Мир блюза и любви
Фото: пресс-служба
Мир блюза и любви

…Она – из страны с драматичной историей (а что, бывают другие страны?). Он - русский израильтянин. Журналист. Границы и вокзалы, политика и клише сознания – все в орбите этой истории. Мыв снова идем в театр – на русский-израильский спектакль. Точнее – на израильский спектакль на русском языке. Пьеса, написанная Марком Котлярским («Блюз уходящего дня» - такое у нее название), это история о любви. И о разнице в ментальности (может, ментальность – просто псевдоним ангела-хранителя каждой отдельно взятой страны, каждого народа?..). О бурном живом сердце и жесткой линии  корсета-социума,   всех и вся усмиряющего. О людях, желающих  жить осмысленно, духовно. О наших современниках. О людях из разных миров. Опять о любви, о любви – и о тех препонах, которые ей чинят мир, социальные системы. Новый спектакль по новой пьесе – тема этих заметок. 

Марк Котлярский – наш коллега, журналист. Человек из области политики, и из книжной сферы. На его счету уже восемь книг (четыре - собственные, четыре – написанные в соавторстве). «Как ты сам относишься к своим текстам?»- спросила я у писателя.

- Что-то из них – баловство журналиста, но есть и те, к которым  я отношусь  очень серьезно.

- А пьесы? Это  так трудно – придумать нечто,  составить фразы, а потом,  после их скажут¸ проживут на сцене другие люди, не ты – и  никак с тобой не связанные…

- Я долго примерялся  к драматургии. Первую свою  пьесу – «Рика и ее тени» я писал около шести лет. И мне было  чрезвычайно лестно, когда режиссер Саша Каплан поставил ее в Иерусалиме, перемешав с пьесой лауреата Нобелевской премии   Дарио Фо… «Рика»  возникла из новеллы «Оборотень». Это была история о женщине, которая пережила потерю любви, страдала, не могла залечить свои раны, а потом в интернете познакомилась с человеком, который как-то ее к себе очень расположил. Они начали общаться, она, которая прежде никогда не знакомилась по интернету, ощутила к нему тепло, у нее произошло какое-то душевное движение. Они не виделись, но что-то уже возникло. А однажды  ночью она вдруг припомнила, что этот интернет-собеседник в разговоре упомянул строку из песни, которая была для нее и ее прежнего возлюбленного неким их тайным кодом…

- Вот откуда это название,  «Оборотень»…

- «Рику» собираются переводить на финский язык, о ней идут переговоры с несколькими театрами… А  мой друг, режиссер Виталий Новик, который прочел новеллу «Снег и пепел», предложил сделать по ней инсценировку. Мы обращались к нескольким драматургам, делали разные пробы – и в результате мы пошли своим  путем. Вышла пьеса. И Виталий Новик ее поставил. В пьесе заняты очень хорошие, талантливые, на мой взгляд, недооцененные актеры – Анна Стефан и Борис Шиф. Спектакль называется «Блюз уходящего дня». И все, что происходит, предстает в ритмах джаза. Через джаз.

-Ты любишь эту музыку?

- Да, джаз – как  энергетический напиток…

- И кто герои?

- Он - русскоязычный израильский журналист. Она – женщина из России.

- Любовь разбилась  о границы?

- Можно сказать  и так.

- Значит, ты не  согласен с тем, что для истинной  любви нет законов и запретов?

- Этот лозунг – из репертуара штампов.  Я не люблю штампы!  Моя история - о невозможности гармонии, безоблачного сосуществования  людей из различных социальных систем. Эти люди уже не понимают друг друга. Мир закостенелый и мир свободный не уживутся вместе!..

- ..это мы-то –  свободный  мир?

- Да, я в этом убежден!  Хотя – пьеса закачивается знаком вопроса. Я думаю, мне повезло, что в спектакле заняты такие прекрасные актеры, они восприняли работу  всей душой, примеряли ситуацию на себя, искали ответы. И с режиссером мне повезло: Виталий Новик  - смелый человек, человек с театром в крови. Беспокойный, ищущий, целеустремленный. Прожив десять лет в Германии, он приехал в Израиль, начал работать и жить интересной, яркой жизнью, он ставит, он строит, делает  свой театр.

- Скажи, это немного автобиографическая история? Не бойся, твоя жена Марина нас не слышит…

- Ну, все, о чем  пишем, наша биография…

-  Ты сейчас работаешь в партийной команде, очень занят, когда же ты пишешь?

- Всегда. Ночью. В  автобусе. С Новиком мы прошли  – и проходим!- длительный этап  работы, спорим, меняем, снова спорим…

Мы делаем бесконечное  количество вариантов. Спектакль  у нас вышел, можно сказать,   режиссерский.

- Есть место на  земле, где тебе хорошо?

- Мне комфортно   в Израиле. Я ведь видел другие страны¸ объездил всю Европу. Нигде нет такого покоя и комфорта, как здесь.

- А что нам мешает  быть еще лучше? Что мешает  евреям в их стране?

- Системный кризис. Наше отношение к образованию,  к культуре. Это просто дикость,  когда евреи, создавшие в прошлом  одну из самых прогрессивных  систем образования, сегодня берут  для себя пример у кого угодно, слизывают глупости у американской, другой какой-то школы - и не желают вспомнить, что у них у самих были такие прекрасные достижения  в этом вопросе! Я знаю пожилых людей, учившихся еще в «хедере» - их знания равны некоторым университетским  степеням, если не выше!

- Но ты полон  оптимизма?

- Еще какого! У нас много всего есть! В том  числе – колоссальный культурный  процесс, невероятное движение  вперед в театре, потрясающая  актерская школа.  Я очень люблю  наших актеров –таких в мире просто нет, нигде. Шломо Бар-Аба, Гила Альмагор, Зеэв Ревах, Оля Шур-Селектар- и еще многие и многие, которыми  бы нам хорошо научиться гордиться! А те, кто ушел, кто осветил мир нашего искусства,  такие, как Моско Алкалай, это же был гигант, скромный, великий, смешной, трогательный! Он в картине Арика Каплуна «Друзья Яны» сыграл  роль без слов, и как сыграл!  

-И чего бы ты  хотел в этом «вареве» для  себя?

- Чтобы меня играли  на иврите тоже!   Но это  уже из разряда мечтаний…

Мы прощаемся. Гул затих. Театр Марка Котлярского-Виталия Новика начинается. Спектакль  «Блюз уходящего дня» вышел на подмостки.

counter
Comments system Cackle
Загрузка...