"Аллах ислам"
Фото: Getty Images
"Аллах ислам"

Журналистское расследование израильтянина Цви Иехезкели (часть первая)

Столь высокого рейтинга 10-й канал израильского телевидения не достигал с момента своего основания - даже реалити-шоу "Выживание" не привлекло столько зрителей, сколько документальное кино журналиста Цви Иехезкели. Завершающая, четвертая часть фильма "Аллах ислам" еще не вышла в эфир, а телекомпании нескольких зарубежных стран, включая Россию, Бельгию и Швецию, уже вели переговоры относительно его покупки.
 
Левые израильские СМИ не стали дожидаться финала: они обрушились на авторов фильма с сокрушительной критикой на другой же день после показа первой серии. Но душераздирающие вопли "правозащитников" лишь подогрели интерес зрителей к теме, углубляться в анализ которой позволяет себе разве что министр иностранных дел Авигдор Либерман: нашествие мусульман в страны Западной Европы в целях превращения ее в часть всемирного халифата.
 
Нет, я не утрирую: именно эту цель ставят перед собой персонажи  документального повествования-"экшн", съемки которого велись во Франции, Англии, Швеции, Бельгии, Голландии и других европейских странах. О халифате мусульмане говорят столь же буднично, как американцы - о вышедшей на финишную прямую президентской гонке.
 
Разоткровенничаться перед видеокамерой исламистов побудил израильский тележурналист и комментатор. В ходе рискованной командировки в логово окопавшихся в Европе джихадистов Цви Иехезкели, в совершенстве владеющий несколькими диалектами арабского языка, выдавал себя за… палестинского репортера! И тут же завоевывал доверие иммигрантов, большинство которых - представители четвертого (вдумайтесь!) поколения мусульман, пустивших корни в сердце западной цивилизации.

"Это - хевронская куфия, а это - так называемая арафатка", - замечает Иехезкели, укладывая в дорожную сумку клетчатые головные платки. В Европу можно лететь на отдых или за покупками, а можно и ради  подготовки журналистского расследования.
 
Смотришь документальную эпопею Иехезкели - и содрогаешься: многие заповедные уголки Европы сегодня больше походят на города арабского Ближнего Востока. Районы компактного проживания мусульман занимают огромную площадь. Европейским здесь остается только климат с четырьмя (а не двумя, как в нашем регионе) временами года.
 
Лидеры крупнейших стран Европы стали осознавать, что "спящие"  террористические ячейки обосновались у них под окнами и готовы "проснуться" в любой момент, лишь после американской трагедии 11/9 и последовавших за ней террористических атак в Лондоне, Мадриде и Стокгольме.
 
Молельные дома или террористическое подполье?
 
Магнус Нурель, ведущий шведский специалист по вопросам разведки, дает израильтянину Иехезкели адрес мечети: на проповедях в стенах этого богоугодного заведения звучат открытые призывы к джихаду.
 
В сопровождении оператора Иехезкели отправляется по указанному адресу. "Палестинских" журналистов впускают в мечеть без особых проблем: свои! На книжных полках просторного холла - брошюры, призывающие к войне с "неверными". Шведы не умеют читать по-арабски. С их точки зрения, мечеть - аналог церкви или синагоги, молельный дом. Но именно в этой "божьей обители" имамы  изо дня в день индоктринируют будущих фанатиков-террористов, готовых принести себя в жертву во имя мирового господства ислама.
 
Подростки-мусульмане приглашают "палестинского" журналиста в гости. Скромная квартира. Мать юношей одета по-европейски, но языком страны, в которой живет уже много лет, она не владеет: ей легче говорить по-арабски.
 
"Кем ты мечтаешь стать, когда вырастешь?" - спрашивает Иехезкели  сына женщины-иммигрантки.
 
"Моя мечта - джихад!" - чеканит юноша, и его лицо озаряет мечтательная улыбка.

В британском городке Лутон израильтянину Иехезкели удается пройти в громадную мечеть, построенную в конце 80-х иммигрантами из Пакистана.
 
"В свое время, приняв решение перебраться в Англию, многие мусульмане учили английский язык, - замечает автор фильма. - Однако дети и внуки первых иммигрантов сознательно избрали прямо противоположное направление: в тысячах вечерних частных школ и кружков они прилежно учат арабский язык и штудируют Коран. Четвертое поколение иммигрантов-мусульман сказало "нет!" западной цивилизации".
 
В монументальном здании Исламского центра в Лутоне Иехезкели интервьюирует молодого мусульманина, который с гордостью заявляет: "Ислам сегодня везде: мы 24 часа в сутки ведем активную деятельность во имя  создания всемирного халифата - и мы победим".
 
В Брюсселе израильский журналист знакомится с членами радикальной исламистской группировки. Поначалу они предлагают своему "палестинскому" гостю присоединиться к намазу. К аллаху исламисты взывают с многоярусной автостоянки. Затем "палестинца" ведут к футуристическому сооружению Атомиум - брюссельскому аналогу Эйфелевой башни.
 
"Когда в этой стране вступят в силу законы шариата, бельгийцам придется изрядно потесниться, а затем и вовсе убраться отсюда", - обещает один из активистов исламистской организации "Шариат для Бельгии" (штаб-квартира европейского движения находится в Лондоне).
 
В ходе беседы с Абу Фаресом, членом организации "Шариат для Бельгии", Иехезкели вскользь упоминает Усаму Бин Ладена.
 
"Кто я такой, чтобы посметь говорить о шейхе Усаме бин Ладене?! - восклицает Фарес. - Шейх Бин Ладен - шахид, он святой!".
 
"Четвертое поколение иммигрантов-мусульман готовится к джихаду, - констатирует Иехезкели. - Именно это поколение и представляет собой  часовую бомбу, заложенную в Европе".
 
Без британской чопорности и французской галантности

В Лондоне израильскому журналисту удается выйти на шейха Анджима Худари, главу местных исламистов, подозреваемого властями в подстрекательской деятельности. В интервью "палестинскому" журналисту Худари говорит то, чего никогда не сказал бы корреспондентам британских СМИ:
 
"Для нас одиннадцатое сентября - основа основ. После одиннадцатого сентября мусульмане всего мира вернулись к своим корням и  погрузились в изучение Корана".
 
Катастрофа надвигается и на Францию. Согласно официальной статистике, мусульмане составляют от 5 до 10% населения этой страны, но точное их число (попробуй сосчитать нелегалов!) не установлено.
 
Джамаль, тренер школьников из Марселя, с нескрываемой грустью замечает: после мегатеракта в США репутация европейских мусульман оказалась подмоченной. Их имидж серьезно пострадал. К ним стали относиться подозрительно, а они - в ответ на эту подозрительность - еще больше сплотились в своей ненависти к европейцам.
 
"Представители четвертого поколения, родившиеся и выросшие во Франции, категорически отказываются признавать себя французами, - объясняет один из соседей Джамаля. - Но возвращаться в Алжир или Марокко они не намерены. Напротив, их цель - заявить о себе как о будущих хозяевах Европы!"
 
Мохаммед Мрах из Тулузы, ликвидированный в марте этого года в ходе штурма его дома спецподразделением французской полиции, - первый террорист, родившийся во Франции, напоминает Иехезкели. Прошедший обучение в лагере афганских талибов Мрах застрелил в Тулузе раввина Йонатана Сандлера, двоих его сыновей (3-х и шести лет) и 8-летнюю дочь директора школы "Оцар ха-Тора". В беседе с полицейскими Мрах выразил сожаление лишь о том, что ему не удалось уничтожить еще больше еврейских детей.
 
"Мы никогда не остановимся, - говорит в интервью Иехезкели один из членов ячейки бельгийских исламистов. - Нас не устрашит ни тюрьма, ни даже смерть: ведь мы погибнем "шахидами"!"
 
Когда у мусульманина, выкрикивающего на Трафальгарской площади или на Елисейских полях призывы к джихаду и созданию халифата, есть лицо и фамилия, когда он обращается к тебе с экрана телевизора, возникает эффект присутствия. В доверительных диалогах с "палестинским" журналистом европейские идеологи джихада утрачивают элементарную бдительность - на зрителя накатывает реальность!
 
"Даже свобода слова уже не является в Европе чем-то само собой разумеющимся, - подчеркивает Иехезкели. - Все основополагающие  ценности западной демократии отвергаются и пересматриваются".
 
Ничего не видим, ничего не слышим…

Мэры многих европейских городов продолжают искать причины радикализации ислама в высоком уровне безработицы, особо остро ощущающейся в кварталах бедноты, и в сопутствующих безделью социальных проблемах. Религиозный фанатизм и антисемитизм занимают полицию в последнюю очередь. Преступления на националистической почве в двадцать первом веке? Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!
 
Факты тем временем свидетельствуют о совершенно иных процессах в джунглях мусульманских кварталов, не связанных ни с безработицей, ни с бедностью. После того как в Бельгии был принят закон, запрещающий женщинам-мусульманкам носить чадру, здесь вспыхнула настоящая интифада. Мусульмане шли на демонстрации с железными прутами, забрасывали полицейских камнями, жгли  автомобили патрульных и рядовых граждан.
 
В кадре - крупным планом: "Нам не нужна ваша фальшивая демократия, - орут участники антиправительственной демонстрации. - Аллах акбар!"

Продолжение читайте здесь

counter
Комментарии