"То, чего мы раньше не делали"
Фото: sxc.hu
"То, чего мы раньше не делали"

Споры о смертной казни для террористов ведутся в Израиле с первых лет существования государства. Вот и сейчас рассмотрение законопроекта, утвержденного в предварительном чтении, отложено на неопределенный срок. Эта тема все больше превращается в элемент политической игры; партии отстаивают или критикуют изменение закона, стремясь заработать электоральный капитал, отвлекая внимание общественности от других проблем или просто сводя счеты друг с другом. 

Положение о смертной казни в Израиле существует, но не применяется. В этой типичной для нашей страны ситуации легче принять новый закон, чем заставить работать старый. 

В истории Израиля смертный приговор был вынесен шесть раз, но только дважды приведен в исполнение (в отношении Адольфа Эйхмана и ошибочно обвиненного в предательстве Меира Тувианского). Что касается четверых арабских террористов, то им казнь заменялась пожизненным заключением. 

По действующему законодательству, высшая мера наказания должна утверждаться единогласным решением военного суда. Военная прокуратура обычно не требует для преступников смертной казни. Юридический советник, который имеет право давать указания прокуратуре, сам является противником высшей меры наказания. Таким образом, применение закона часто ограничено традиционной практикой и мнением отдельных лиц. 

Недавно против казни для террористов высказался главный сефардский раввин Израиля Ицхак Йосеф. Он сослался на мнение руководителей спецслужб и на возможность ситуации, при которой смертный приговор придется выносить обвиненным в терроризме евреям. Неизвестно, насколько это высказывание отражает убеждения раввина; возможно, это просто выпад в адрес партии НДИ, лоббирующий законопроект. 

Но в силовых ведомствах действительно преобладает мнение о том, что введение смертной казни пойдет во вред безопасности. Прежде всего, оно грозит спровоцировать волну похищений израильтян для обмена на приговоренных к смерти террористов. Усилятся атаки на евреев в других странах. Любой террорист будет действовать еще более безжалостно, зная, что его ждет смерть. 

Международное сообщество осудит негуманный закон. И наконец, казненные убийцы станут на палестинской улице национальными героями и примером для десятков новых шахидов.

У сторонников нового закона есть свои, по большей части эмоциональные, но и вполне резонные аргументы. Нашим врагам не нужен особый повод для атак на евреев, как и мировому общественному мнению – для осуждения Израиля. Позорная практика обменных сделок позволяет выходить на свободу убийцам с кровью на руках и несколькими пожизненными сроками. 

Недавно ЦАХАЛ опубликовал отчет о том, что в 2017 году совместные действия силовых структур привели к задержанию 3617 подозреваемых в причастности к террористическим организациям – почти на 500 больше, чем в предыдущий год. Статистика нападений на израильтян (включая неудавшиеся) - 99 в 2017 году и 269 в 2016. Число жертв, увы, примерно равное. И все же это единственно правильный путь: останавливать террористов раньше, чем они дали повод осудить себя на смерть. 

Как ни жаждем мы справедливого возмездия, главная цель любых антитеррористических мер – предотвращение терактов. Но станет ли смертная казнь действенной мерой борьбы с террором? Террор, как вирус, мутирует год от года, и найти средство, уничтожающее его под корень, пока никому не удается. Но с вирусом террора – или, по крайней мере, его симптомами – все равно приходится бороться. Чаще всего – методом проб и ошибок. Один из судей, проголосовавших за казнь террориста Саида Бадарна, признавался: "Я надеялся, что смертный приговор сдержит других террористов. Нужно было попробовать то, чего мы раньше не делали”. 

Многие террористы не скрывают, что готовы умереть, чтобы обеспечить свою семью. Заставить правительство Абу Мазена отменить пособия семьям шахидов и заключенных нереально; помощь будет поступать так или иначе, через арабские фонды и неправительственные организации. Но если родственники будут получать не вознаграждение, а наказание, нести ответственность за сокрытие преступных намерений члена своей семьи, многие из них предпочтут сами об этом сообщить. Пользователи соцсетей помнят снятый в израильской больнице ролик с юной арабской мамашей, рассказывающей, что она будет рада видеть своего сына шахидом. Она заговорила бы иначе, если бы знала, что матери шахида навсегда закрыт доступ к израильскому здравоохранению. 

С израильским арабами может действенно работать угроза лишения гражданства и депортации, с палестинцами – арест и тюремный срок за сокрытие. Да, такие меры тоже вызовут возмущение правозащитников, но это лучше, чем снова хоронить своих граждан и долгие годы добиваться в суде исполнения смертного приговора для их убийц.

counter
Comments system Cackle