Несколько дней назад начальник Генштаба выступил с конкретным предупреждением: в предстоящий месяц Рамадан возможно значительное обострение ситуации в сфере безопасности в Иудее и Самарии. В его адрес прозвучали две основные претензии.

1. Циклический характер событий: утверждается, что палестинский террор характеризуется всплеском во время Рамадана. Следовательно, предупреждение о росте мотивации к терактам в этот период не является чем-то новым для разведки.

2. Соображения подстраховки: звучит мнение, что это урок, извлеченный из событий 7 октября, и что начальник Генштаба стремится публично зафиксировать свои опасения, чтобы обезопасить себя от будущей критики за "не прозвучавшее предупреждение".

Можно выдвинуть и третье возражение - уже с функциональной точки зрения. Согласно этому подходу, начальнику Генштаба следует избегать публичных предупреждений и сосредоточиться на закрытых военных форумах, поскольку именно на нем лежит ответственность за оперативную готовность к сдерживанию эскалации. Однако внимательный анализ его слов показывает, что заключительная часть выступления фактически является прямым призывом к созыву военно-политического кабинета. На первый взгляд это может показаться странным, ведь начальнику Генштаба не требуется министерских указаний для текущего управления армией.

"Синяя сторона": влияние израильской власти на стабильность

Ответ кроется в понимании того, что ухудшение ситуации в Иудее и Самарии зависит не только от инициатив палестинцев ("красной стороны"), но в значительной степени и от действий государства Израиль ("синей стороны"). Наметившиеся изменения являются результатом, с одной стороны, правительственных решений, а с другой - отсутствия мер по противодействию насильственным действиям еврейских экстремистов. Начальник Генштаба справедливо призывает к целостной оценке ситуации, основанной не только на данных военной разведки, но и на анализе влияния государственной политики на возможность эскалации в регионе.

Почти двадцать лет - с 2004 по 2023 год - в Иудее и Самарии сохранялась относительная стабильность. Этот относительный покой стал прежде всего следствием успеха операции "Защитная стена" (2002), подавившей инфраструктуру палестинского террора, а также решительности Израиля в подавлении второй интифады - что убедило палестинскую сторону в бесперспективности широкого восстания. В этот период Израиль сумел сбалансировать требования безопасности (закрытие границы, блокпосты при необходимости) с сохранением нормальной гражданской жизни для палестинского населения, включая занятость в Израиле и сотрудничество в сфере безопасности.

События седьмого октября могли стать катализатором драматического ухудшения ситуации в Иудее и Самарии, однако этот сценарий был предотвращен благодаря активным действиям командования Центрального округа по пресечению террористических очагов в лагерях беженцев. Тем не менее в последние месяцы усиливаются опасения относительно более тяжелого сценария - "обратного действия", при котором палестинские полицейские направят оружие против военнослужащих ЦАХАЛа или израильских граждан. Существует риск, что третья интифада будет состоять не только из организованных террористических ячеек, но и из тысяч разочарованных палестинцев, движимых происходящим на местах.

Перед политическим руководством стоят два фундаментальных вопроса. Во-первых, в интересах ли Израиля предотвращения краха Палестинской автономии? Во-вторых, какую цену Израиль готов заплатить за сохранение спокойствия в Иудее и Самарии в условиях войны на многих фронтах?

В то время как большинство членов правительства заинтересованы в предотвращении эскалации, министр Смотрич представляет идеологическую линию, рассматривающую крах автономии как стратегическую цель, и действует соответственно, используя свои полномочия в министерстве финансов и министерстве обороны. Остается вопрос - отражает ли эта позиция также точку зрения премьер-министра?

В последнее время были приняты решения, противоречащие цели сохранения спокойствия: разрешение на снос палестинских построек в зоне B (находящейся под гражданской ответственностью палестинцев), легализация сельскохозяйственных форпостов, изменение процедур приобретения палестинской земли. Эти шаги воспринимаются международным сообществом как фактическая аннексия. Даже вне политических споров, речь идет о мерах, напрямую влияющих на стабильность региона.

Националистическое насилие и вмешательство Генштаба

Еще одна серьезная проблема - рост "националистической преступности" со стороны еврейских радикалов, зачастую происходящей средь бела дня и при молчаливой поддержке истеблишмента. Только за последний год ЦАХАЛ задокументировал около 867 случаев "националистических преступлений" со стороны евреев (рост примерно на 27% по сравнению с 2024 годом), из которых 128 были тяжелые инциденты - рост более чем на 50%.

• По данным ооновской структуры OCHA, в 2025 году было зафиксировано от 1700 до 1800 нападений поселенцев, приведших к пострадавшим или ущербу имуществу примерно в 270-280 палестинских населенных пунктах - в среднем 5-7 инцидентов в день, что является самым высоким уровнем с начала наблюдений.

• По меньшей мере один палестинец погиб непосредственно от огня поселенцев, еще один скончался от отравления дымом при поджоге, совершенном поселенцами, в конце июля - начале августа 2025 года. В течение года более 220 палестинцев пострадали в результате насильственных действий поселенцев.

• К концу июля 2025 года сообщалось, что 636 палестинцев были вынуждены покинуть свои дома из-за насилия со стороны поселенцев и ограничений доступа, что является развитием тенденции, начавшейся еще в 2003-2004 годах.

Таким образом, становится понятным призыв начальника Генштаба к обсуждению, которое будет касаться не только "красной стороны" - опасных тенденций, наблюдаемых среди палестинцев в Иудее и Самарии, - но и действий, предпринимаемых Израилем, а также бездействия, которое может послужить катализатором вспышки насилия в регионе.

Статус начальника Генштаба - стратегический, а не только оперативный. Это означает, что он обязан заниматься любым вопросом, способным повлиять на устойчивость и стабильность государства. Его роль не ограничивается военными операциями; он должен учитывать и политические, и экономические аспекты, вопросы общественной устойчивости и сплоченности израильского общества, а также международную легитимность.

Да, решения по большинству этих вопросов находятся в компетенции политического руководства. Однако начальник Генштаба обязан представить свою профессиональную позицию - особенно когда речь идет о темах, напрямую влияющих на безопасность.

Источник: Walla