетира, и наивно было бы предположить, что он постесняется этим воспользоваться. 

Могло быть совершенно иначе. Прими правительство позицию министра обороны Либермана, ХАМАС бы серьезно задумывался перед обстрелом Израиля, если бы вообще стал рассматривать такую опцию. 

Прячущийся в бомбоубежищах юг, погибший и раненые, закрытые школы и испуганные дети – сегодняшний результат ошибочного решения. А в перспективе – еще более тяжелые его последствия. 

Система ПРО "Железный купол" запускает ракеты-перехватчики в ответ на залп из Газы в направлении Израиля. Фотография сделана в Ашкелоне 5 мая 2019 года. Фото: Reuters

 

Опасная традиция 

В международном праве есть аспект, который определяет позиции сторон в случае конфликта. Это – традиция. Вердикты выносятся, согласно традиции. Если конфликт в секторе Газы станет предметом обсуждения ООН, то в качестве традиции там будут принимать наше молчание в ответ на 500 ракет, выпущенных из сектора Газа в ноябре, и сотни, запущенных вчера и сегодня. 

Нынешнее правительство создает опасную тенденцию, в рамках которой ХАМАС сам определяет границы дозволенного. Он теперь решает, какова норма израильской реакции на террор. Это позорно и стыдно. На эмоциональном уровне – это просто унизительно. На уровне международных отношений – это опасно для Израиля. Жители Юга стали заложниками в опасных играх действующего, а точнее – бездействующего Нетаниягу и кабинета министров. Либерман был прав. Договариваться с ХАМАСом можно пока только с высоты самолетов F-16.

counter
Comments system Cackle