Яир Лапид отстоит средний класс
Фото: mnenia.zahav.ru
Яир Лапид отстоит средний класс

Яир Лапид – состоявшийся журналист, автор 11 книг, человек, чью жизнь можно без натяжек назвать успешной, решил сменить поле деятельности и стать политиком.

Созданная им партия "Еш Атид" без сомнения преодолеет электоральный барьер и будет представлена в Кнессете 19 созыва. Весь вопрос в том, зачем ему потребовалось менять "четвертую власть" на первую, и что мы можем ожидать от Лапида-депутата и Лапида-министра. На эти вопросы он отвечает в эксклюзивном интервью "Мнениям".
 
Вы решили принять участие в выборах и в вашем списке есть журналист Офер Шелах. В списке Шели Яхимович – Мики Розенталь. В списке Давида Кона – Алекс Векслер. Журналисты дружно засобирались в политику. Почему? Что происходит в израильских СМИ?

В некоторых смыслах журналистика и политика – близкие профессии. Журналисты постоянно наблюдают за тем, что происходит в стране и хорошо знакомы со всеми ее проблемами. При этом в последние годы положение израильского среднего класса, к которому принадлежит и большинство сотрудников СМИ, постоянно ухудшается. Вдруг эти люди оказываются не в состоянии прожить от зарплаты до зарплаты и понимают, что сами угодили в положение героев своих статей. И тогда у них появляется ощущение, что необходимо что-то менять. Не только писать, но и предпринимать иные усилия, тем более, что журналисты хорошо и близко знакомы с политической системой Израиля.

А, может, это происходит, потому что СМИ теряют свое влияние? Раньше власти прислушивались к СМИ, потому что у них было множество читателей или зрителей, а теперь эти люди сидят в социальных сетях и, соответственно, эффект статьи или телепередачи далеко не такой, как прежде?

Такая точка зрения имеет право на существование. Я не рассматривал проблему в таком ключе, но это звучит достаточно правдоподобно.

Продолжая тему влияния: последние опросы показывают, что "Еш атид", скорее всего, будет небольшой фракцией. Много ли можно сделать в такой ситуации, даже если "Еш Атид" войдет в состав коалиции? И можно ли вообще хоть что-то сделать в оппозиции?

Прежде всего, мы будем партией средней величины. Последний опрос дает нам 11 мандатов, но, думаю, на самом деле мы получим больше. Кроме того, все зависит от конъюнктуры. Если у Биньямина Нетаниягу будет коалиция из 59 депутатов, а у меня будет три, я буду самым влиятельным человеком в израильской политике. А если у него будет 61 мандат, а у меня – целых 15, мои позиции будут, в некотором смысле, менее сильными.

Меня не пугает нахождение в оппозиции. Но я бы предпочел участвовать в формировании правительства: нас не устраивает, что оно может оказаться под полным контролем религиозных партий. Это не пойдет на пользу стране, они снова будут получать миллиарды за счет израильского среднего класса. Их влияние следует нейтрализовать. Если же нет… В первую свою каденцию мой отец, Томи Лапид, с шестью мандатами был в оппозиции. Через три года, уже с 15 мандатами, он вошел в правительство.

И все же не сумел выполнить задачи, которые декларировал "Шинуй"…

Не сумел, но я сейчас говорю о том, почему оказаться в оппозиции не страшно. Я в лучшей ситуации, чем отец, потому что со мной идут не люди, которые уже побывали в трех партиях, отсидели пять каденций и единственное, что их волнует – это получить министерскую должность. Моя команда – люди, которые полны энергии изменить политическую жизнь Израиля. На примере Ципи Ливни нам говорят, что оппозиция не может добиться многого, но это не так, нужна только решимость.

Кстати, о команде. Я слышал, что вы подбирали ее по принципу успешности – из людей, которые уже проявили себя, добились чего-то в жизни. Но, по-моему, нет никакой гарантии, что человек, многого добившийся на спортивном поприще, будет столько же успешен в Кнессете.

С моей точки зрения, лучше взять человека преуспевшего и обучить его новым навыкам, чем того, кто ничем себя не проявил, зато уже был депутатом. Возможно, у нашего списка поначалу будет больше ошибок, чем у других партий, но важно привести во власть людей, умеющих настойчиво идти к своей цели. Кроме того, не все они далеки от политики. Скажем, мэр Герцлии Яэль Герман (3-е место в списке "Еш Атид" – прим. редакции) распоряжалась бюджетом, превышающим миллиард шекелей в год. Мэр Димоны Меир Коэн (4-е место), ранее состоявший в НДИ, также распоряжался немалым бюджетом. Раввин Шай Перон (2-е место) занимал высокие посты в сфере образования. Да, нам придется заплатить определенную цену: поначалу, первые несколько месяцев, нам предстоит только постигать правила игры, но это не страшно.

Учиться предстоит не только вашей команде, но и вам…

Да, и мне тоже. Но я никогда не стеснялся учиться. Если мы посмотрим на другие страны, то обнаружим, что все они нуждаются в "свежей крови" в политике. Взять хотя бы президента США Барака Обаму. Или премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, который, кстати, работал в медиакомпании – профессия, достаточно близкая к журналистике. Политике нужны новые люди, иначе власть пытается решать новые проблемы старыми способами. Сегодня правительство пытается решать все проблемы за счет среднего класса, потому что у него нет никаких идей, каким образом можно справиться с ними иным образом. Значит, нужны новые лица.

Почему именно эти люди? Почему Йоэль Развозов (8-е место) или Рина Френкель (15-е место)? На "русской улице" не нашлось никого более подходящего?

Я искал молодого человека, который в равной степени свободно владеет двумя языками, говорит с бабушкой по-русски, а с друзьями на иврите, знает оба мира и может стать мостом между ними. Когда ты пытаешься найти молодого лидера, ты всегда сталкиваешься с проблемой, что он не слишком известен общественности. Но я сделал ставку на его самоорганизацию и самодисциплину, присущую спортсменам. Парень, приехавший в 12 лет из Биробиджана, говорит себе: "Я приму участие в Олимпиаде" и да, добивается этого! К тому же, он не только спортсмен – он один из наиболее активных членов городского совета Нетании, он занимается общественной деятельностью. Вдобавок, у Йоэля есть харизма, а это очень важно в политике.
 
С Риной другая история. Одна из серьезных проблем израильского общества – это занятость, а Френкель – один из самых больших специалистов в этой сфере.

И как они ладят с раввином Пероном?

Очень хорошо. Рав Перон поддерживает гражданские браки, он говорит, что у него нет проблем с общественным транспортом по субботам, и что каждый человек может делать дома то, что считает нужным. Перон, в первую очередь, специалист в сфере образования. Он видит свою задачу, в том, чтобы содействовать сближению, а не разъединению. У нас были представители двух групп населения, в наибольшей степени страдающих от религиозного засилья – гомосексуального комьюнити и русскоязычных репатриантов, они встречались с Пероном, беседовали с ним, слышали, как он говорит, что необходимы гражданские браки и разводы, чтобы прекратить произвол раввината и решили, что это важно – услышать такое от раввина.

Вы взяли представителя каждой из групп населения, чтобы быть хорошим для всех?

Нет. Люди подбирались по принципу их личных достижений и по их готовности работать в команде. Так должна строиться партия, так должна строиться страна. Я обратился к Шаю Перону не потому что он – "вязанная кипа", а к Шимону Соломону (12-е место) не потому что он – репатриант из Эфиопии…

А к Яакову Пери не за его миллионы…

Яаков Пери (5-е место) – человек, который умеет зарабатывать много денег. Не стоит ненавидеть людей за это. Он трудился в частном секторе, а не брал из государственного кармана. И не надо забывать, что по улицам Израиля ходят тысячи людей, которые живы благодаря Яакову Пери и его 30-летней работе в ШАБАКе. Если мы, например, говорим, о взаимоотношениях с палестинцами, вы бы не хотели, чтобы ими занимался столь подготовленный человек, как Пери?

Проблема с бывшими руководителями спецслужб, в том, что после окончания карьеры они присоединяются к левому "Совету по миру и безопасности", хотя лучше других знают, что с палестинцами нам не видать ни безопасности, ни мира.

Я думаю, что к мнению этих людей стоит, по меньшей мере, прислушаться. Что касается левых, то их стратегическая ошибка заключается в том, что они предпочитают верить палестинцам, хотя палестинцы раз за разом доказывают, что верить им нельзя. С ними нельзя начинать переговоры, заранее заявив о готовности идти на уступки. Я не хочу сосуществовать с палестинцами, я хочу, чтобы они существовали отдельно.

Каким же образом вы видите это раздельное существование? На основе принципа "два государства для двух народов"?

Об этом принципе говорят многие, скажем, Биньямин Нетаниягу и Авигдор Либерман. На территориях живет 3.3 миллиона палестинцев, и это число постоянно растет. Если не отделиться, то мы окажемся в двунациональном государстве. Нашим родителям не стоило приезжать из европейских гетто в Израиль, чтобы мы оказались в еврейском гетто в арабской стране. Необходимо отделиться, а для этого нужны переговоры. Но есть два принципа, которые следует жестко соблюдать, даже если сделает невозможным достижение договоренности: первое - Иерусалим никогда не будет разделен, это не просто город, это символ, без него существование страны теряет смысл, второе – крупные блоки поселений останутся в составе Израиля. От других территорий следует отгородиться высоким забором и предоставить палестинцев самим себе.

Если ради этого потребуется эвакуировать поселения, вы поддержите эту инициативу в Кнессете? 

На это готовы даже "Ликуд" и НДИ. Есть отдельные поселения, которые придется эвакуировать. Это трагедия, и я совершенно отчетливо это понимаю. Но мы должны объяснить людям, что так необходимо поступить ради безопасности государства Израиль. К этому необходимо готовиться совсем не так, как к эвакуации сектора Газа, ставшей психологической травмой для всех участников. Но сама необходимость эвакуации очевидна для всех сионистских партий.

Яир Лапид

 

Причиной резкого роста популярности Нафтали Беннета и партии "Еврейский дом" стал именно отказ от принципа "двух государств". У вас нет ощущения, что это симптом, который свидетельствует, что политические предпочтения израильтян сдвигаются вправо? Не окажется ли так, что ваша приверженность "двум государствам" будет стоить вам голосов на выборах?

Прежде всего, я не склонен менять свои взгляды в зависимости от того, сколько мандатов это может принести. Я говорю то, во что верю, и надеюсь, что есть люди, разделяющие мои взгляды. Что касается Беннета, то его предложение опасно. Он собирается аннексировать зону С и дать израильские паспорта 50 тысячам палестинцев. В итоге это приведет к тому, что палестинцы скажут: раз уж вы даете нам гражданство здесь, почему мы не можем вернуться в Цфат и Иерусалим, и нам нечего будет им возразить. К тому же его идеи приведут к тому, что от нас отвернутся США и ЕС, прекратятся связи в сфере торговли, безопасности, высоких технологий, и мы утратим преимущество перед нашими врагами палестинцами (да, я считаю их врагами). Мы – суверенное государство, мы сами определяем свою судьбу, но особые отношения с США важны для нас. Если этих отношений не будет, не будет, например, F-22, хотя ВВС говорят, что эти самолеты нам необходимы. Не будет поставок вооружений, которые потребуются в случае вооруженного конфликта с Ираном. Поэтому заявления Беннета – это безответственный популизм.

У меня не возникло ощущения, что в вашей программе и программе Шели Яхимович есть непреодолимые различия. Так, может, стоило прислушаться к словам Ливни и создать объединенный список из трех партий?

Я не думаю, что это были слова, сказанные от чистого сердца. Я был на встрече с ними, и убедился, что это был просто повод привлечь внимание прессы.

На самом деле, наши партии очень разные. Скажем, "Авода" – социалистическая партия и я не думаю, что есть необходимость объяснять выходцам из бывшего СССР, насколько опасен социализм. "Авода" дистанцируется от равного распределения налогового бремени между всеми гражданами, от призыва ортодоксов, который сделает возможным их дальнейшее трудоустройство, от изменения политической системы – не похоже, чтобы "Аводе" претила мысль о правительстве, в котором заседают 35 министров. Наше основное расхождение – во взглядах на экономику, так как я не хочу социалистической экономики в Израиле.

Мне трудно сказать, каковы взгляды Ливни на такие темы, как образование или жилье, темы, которые по-настоящему важны для израильского среднего класса и, следовательно, для нас, так как она говорит только о процессе урегулирования с палестинцами. При этом Ливни участвовала в переговорах, которые вел Эхуд Ольмерт, когда палестинцам были сделаны слишком щедрые предложения, а вторым номером у нее является Амрам Мицна, известный приверженец левых взглядов. Ее партия, как и "Авода" - левая, тогда как мы левыми не являемся.

С учетом ваших приоритетов, какие министерские посты вы бы хотели получить при условии присоединения к коалиции?

Нет смысла говорить об этом до начала коалиционных переговоров…

Я никому об этом не расскажу – только нашим читателям…

…А на переговорах следует первым делом задать вопрос: что и как вы готовы сделать для справедливого распределения налогового бремени, для снижения дороговизны, для улучшения ситуации в сфере образования и остальных вопросов, важных для среднего класса. Если пост министра строительства отойдет ШАС, то как можно будет добиваться решения проблемы жилья? Соответственно, вначале надо выяснить, позволят ли коалиционные соглашения выполнить обещания, данные избирателям, а потом решать вопрос с портфелями.

counter
Comments system Cackle