Газета The New York Times на основании интервью с шестью источниками в руководстве Ирана рассказала, как исламская республика готовится к вероятной войне с США. Все силовые структуры приведены в состояние повышенной готовности. Главное опасение режима - политический хаос. Чтобы его предотвратить, приняты беспрецедентные меры. Повседневное руководство страной фактически перешло секретарю Верховного совета национальной безопасности Али Лариджани - консерватору, силовику и ветерану иранской политики.

С января 2026 года, на фоне масштабных протестов против режима аятолл в Иране и ожидания американских авиаударов, фактическим руководителем страны стал секретарь Верховного совета национальной безопасности Али Лариджани. Именно ему верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи поручил подавление протестов и подготовку к войне. Он же поддерживает контакты с ключевыми партнерами режима: Россией, Катаром и Оманом. Он же из-за кулис курирует переговоры с США об иранской ядерной программе - при том что формально их ведет министр иностранных дел Аббас Аракчи.

67-летний Лариджани принадлежит к влиятельному клану: его отец был крупным шиитским правоведом, один его брат - советник Хаменеи по внешней политике, другой был главой судебной системы Ирана, а ныне возглавляет Совет целесообразности, совещательный орган при верховном лидере страны. Многие другие его родственники также занимают видные позиции в религиозных и политических структурах исламской республики.

Сам Али Лариджани дослужился до звания бригадного генерала в Корпусе стражей Исламской революции, десять лет возглавлял государственную телерадиокомпанию. В 2005 году выдвигался в президенты, но занял лишь шестое место. Победивший на выборах Махмуд Ахмадинежад назначил его секретарем Верховного совета национальной безопасности. Лариджани оставил эту должность в 2008-м и стал спикером иранского парламента - на этом посту он оставался до 2020-го.

Лариджани лично близок Хаменеи и пользуется его доверием. Он убежденный консерватор (как говорят в Иране, "последователь принципов" - имеются в виду принципы Исламской революции), имеет большой и разнообразный опыт работы в руководящих структурах исламской республики. В 2000-е он курировал переговоры с США об иранской ядерной программе, в 2020-е стал главным архитектором сближения Ирана с Китаем.

С начала 2025 года публичная активность Лариджани заметно возросла, тогда как влияние президента Ирана Махмуда Пезешкиана ослабло. Именно Лариджани летал в Москву к Владимиру Путину и встречался с ближневосточными лидерами. Он же представляет публичную позицию исламской республики в СМИ и соцсетях.

Пезешкиану фактически пришлось просить разрешения Лариджани на смягчение ограничений интернета, введенных для подавления протестов и сильно повредивших иранской экономике. В январе, когда спецпосланник президента США Стив Уиткофф связывался с министром иностранных дел Ирана Аббасом Аракчи, чтобы выяснить, планируются ли казни задержанных протестующих, Аракчи обратился за инструкциями к своему непосредственному руководителю Пезешкиану - но тот сказал, что все контакты с американцами следует согласовывать не с ним, а с Лариджани.

Тогда Уиткофф получил заверения, что казней не будет. Впрочем, за этим последовала беспрецедентная массовая внесудебная расправа над протестующими - ее жертвами стали, по данным иранских правозащитников, около 30 тысяч человек.

Хаменеи, опасаясь покушений, почти постоянно скрывается в бункере. В июне 2025 года, в самом начале 12-дневной войны, Израиль убил точечными ударами ключевых командиров иранских вооруженных сил - и вызвал хаос, который не позволил организовать эффективное сопротивление. Опасаясь повторения такого сценария, Хаменеи заранее определил по четыре возможных преемника каждому из военных и государственных чиновников, назначаемых верховным лидером. Всем остальным поручено самим озаботиться назначением как минимум четырех заместителей. Хаменеи также назвал троих людей, которые могут стать его собственными преемниками в случае его смерти, - их имена не разглашаются.

Кроме того, Хаменеи определил узкую группу своих приближенных, уполномоченных принимать решения в случае смерти верховного лидера или потери связи с ним. Это Лариджани, главный военный советник Хаменеи Яхья Рахим Сафави, спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф и глава канцелярии Хаменеи Али Асгар Хиджази. Создан также новый координационный военный орган - Национальный совет обороны во главе с адмиралом Али Шамхани.

Один из вопросов, которые обсуждают иранские руководители, - кто может стать "иранской Делси". Имеется в виду Делси Родригес, которая возглавила Венесуэлу после того, как США захватили президента страны Николаса Мадуро, и, с одной стороны, обеспечивает выживание режима и ассоциированной с ним элиты, а с другой - заново налаживает контакты с США и международным сообществом.

Главный претендент на эту роль в исламской республике - Лариджани, следующий - спикер парламента Галибаф. Также рассматривается кандидатура бывшего президента Хасана Рухани - он не входит в ближний круг аятоллы Хаменеи, но считается реформистом и, предположительно, может рассчитывать на некоторую благосклонность США.