Zahav.МненияZahav.ru

Понедельник
Тель Авивחם מהרגיל
+29+19

Мнения

А
А

Кто теперь угнетен?

Соединенные Штаты и Европа годами боролись за права ЛГБТ. Почему это привело общество к расколу и конфликтам?

Виктория Кондратьева
02.11.2021
Источник:Лента.ру
Фото: zahav.ru / Гарри Резниковский

Равные права для представителей ЛГБТ и признание однополых браков стали главными и наиболее важными достижениями западного общества в борьбе за права уязвимых групп. Но у этих побед оказались неожиданные побочные эффекты: случаи дискриминации гетеросексуалов при найме на работу и растущее число подростков, готовых воспользоваться официальным разрешением на смену пола для несовершеннолетних. Эти явления вызывают определенную тревогу в обществе, но ЛГБТ-активисты не собираются останавливаться на достигнутом, ведь их активно поддерживают государственные институты и крупные корпорации. "Лента.ру" в рамках проекта "Проблемы первого мира" выяснила, как борьба за права ЛГБТ порождает новые ограничения в обществе, почему такая ситуация устраивает государство и бизнес и что происходит с теми, кто не готов отказаться от традиционных взглядов.

"Да, любовь бывает самых разных форм и расцветок — современные семьи отличаются друг от друга. Но большинство из них до сих пор состоит из мамы, папы и детей, и нам не стоит об этом забывать", — с такой речью выступил в парламенте Великобритании консервативный политик Бен Брэдли. Он подчеркнул, что современная политическая повестка игнорирует значимость роли отца для каждой семьи и что меньшинствам государство уделяет куда больше заботы, чем большинству.

По мнению Брэдли, современное европейское общество не просто защищает представителей ЛГБТ-сообщества более эффективно, чем остальное население, — оно уничтожает традиционные роли, забывая об их важности.

Существующие государственные механизмы — на Западе в целом и в ЕС в частности — действительно ориентированы на то, чтобы оберегать от дискриминации любые уязвимые группы, в том числе по сексуальному признаку. Так, агентство ЕС по правам человека особо призывает европейские государства специально обучать силовые ведомства бороться с преступлениями на почве ненависти к ЛГБТ. По мнению представителей агентства, полицейские должны всячески поддерживать жертв таких посягательств, поощрять их обращения в правоохранительные органы по любому такому случаю и тщательно расследовать каждое дело.

Речь идет не только о физическом насилии: практически в каждой западноевропейской стране существуют законы, которые включают в число "преступлений ненависти" любые дискриминирующие публичные высказывания.

Среди стран Евросоюза указанных законодательных норм нет только в Польше, Латвии, Болгарии и Италии. До недавнего времени в этом списке была и Швейцария. В начале 2020 года местное социал-демократическое правительство попыталось ввести уголовное наказание за "язык ненависти к ЛГБТ", но столкнулось с противодействием консерваторов, которые напомнили, что к "языку ненависти" можно отнести не только откровенные угрозы и оскорбления, но и публичные критические заявления. Оппозиция сочла эту инициативу нарушением свободы слова и вынесла законопроект на общегосударственный референдум. Но против уголовной ответственности для гомофобов высказались чуть более 38 процентов населения — этого оказалось недостаточно, чтобы блокировать принятие закона.

Перегибы на местах

Современная психологическая теория утверждает, что представители любых уязвимых групп переживают особый вид стресса из-за давления общества — порицание окружающих сказывается на их физическом здоровье, образе жизни и склонности к ментальным расстройствам. Государства отвечают на эти выводы ожидаемым образом: вводят механизмы "позитивной дискриминации", которая дает представителям таких групп больше преимуществ и возможностей.

Зачастую эта система, созданная ради восстановления справедливости, дает сбой, когда принадлежность к той или иной угнетаемой категории при устройстве на работу оказывается важнее, чем профессиональные навыки и личные качества. В Великобритании, одном из наиболее комфортных для ЛГБТ государств, это удалось доказать через суд. В 2019 году англичанин Мэтью Фарлонг заявил, что не смог устроиться на работу своей мечты — в полицию — только из-за того, что не принадлежал к какой-либо уязвимой группе. По мнению Фарлонга, он получил бы должность, назовись он бисексуалом или геем.

Ливерпульский суд признал, что Фарлонг подвергся дискриминации как белокожий мужчина-гетеросексуал. Вскоре ему предложили должность полицейского. Это стало прецедентом, когда перегиб в борьбе за разнообразие удалось компенсировать.

Как рассказал в беседе с "Лентой.ру" социолог, почетный профессор Кентского университета Фрэнк Фуреди, современная повестка продвигает "аристократизацию" ЛГБТ-сообщества: "Их видят более чувствительными, интересными, умными и в итоге более важными для государства и общества, чем гетеросексуалов, особенно мужчин. Ситуация усугубляется тем, что такое видение активно продвигается в СМИ".

Фарлонгу повезло: ему удалось доказать свою правоту потому, что сам способ оценки кандидатов — без какой-либо специальной методики, просто решением "да или нет" — признали неоправданно примитивным. Но найти такие зацепки удается немногим.

Между тем конфликтных ситуаций, связанных с трудоустройством, со временем станет больше: опросы показывают, что в молодом поколении европейцев доля представителей ЛГБТ-сообщества (по крайней мере тех, кто готов открыто заявить об этом) в два раза больше, чем среди старшего поколения. К ЛГБТ в той или иной степени себя относят 7,6 процента опрошенных в возрасте от 30 до 65 лет. 16 процентов европейцев в возрасте от 14 до 29 лет не относят себя к гетеросексуалам. "Вне всякого сомнения, число людей, отрицающих гетеросексуальные нормы, в ближайшие годы будет расти", — подчеркнул профессор Фуреди.

"Прогрессивный" подход в отношении ЛГБТ практикуют не только государственные органы: подобную политику вводят и крупнейшие компании. В месяц прайда (Pride Month, праздник сексуального разнообразия — прим. "Ленты.ру") сотни западных фирм ставят на аватарки в социальных сетях радужные флаги, СМИ широко освещают проблемы ЛГБТ, в креативных индустриях в игры, фильмы и другой контент стараются добавлять ЛГБТ-персонажей.

Например, в игре The Last of Us 2 повзрослевшую главную героиню Элли Уильямс сделали лесбиянкой, хотя в первой части никаких намеков на ее принадлежность к ЛГБТ авторы не делали. Летом 2019 года глава студии Marvel Кевин Файги объявил, что в ленте "Вечные" покажут первого супергероя-гея, роль которого исполнил чернокожий актер Брайан Тайри Генри. Его персонаж Фастос к тому же оказался настоящим семьянином, у которого есть любимый мужчина и ребенок. Киностудия Sony, в свою очередь, предложила новое прочтение классики: в недавно вышедшем ремейке "Золушки" фея-крестная в исполнении открытого гея Билли Портера предстала в гендерно-нейтральном образе мужчины в женском платье.

Такое повышенное внимание к ЛГБТ-повестке, особенно у крупного бизнеса, отчасти объясняется тем, что ЛГБТ-сообщество составляет сегодня приличную часть платежеспособных потребителей.

917 миллионов долларов составляет общая покупательная способность ЛГБТ-домохозяйств в США. Особенно это заметно у мужчин-гомосексуалов: такие семьи обычно богаче, чем обыватели традиционной ориентации. Неудивительно, что некоторые компании видят рыночный интерес в том, чтобы хорошо выглядеть в глазах таких потребителей, а потому стараются всячески замечать и поддерживать сотрудников из числа ЛГБТ, активно транслируя свою толерантность потенциальным клиентам.

При этом, как указывают ЛГБТ-активисты, большинству корпораций нет никакого дела до проблем толерантности. Они лишь используют символику и риторику для коммерческих целей, сигнализируют о поддержке — особенно в июне, в месяц прайда, — но на самом деле никак не помогают ни движению, ни своим сотрудникам из числа "угнетаемых" групп.

Радужные аватарки в социальных сетях, особые июньские предложения и другие пиар-акции не приносят реальной пользы движению. Но и денежные пожертвования ЛГБТ-организациям могут ничего не значить: многие компании, которые занимаются такой благотворительностью, одновременно жертвуют еще больше денег политикам-консерваторам, а те после избрания не только лоббируют их экономические интересы, но и продвигают законы, которые ЛГБТ-сообщество считает дискриминирующими и ксенофобными.

НКО, имеющие многолетний опыт борьбы за права ЛГБТ, понимают, что стремление крупных компаний создать позитивный образ в глазах ЛГБТ-сообщества — не более чем маркетинговая стратегия, а потому пристально следят за тем, чтобы сотрудникам из числа уязвимых групп не на словах, а на деле создавали максимально комфортную среду. Одна из таких организаций — британская Stonewall — уже не первый год продвигает инструменты, с помощью которых работодатели измеряют уровень инклюзивности в своих рабочих коллективах. Stonewall, будучи очень крупным институтом, каждый год составляет список лидеров по дружелюбию к ЛГБТ. Он включает как государственных, так и частных нанимателей. В 2020 году в него вошли банк Citi, юридическая компания Baker McKenzie, оператор мобильной связи Vodafone, а также ряд полицейских департаментов, университетов и даже служба британской внешней разведки МИ-6.

Толерантность без границ

Фото: zahav.ru / Гарри Резниковский

Stonewall, названная в честь исторических столкновений гомосексуалов с полицией в Нью-Йорке в 1969 году, — влиятельная НКО со своими лоббистами в государственных структурах. Она может напрямую воздействовать на принятие политических решений в Великобритании и за рубежом.

Изначально ее основатели видели своей целью лишь свободу самовыражения для ЛГБТ и равенство репрезентации в СМИ, ведь в конце 1980-х годов в королевстве существовали законы о запрете пропаганды гомосексуальности. Активисты смогли добиться их отмены к 2003 году.

Но сейчас, спустя почти два десятилетия, борьба Stonewall за права ЛГБТ приобрела такие формы, что от организации отворачиваются даже те, кто стоял у ее истоков. Так, сооснователь Stonewall Саймон Фэншоу летом 2021 года объявил о разрыве со своим детищем. По его словам, организация действительно помогла решить большую часть проблем ЛГБТ-сообщества в Западной Европе, но затем превратилась в подобие политической партии — непримиримой и догматичной, не приемлющей критику своих позиций.

"Разумное несогласие они сразу обзывают ненавистью. Для многих они воплощают абсолютную нетерпимость к спорам и обсуждениям. И это очень опасно", - Саймон Фэншоу, сооснователь ЛГБТ-НКО Stonewall.

Его утверждения не голословны: активисты открыто давят на тех, кто осмеливается критиковать и даже просто поддерживать критику деятельности организации, добиваются удаления неугодных высказываний с различных платформ.

При этом взгляды, которые так ревностно отстаивают активисты Stonewall, бывают весьма спорными. Взять хотя бы стремление на юридическом уровне отменить не только нормы поведения для мужчин и женщин, но и само понятие биологического пола.

Активисты-трансгендеры и их соратники выступают за систему, при которой единственным критерием пола будет самоидентификация. На практике это значит, что в женские раздевалки фитнес-клубов, в убежища для жертв насилия и в другие пространства, открытые только для женщин, смогут попасть мужчины, считающие или называющие себя женщинами.

Это уже не какая-то маргинальная точка зрения — как выяснилось, ее разделяют весьма уважаемые члены общества. В начале текущего года более 600 академиков из европейских стран, США, Индии и Японии подписали коллективное письмо против присуждения ордена Британской империи профессору Кэтлин Сток из университета Сассекса: ее сочли недостойной награды из-за трансфобии.

Подписантов обеспокоили слова Сток о том, что "многие трансженщины биологически остаются мужчинами с мужскими гениталиями, многие из них испытывают влечение к женщинам, и их не стоит бесконтрольно пускать в те места, где женщины раздеваются или ночуют". Это заявление сочли "запугиванием" и "атакой на угнетенные группы".

А пока академики спорят о юридических формулировках, на социальном уровне достижения ЛГБТ-идеологии продвигают политики и чиновники. Лидер британской Лейбористской партии Кир Стармер в сентябре публично заявил, что "матка есть не только у женщин" (имея в виду трансмужчин), — таким образом он высказал поддержку трансактивистам, требующим "отменить пол".

В минувшем августе в рекомендации для школьных учителей в Шотландии включили тот самый "принцип самоидентификации": в школе дети могут требовать от преподавателей называть их в соответствии с тем полом и именем, которое они выбрали сами. Это касается и начальных классов, и даже дошколят. До этого похожий закон, распространяющий право на смену пола даже на детей с шестилетнего возраста, приняли в Норвегии.

Правозащитники указывают, что такие действия властей — посягательство на права родителей воспитывать ребенка в собственной системе ценностей. Идеологию, которую продвигают главенствующие в обоих правительствах социалисты, многие называют опасной, но она продолжает собирать сторонников под лозунгами защиты трансгендерных подростков.

Как показали недавние исследования, в последние несколько лет их стало намного больше: медицинские центры по всему миру свидетельствуют, что число несовершеннолетних, сообщивших о гендерных проблемах, выросло десятикратно. Главным образом речь идет о гендерной дисфории — психологическом конфликте из-за несовпадения между гендерной идентичностью и биологическим полом.

Если в начале 2010-х число тех, кто пытался в подростковом возрасте получить блокаторы гормонов (медикаменты, останавливающие возрастные гормональные изменения) или пластическую операцию, исчислялось десятками, то теперь счет идет на сотни.

ЛГБТ-активисты утверждают, что это не последствия транспропаганды, а новый, более прогрессивный взгляд подростков на вопросы гендера. Но с ними не согласны многие психиатры, в том числе из-за негативного опыта тех, кто прошел соответствующее "лечение" в подростковом возрасте и живет с его последствиями.

Ведь если пластические операции вроде удаления молочных желез можно исправить хирургическими методами, то гормональная терапия, особенно в подростковом возрасте, ведет к бесплодию и другим необратимым для организма последствиям. А между тем 10 из 11 исследований показывают, что трансгендерные расстройства (по современной классификации они официально расстройствами не считаются) вскоре после полового созревания происходят у подавляющего большинства юных пациентов, а переход в другой пол не гарантирует улучшения психологического состояния.

Об этом начали говорить и подростки-трансгендеры: в 2020 году 23-летняя британка подала в суд на систему здравоохранения страны из-за того, что в 16 лет врачи помогли ей начать процесс по изменению пола. Из-за гендерной дисфории ей выписали гормоны, из-за которых у нее стало больше волос на лице и теле, начались и другие изменения, но сейчас она пожалела о решении, сделанном в подростковом возрасте, — теперь она осознает, что на самом деле ей требовалось, чтобы специалисты внимательнее отнеслись к определению причин ее расстройства и помогли избежать необратимых изменений в организме. На сторону девушки встали и судьи.

В конце прошлого года суд в Великобритании постановил, что согласие подростков на терапию по смене пола не может быть юридически обосновано: даже в возрасте 15-16 лет дети вряд ли способны оценить долгосрочные риски и последствия клинического вмешательства. В этом году забили тревогу даже авторы исследований, благодаря которым сторонники современной гендерной идеологии говорят о ней как о научной, и заявили, что необходимо пересмотреть подход к решению гендерных проблем подростков.

По мере накопления клинических и статистических данных у специалистов возникают вопросы, на которые они пока не получили четких ответов. К примеру, почему гендерная дисфория чаще проявляется у подростков, которые ранее подвергались издевательствам сверстников и имели проблемы социального характера, и как объяснить то, что у юных трансгендеров чаще диагностируются синдром дефицита внимания и расстройства аутистического спектра. Не исключено, что гендерная дисфория у подростков — это вовсе не результат их прогрессивных взглядов, а следствие более сложных психологических проблем. Однозначных ответов на эти и другие вопросы нет, что не мешает ЛГБТ-активистам продвигать свои взгляды, а прогрессивным политикам — создавать новые юридические нормы на основе их идей.

Непопулярные ценности

Фото: zahav.ru / Гарри Резниковский

Несмотря на то, что развитие ЛГБТ-идеологии пришло к таким неоднозначным итогам, в западных странах государственные и бизнес-структуры не сомневаются в ее моральной правоте. Те, кто открыто выступает против такого видения общественного прогресса, позволяет себе недостаточно толерантные шутки и высказывания, рискуют поставить под удар свою карьеру. Они могут стать жертвами так называемой Cancel culture, или "культуры отмены". Это практика осуждения и бойкотирования публичной персоны в интернет-сообществе, компаниях и организациях. Иногда такое осуждение может перейти в откровенную травлю, когда былые заслуги провинившегося уже не играют никакой роли.

Сегодня публичные персоны стараются избегать заявлений, которые могут быть истолкованы как гомофобные. Однако нормы Cancel culture, в отличие от большинства законов, имеют обратную силу: подвергнуться "отмене" можно даже в том случае, если нетолерантные заявления прозвучали много лет назад. Так, комик Кевин Харт в 2019 году вынужден был отказаться от роли ведущего на церемонии вручения "Оскара", а Netflix разорвала с ним контракт на серию документальных фильмов. Артисту припомнили неприятные для ЛГБТ-сообщества шутки в его выступлениях и в Twitter. Даже то, что эти эпизоды относились к событиям десятилетней давности и Харт с тех пор уже успел извиниться перед всеми, кого оскорбили его слова, не спасло комика от очередной волны критики.

В 2021 году британские лиги футбола и крикета взялись за соцсети своих игроков и тоже обнаружили в них неприемлемый юмор. Несмотря на то что часто речь шла о постах, сделанных еще в подростковом возрасте, спортсменов штрафовали и отстраняли от матчей. Например, защитника футбольного клуба "Мидлсбро" Марка Бола обвинили в том, что в 2012 году, когда ему было 14 лет, он опубликовал в соцсетях гомофобную шутку. Игрок в крикет Олли Робинсон из-за твитов девятилетней давности получил штраф в 3 200 фунтов, был отстранен от восьми матчей и принужден к участию в программах против дискриминации.

"Это приводит к политизации языка, которая особенно сильно сказывается на молодых людях, на детях, — они боятся проявлять себя. Им страшно, что за "неправильные" слова их могут наказать", - считает Фрэнк Фуреди, социолог, почетный профессор Кентского университета.

Это касается и тех, кто прочно встроен в государственную систему, но исповедует "неправильные" взгляды, особенно часто под удар попадают люди верующие. Финский парламентарий, бывшая глава МВД, лидер партии христианских демократов Пяйви Рясянен в начале следующего года пойдет под суд за "разжигание ненависти против ЛГБТ".

Политика преследуют буквально за цитаты из Библии. Критикуя Евангелическо-лютеранскую церковь Финляндии за поддержку ЛГБТ-парада в финской столице, она процитировала новозаветное "Послание к римлянам". В нем влечение мужчины к мужчине названо неестественным и ложным заблуждением, заслуживающим возмездия. Рясянен не собирается отказываться от своих слов и считает, что пренебрежение к традиционному видению греха и брачной жизни лишает смысла всю христианскую веру и обесценивает саму жертву Иисуса Христа: "Я не буду извиняться перед ними за слова апостола Павла. Я готова до конца защищать свободу слова и свободу вероисповедания". Теперь 61-летней лютеранке грозит крупный штраф и до двух лет тюрьмы, ее допрос в полиции длился более четырех часов без перерыва.

Компания IKEA в 2019 году уволила сотрудника-католика, который возмутился требованием руководства продвигать толерантность к ЛГБТ и процитировал во внутренней переписке "неполиткорректные" библейские цитаты.

В той же Финляндии скандал закончился бы одиночным пикетом или небольшим консервативным митингом, но инцидент произошел в Польше — стране, где католическая вера и традиционные ценности занимают особое место в гражданском обществе и государственной политике. На менеджера, который принимал решение об увольнении, подала в суд прокуратура, а торговую сеть обвинили в ущемлении религиозной свободы и права на выражение своего мнения.

Как и в случае с судом, который подтвердил дискриминацию гетеросексуала Мэтью Фарлонга, польский прецедент — редкое исключение из общего правила. Особый нравственный климат в Польше и соседней Венгрии давно заметили в других странах Евросоюза. Такой подход противоречит принятой в ЕС политике, и в последние несколько месяцев его исполнительные органы усиливают давление на непокорных восточных союзников. В конце августа стало известно, что польские регионы, объявленные зонами без ЛГБТ-пропаганды, могут лишиться европейских субсидий объемом в десятки миллионов долларов.

Сегодня я девочка

Как считает исследователь и гей-активист Джеймс Кирчик, борьба за права ЛГБТ-сообщества на Западе по большей части закончилась их победой. Они законодательно защищены, хотя еще несколько десятилетий назад во многих странах гомосексуализм был уголовно наказуемым деянием: в 1960-х американские полицейские могли арестовать гомосексуалов за публичное проявление чувств, их имена и другую информацию открыто публиковали в журналах, это грозило увольнениями, а то и преступлениями против достоинства, но закон этих людей никак не защищал. Им часто назначали принудительное психиатрическое лечение вплоть до лоботомии.

Но жестокость осталась в прошлом. Сегодня в большинстве европейских стран общество относится к ЛГБТ вполне толерантно: людей не смущают знаменитости и политики негетеросексуальной ориентации или гендерной идентичности. В обществе, где разрешены гей-браки и усыновление геями, каждый год проходят ЛГБТ-парады, а неуважение к ним строго порицается, бороться вроде бы уже не за что. 76 процентов европейцев поддерживают равные права для ЛГБТ, по данным опроса Еврокомиссии.

Но активисты не готовы это признать и, похоже, намерены идти до конца. Теперь на смену правозащитному движению, защищавшему представителей ЛГБТ-сообщества от откровенной дискриминации, пришло воинственное идеологическое течение, цель которого — добиться доминирования своего видения реальности.

Речь уже не идет о защите прав человека в отношении уязвимых групп — эта проблема уже потеряла свою остроту в западном обществе. Теперь все чаще активисты ЛГБТ-движений занимаются поиском врагов и подрывом того самого общественного устройства, которое позволило ЛГБТ чувствовать себя равными в обществе, где большинство составляют гетеросексуалы.

Фрэнк Фуреди пессимистично оценивает шансы молчаливого большинства на противостояние ЛГБТ-повестке. Многие просто опасаются говорить о проблеме открыто, а число тех, кто готов публично высказывать противоположную позицию, по-прежнему относительно невелико, и часто у них нет никакого влияния. Активистов тоже немного, но они постоянно дают о себе знать. Политизированные пользователи собираются в соцсетях вокруг лидеров мнений, которые помогают устраивать массовые сетевые акции: добиваться блокировки несогласных, давить на компании, политиков и других публичных личностей. Благодаря этой деятельности, голоса ЛГБТ звучат громче, чем мнение большинства, и соответствующие темы постоянно находятся в повестке.

По словам Фуреди, борцы за права ЛГБТ-сообщества добились очень большой и важной вещи — изменения языка: "В ряде языков, в том числе английском и немецком, пытаются изобрести новые местоимения для обозначения полов. А недавно ведущий медицинский журнал Lancet предложил называть женщину "тело с вагиной"". Такие веяния, считает Фуреди, угрожают не только правам несогласных, но и развитию науки, особенно медицины: этические правила заставляют ученых воспроизводить заведомо ложные мнения: "Медики знают, что это безумие, но вынуждены подчиняться. В этой ситуации ученые начинают звучать как сторонники теории о плоской земле — особенно в теме трансгендерности и продолжения рода. Я не знаю, как далеко это зайдет. Если в какой-то момент мы перейдем определенную границу, науку уже нельзя будет называть наукой".

В среднесрочной перспективе, в следующие пять-десять лет, влияние ЛГБТ-сообщества станет еще сильнее, поскольку вырастут дети, которых сейчас воспитывают в рамках новой концепции. "Влияние этой идеологии на детей очень сильно: она сбивает их с толку, дезориентирует и подрывает способность понимать разницу между мужчиной и женщиной, понимать, как работает размножение, понимать, кто они есть на самом деле. И если детям внушать, что они сами могут выбирать, кем быть — мальчиками, девочками или кем-то еще, — то при взрослении они потеряют всякую уверенность в себе", — полагает Фуреди.

Он привел пример из собственной практики, когда одна школьница решила, что она мальчик, потому что слышала от учителя, что это возможно, — а следом ее подруги тоже стали считать себя мальчиками или даже лесбиянками. Примерно через полгода все они решили, что на самом деле они все-таки девочки. "Когда у людей возникают заблуждения по самым элементарным вещам, таким как понимание собственного я, это становится идеальным рецептом культурной катастрофы, которая сейчас происходит в Европе и Америке", — поясняет социолог.

"Что будет дальше, я затрудняюсь сказать. Сможет ли общество просто принять новый порядок вещей? Ведь он ставит под вопрос всю предыдущую человеческую культуру. Или же возникнет некое сопротивление? Думаю, пока рано об этом говорить", — заключает эксперт.

Читайте также

Комментарии, содержащие оскорбления и человеконенавистнические высказывания, будут удаляться.

Пожалуйста, обсуждайте статьи, а не их авторов.

Статьи можно также обсудить в Фейсбуке