Известный британский историк сэр Саймон Шама опубликовал в журнале Jewish Quarterly большое эссе Jew-Hatred: The Latest Edition ("Юдофобия: новейшее издание"), посвященное новой волне антисемитизма после 7 октября 2023 года. Шама утверждает, что обвинение Израиля в геноциде превратилось в главный инструмент современной ненависти к евреям, а распространение заведомо ложных утверждений стало основой нового антисемитского движения. Большой фрагмент эссе 15 октября опубликовала британская газета Jewish News.

Саймон Шама - один из наиболее известных современных британских историков, профессор истории и истории искусства Колумбийского университета в Нью-Йорке, автор многочисленных исследований европейской и еврейской истории. Особую известность ему принесли двухтомная "История евреев" и документальный сериал BBC "История евреев" (The Story of the Jews). В своих работах Шама неоднократно обращался к проблемам исторической памяти, национальной идентичности и антисемитизма.

Свое новое эссе историк начинает с утверждения, что антисемитизм стал наиболее стремительно распространяющейся формой расовой ненависти в западном мире. Через восемьдесят лет после Холокоста, уничтожившего две трети европейского еврейства, евреи вновь сталкиваются с ограничениями, несовместимыми с представлениями о равноправии граждан демократических государств.

Шама пишет, что евреи больше не могут считать само собой разумеющимся право носить кипу на улице, свободно посещать синагоги, проводить свадьбы и бар-мицвы без вооруженной охраны. Даже присутствие человека с открыто выраженной еврейской идентичностью вблизи пропалестинской демонстрации может рассматриваться полицией как угроза общественному порядку.

По мнению историка, происходящее убедительнее любых теоретических аргументов подтверждает предупреждения Теодора Герцля и Давида Бен-Гуриона о ненадежности положения евреев в диаспоре.

Автор приводит многочисленные примеры. В апреле 2024 года британский полицейский объяснил руководителю организации Campaign Against Antisemitism, что его слишком заметная еврейская внешность - мужчина был в кипе - представляет угрозу общественному порядку. В Колумбийском университете один из лидеров студенческих протестов публично говорил о желании убивать сионистов. В Великобритании медицинские работники заявляли о готовности отказывать израильским пациентам в лечении, а в Австралии сотрудники больницы демонстрировали жесты, изображающие перерезание горла.

Шама обращает внимание на появление нового критерия общественной приемлемости евреев: от них требуют публично осудить Израиль, прежде чем признать за ними право участвовать в культурной, профессиональной и общественной жизни.

Особое место в эссе занимает анализ лжи как исторической основы антисемитизма.

"Ложь питает ненависть к евреям - и так продолжается тысячелетиями", - пишет Шама.

Он напоминает о средневековых кровавых наветах, обвинениях евреев в убийстве христианских детей и использовании их крови в религиозных целях. Подобные представления, которые казались давно вытесненными на периферию общественной жизни, вновь появляются в социальных сетях и на публичных демонстрациях.

В июне 2026 года в нью-йоркском метро женщина кричала, что евреи едят детей, после чего напала на ортодоксальную еврейку. В Торонто выступавший на антиизраильском митинге преподаватель рассказывал о черной магии, якобы практикуемой евреями, и повторял обвинения в насилии над детьми.

По мнению Шамы, современные цифровые платформы превратили распространение подобных утверждений в прибыльную индустрию. Социальные сети заинтересованы прежде всего в привлечении внимания, а наиболее невероятные обвинения обеспечивают максимальное количество просмотров.

"Путь к прибыли вымощен ложью, а евреи становятся ее жертвами", - замечает историк.

Шама считает, что в современной информационной среде разоблачение лжи больше не гарантирует ее исчезновения. Даже опровергнутые утверждения продолжают распространяться, приобретая новые формы.

"Правда - это тормоз, ложь - ракетное топливо", - пишет он.

Главным примером такого механизма историк называет обвинение Израиля в намеренном уничтожении палестинского населения.

"Самая опасная ложь - утверждение, будто ЦАХАЛ намеревался совершить геноцид", - заявляет Шама.

По его мнению, это обвинение стало основным средством дегуманизации евреев. Оно позволяет представить нападение ХАМАС 7 октября не как причину войны, а как предлог, якобы использованный Израилем для заранее запланированного уничтожения палестинцев.

Историк обращает внимание на распространение конспирологических теорий, согласно которым израильские власти будто бы сознательно допустили нападение ХАМАС или даже организовали убийства участников музыкального фестиваля Nova.

Шама подробно рассматривает и то, как обвинение в геноциде распространяется на евреев, не имеющих никакого отношения к решениям израильского правительства. Израильские продукты объявляют недопустимыми для продажи, предприятия, основанные израильтянами, обвиняют в соучастии в преступлениях, а от еврейских организаций требуют публичного отречения от Израиля.

Он приводит пример распространенного утверждения, будто Международный суд ООН уже признал Израиль виновным в геноциде. Историк напоминает, что такого решения суд не принимал. В рамках рассмотрения иска Южной Африки были назначены временные меры, направленные на предотвращение возможных нарушений Конвенции о геноциде, но вопрос об ответственности Израиля по существу разрешен не был.

Шама также оспаривает распространенную интерпретацию высказывания бывшего министра обороны Израиля Йоава Галанта о "человекоподобных животных". По его утверждению, слова, произнесенные 9 октября 2023 года, относились к террористам ХАМАС, совершившим массовые убийства, а не ко всему палестинскому населению.

При этом историк не отрицает страданий палестинцев и резко критикует радикальных представителей израильского правительства, выступающих за изгнание жителей сектора Газа. Он также осуждает нападения экстремистски настроенных поселенцев на палестинцев в Иудее и Самарии.

Однако, подчеркивает Шама, признание страданий палестинского населения не должно сопровождаться отрицанием преступлений ХАМАС.

Историк напоминает об убийствах детей, пытках, сексуальном насилии и захвате заложников 7 октября, а также об использовании террористами гражданских объектов для размещения вооружений.

"Можно ли скорбеть и негодовать из-за гибели и страданий как палестинцев, так и израильтян? Безусловно", - пишет он.

Особенно резко Шама выступает против исторических параллелей между Израилем и нацистской Германией. По его мнению, сравнение войны в Газе с Холокостом не только искажает историческую действительность, но и позволяет европейским обществам избавиться от чувства ответственности за собственное прошлое.

Историк считает, что представление Израиля как нового нацистского государства дает потомкам европейцев, не сумевших предотвратить уничтожение евреев, возможность перенести моральную вину на потомков жертв.

Аналогичный механизм, по мнению Шамы, действует и в обвинениях сионизма в колониализме. Потомки европейских колонизаторов получают возможность представить евреев главными империалистическими угнетателями современности, не обращаясь к истории собственных государств.

Шама обращает внимание на избирательность международного возмущения. Массовые убийства в Судане, репрессии в Иране, преследование уйгуров в Китае и другие трагедии не вызывают сопоставимых кампаний бойкота, направленных против национальных общин, связанных с соответствующими государствами.

В заключительной части эссе историк возвращается к простым требованиям, которые евреи вправе предъявлять обществу: отправлять детей в еврейские школы, не опасаясь угроз; пользоваться общественным транспортом без оскорблений и нападений; посещать синагоги без вооруженной охраны; говорить на иврите и не сталкиваться с отказами в гостиницах, на концертах или спортивных мероприятиях.

Шама призывает отказаться от представления истории арабо-израильского конфликта как истории исключительно одной стороны. Он настаивает на необходимости изучать историю сионизма без заранее заданных обвинений в расизме и колониализме, признавать страдания обоих народов и не превращать память о Холокосте в инструмент политической борьбы.

"Ненависть к евреям (как и исламофобия) питается ложью. Противоядие - правда", - заключает историк.