Между Израилем и Турцией
Фото: Getty Images
Между Израилем и Турцией

Баку 23 апреля с официальным визитом посетил министр иностранных дел Израиля Авигдор Либерман. Формальный повод для приезда в столицу Азербайджана высокопоставленного израильского политика имеет символическое значение – двадцать лет назад между двумя странами были установлены дипломатические отношения.

Между тем, значение визита Либермана выходит далеко за рамки формального обмена любезностями. Это не первое посещение Баку главой израильского МИД. Ранее он побывал в азербайджанской столице в феврале 2010 года, а в 2009 году его ведомство готовило знаковый визит в Азербайджан патриарха израильской политики, президента Еврейского государства Шимона Переса. Предыдущие два визита сыграли важную роль в наращивании двусторонней кооперации между странами в различных сферах, включая, в первую очередь военную, что в условиях Кавказа и Ближнего Востока невозможно недооценивать.

Так, в феврале 2012 года стало известно о договоренностях между Баку и Тель-Авивом о покупке азербайджанской стороной партии беспилотных летательных аппаратов, а также систем противовоздушной обороны на общую сумму в 1,6 миллиарда американских долларов. Поставкой этого вооружения займется известный израильский военно-промышленный концерн Israel Aerospace Industries. Эта компания была основана в 1953 году, и в настоящее время является одним из ведущих в мире производителей и разработчиков "беспилотников". Многие ее образцы на сегодняшний день не имеют аналогов.

В конце марта 2012 года в электронной версии влиятельного американского издания Foreign Policy вышла статья эксперта по вопросам безопасности Марка Перри, в которой он заявлял о том, что по имеющейся у него информации официальный Баку готов предоставить Израилю аэродромы на своей территории для возможных атак против Ирана.

Однако вскоре Госдепартамент США опроверг эту информацию. Не в пользу подобной версии говорила и репутация самого автора скандального материала, часто склонного к преувеличениям, а также к информационному "прощупыванию" различных "целевых аудиторий". Однако многие западные эксперты, даже не склонные к алармизму, высказались в том духе, что партнерство между Азербайджаном и Израилем даже без "аэродромной истории" заслуживает того, чтобы отнестись к нему со всей серьезностью. Ведь вне всякой привязки к возможному использованию азербайджанской инфраструктуры в военной кампании против Ирана Израиль ежегодно закупает азербайджанскую нефть, составляющую пятую часть потребностей этой страны. Еврейское государство после "арабской весны" и стремительных изменений внутри Египта планирует серьезно расширить партнерство с Азербайджаном в газовой сфере. До 2011 года главным импортером газа в Израиль был Египет. В целом же товарооборот между двумя странами достигает 4 млрд. долларов. В эту сумму входят и военные поставки. 

Впрочем, двусторонние отношения Азербайджана и Израиля трудно себе представить в отрыве от других региональных контекстов (ближневосточного и кавказского). Во-первых, здесь особо следует отметить фактор Ирана. Начало 2012 года выдалось очень непростым для ирано-азербайджанских отношений. Они были омрачены серией шпионских скандалов и взаимных разоблачений. Азербайджанские спецслужбы арестовали несколько групп, подозреваемых в подготовке террористических атак и шпионской деятельности в пользу Тегерана. Затем Баку обнародовал информацию о сети из 22-х иранских агентов, подготовленных Корпусом стражей Исламской революции. В свою очередь, представители Исламской Республики в феврале нынешнего года потребовали от Баку прекратить провокационную деятельность израильских спецслужб на азербайджанской территории.

В марте обе стороны, правда, сбавили обороты своих пропагандистских машин. Министры обороны Ирана и Азербайджана провели встречу, в ходе которой было заявлено, что израильское вооружение, закупленное у Израиля, не будет направлено против Исламской Республики, а также о том, что азербайджано-израильское партнерство не предполагает автоматически ухудшения отношений между Тегераном и Баку.

Однако, несмотря на мирную риторику двух военных министров, противоречия между соседями по широкому кругу вопросов остаются. Они касаются и статуса Каспийского моря, и деятельности религиозных проповедников из Ирана на территории Азербайджана (в чем азербайджанская элита видит угрозу светскому характеру своей государственности), и крайнего недовольства Баку фактом сотрудничества Исламской Республики с Арменией. Последний сюжет крайне чувствителен для Азербайджана, заинтересованного в усилении, а не в ослаблении изоляции своего главного геополитического оппонента. Таким образом, ситуация вокруг Ирана способствует сближению позиций Баку и Тель-Авива.

Однако было бы неверно на этом основании делать вывод о том, что отношения Азербайджана и Израиля безоблачны и лишены всяких разногласий и противоречий. Полной дипломатической "идиллии" очень мешает Турция. С одной стороны, Турецкая Республика – важнейший стратегический партнер Баку. Дело здесь не только в факторе "тюркского братства", но и в интенсивном военно-политическом и дипломатическом сотрудничестве. Во многом благодаря неуступчивости Баку, хотя и не только из-за этого, турецкие власти затормозили процесс нормализации отношений с Арменией, многообещающе начавшийся "футбольной дипломатией" 2008 года. Турция не просто поддерживает территориальную целостность Азербайджана и требует деоккупации его районов. Начиная с 1993 года, она осуществляет блокаду Армении, спонсирует проекты, усиливающие ее изоляцию (железнодорожный проект Баку-Ахалкалаки-Тбилиси-Карс), а также участвует в подготовке азербайджанского офицерского корпуса.

Энергетическое партнерство Турции и Азербайджана крайне важно не только для них самих, но и для их западных партнеров (в особенности проект Баку-Тбилиси-Джейхан). С другой стороны, после майского инцидента 2010 года вокруг так называемой "Флотилии свободы" отношения между Анкарой и Тель-Авивом находятся на самой низкой отметке с момента создания государства Израиль. Турция пытается повысить свою роль и свое присутствие на Ближнем Востоке, что предполагает, как минимум, диверсификацию внешней политики, отказ от односторонней привязки к союзу с США и Израилем. Однако на практике "минимум" был превышен с большим запасом, и по антиизраильской риторике сегодняшний кабинет Реджепа Эрдогана вполне может дать фору любому арабскому соседу Еврейского государства.

Между тем, охлаждение отношений с Турцией толкает Тель-Авив к поиску других возможных союзников. Так, накануне своего бакинского визита Авигдор Либерман побывал на Кипре, где провел переговоры с президентом Димитрисом Христофиасом. Для Турции такая поездка была крайне раздражающим фактором, поскольку Анкара продолжает поддерживать непризнанную Турецкую Республику Северного Кипра.

Во многом именно "кипрский вопрос" является одним из самых проблемных сюжетов в отношениях Анкары с Европейским Союзом. Не будем забывать, что с 1 июля именно Республика Кипр становится председателем в ЕС. А значит, не исключено, что многие темы, которые "объединенная Европа" ранее оставляла в стороне, выйдут на первый план. В этом ряду мы можем назвать и "армянский вопрос", к которому Израиль в последнее время проявляет намного больший интерес, чем раньше. Возможность признания геноцида армян 1915 года обсуждается в Кнессете. В этом месяце министр сельского хозяйства Израиля Орит Нокед стала первым членом израильского правительства, посетившим Ереван с момента установления дипломатических отношений между двумя странами. При этом она посетила Мемориал памяти жертв 1915 года, оставив запись в книге для почетных гостей: "Я как женщина, как еврейка и как человек потрясена здесь увиденным, убийством армянских граждан и семей". Понятно, что такие жесты вежливости вряд ли будут по душе Турции и Азербайджану.

Впрочем, помимо Турции, у Баку есть и другие ограничители. Хотя Азербайджан и является светской республикой, исламский фактор его руководство не может игнорировать. И растущее партнерство с Еврейским государством, которое в мусульманском мире воспринимается, как оккупант палестинских земель, не может не вызывать настороженности внутри самой прикаспийской республики. И эта настороженность уже не раз проявлялась не только в кабинетных дискуссиях, но и на улицах столицы и других городов страны. Это, в свою очередь, заставляет Баку демонстрировать свою готовность к кооперации с Палестинской автономией. Так, в прошлом году это образование впервые было названо в азербайджанских официальных документах "государством" (ранее его предпочитали именовать просто "Палестиной"). В июне прошлого года по окончании переговоров с главой автономии Махмудом Аббасом Ильхам Алиев заявил, что поддерживает идею создания Палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме. Думается, что такой подход вряд ли может быть с восторгом воспринят в Израиле.

В этой связи Баку придется искать крайне сложный баланс в отношениях с Анкарой и с Тель-Авивом, не говоря уже про Тегеран. Впрочем, азербайджанским дипломатам не привыкать к политике "качелей". Они не первый год с успехом балансируют между интересами Запада, России, Ирана. Но такая политика хороша тогда, когда нет необходимости делать жесткий и определенный выбор. В случае же появления такой необходимости приходится чем-то жертвовать. Остается надеяться, что ситуация на Большом Кавказе или на Ближнем Востоке не перейдет "красные линии", за которыми вся сложность дипломатии обычно отбрасывается ради предельной простоты "последнего аргумента".

counter
Comments system Cackle