Герой - из-за него гибнут другие люди
Фото: Getty Images
Герой - из-за него гибнут другие люди

"Самое худшее - это "герои" по нашу сторону баррикад" - эту фразу мне пришлось слышать пару раз от двух несвязанных друг с другом специалистов в области безопасности из разных стран. Оба хорошо разбирались в своем деле и понимали, о чем говорили. 

Вероятно, такое суждение напряжет многих. Нас приучили относится к героям с восторгом и трепетом, молиться на них и ожидать от них чудес. Но не торопитесь кидаться на меня с кулаками. 

Опасен радикализм, направленный против нас, но радикализм с нашей "стороны баррикад" - может быть не менее опасен. Не для противников. Для нас. В каком бы лагере вы не находились… 

Как относится харедимная общественность к поступку Ишая Шлисселя, который, только выйдя из тюрьмы, вновь взял в руки нож и бросился с ним резать участноиков гей-парада? Фото: Getty Images

 

Я спросил у знакомого ортодокса: как относится харедимная общественность к поступку Ишая Шлисселя, который, только выйдя из тюрьмы, вновь взял в руки нож и бросился с ним резать участноиков гей-парада? 

- Как ФАТХ к ХАМАСу. 

- Мгм? 

- Ну… в принципе правильно. Но… кто его уполномочивал?! Он посоветовался с раввином? И нам от этого будет только хуже… 

То есть в том, что человек, выросший в традиционном иудаизме и знающий его, должен при виде гей-демонстрации испытывать желание резать… В этом он не сомневался. Но дальше шло осуждение этого зелота, который может ухудшить положение своих единомышленников. Я поблагодарил ответившего за откровенность… 

Одновременно с сообщением о Шлисселе, который напал на парад гордости страну потрясла весть о том, что в палестинской деревне Дума возле Шхема в результате поджога двух жилых домов погиб полуторагодовалый ребенок Али Саад Дуабше. В окно дома были "героически" брошены бутылки с зажигательной смесью. 

Противники гей-парада на демонстрации. Фото: Getty Images

 

Виновные пока не найдены, но на а стене сгоревшего дома нарисована Звезда Давида и надписи: "Да здравствует машиах", "Месть" и пр. Предполагается, что это дело рук еврейских террористов. 

Хотя, исходя из презумпции невиновности, нельзя обвинять в убийстве ребенка еврейских сикариев, но событие возмутило даже большинство тех, кто традиционно поддерживают акции "Таг мехир". А на депутата Илона Магаля, сказавшего "Я надеюсь, что это была акция возмездия" зашикали даже более правые коллеги. 

Огромный урон нанесен международным позициям Израиля. Нетаниягу и другие члены правительства спешно приносят извинения и выражают соболезнования, хотя следствие еще не нашло подозреваемых в совершении преступления, но… 

В похоронах Али Саада Дуабша приняли участие тысячи палестинцев, которые скандировали, что готовы отдать свою жизнь ради отмщения за сожженного заживо "шахида". В израильское системе безопасности считают, что теракты мести за гибель ребенка - это только вопрос времени. 

Летом прошлого года "герои с нашей стороны", которые сожгли арабского юношу, способствовали витку насилия, приведшего к операции "Несокрушимая скала". 

"Знаешь определение героя? Это тот, из-за кого гибнут люди" 

Помните, у Маяковского: "Слава, Слава, Слава героям!!! Впрочем, им довольно воздали дани". 

Поговорим о феномене геройства. К сожалению, позабыты слова отвергнутого гимна, который мы так часто слышали в период созревания: "Никто не даст нам избавленья, ни бог, ни царь и ни герой". 

Вера в пользу героев и геройства - сродни в веру в хорошего царя. И выглядят язычеством творимых кумиров не только в сравнению с строгим монотеизмом. 

Геройство - связанно со смелостью. Смелостью и готовностью идти на риск. Риск - это, говорят, благородное дело. Благородное - поскольку создает героев. Способность рисковать - вызывает уважение. Смелость и геройство - на самых разных этических шкалах разных народов - всегда оценивается высоко. Кроме всего прочего, есть здесь нечто полезное, противоположное вечному нытью, про "все мы пешки", "плетью обуха", "попал - так не чирикай". 

Любой пропагандист, призывающий к геройству, предлагает своим слушателям не только насилие по отношению к врагам, но и самопожертвование. О готовности жертвовать собой говорят и вожаки "молодежи холмов", и подстрекатели акций возмездия "Таг мехир". Пообщавшись с этими молодцами, узнаешь, что Нетаниягу - предатель правого дела, Беннет - отмороженный левак, "Совет поселений Иудеи и Самарии" - хуже МЕРЕЦа. И только они своим самопожертвованием героически борются за Эрец Исраэль и выполняют Волю Всевышнего. 

Именно о самопожертвовании писал Ишай Шлиссель в своих листовках, которые он развешивал в синагогах Иерусалима, перед тем как напасть на участников гей-парада. Ведь это для закона его акция - преступное насилие, нападение на безоружных, "преступление ненависти". А для него самого - чистое самопожертвование. Человек отдохнув пару недель после десятилетнего заключения, снова отправляется на нары. Теперь вероятно на еще больший срок. 

Кроме благородства в риске есть незабываемые переживания. Азарт. Адреналин. Ощущение опасности. Авантюризм, который заставляет "играть очко". Возбуждающее бесстрашие. Когда страх заставляет не прижиматься, а подпрыгивать. Этот игровой момент, сулящий "упоение в бою, у бездны мрачной на краю". 

Рискующий субъект - опасен 

У Лиона Фейхтвангера в романе "Лже-Нерон" есть гениальное определение: "парень этот был из тех примитивных патриотов - людей действия, которые всегда были опасны для существования государства и общества". 

С точки зрения рациональной, внешней, прагматичной: геройство - это стратегия, алгоритм поведения, избранная последовательность действий, которые могут привести - помимо всего прочего - к ухудшению положения рискующего. И не только самого рискующего, но и окружающих его людей. 

В лучшем случае общественно-полезный героизм одних - оправдывает недоработки, халатность, глупость или трусость других. 

По-любому верны слова, которыми завершается пьеса Бертольда Брехта "Жизнь Галилея": 

- Несчастна та страна, у которой нет героев! 

- Нет! Несчастна та страна, которая нуждается в героях. 

Рискующий субъект - опасен для коллектива, поскольку играет не только своей, но и коллективной судьбой. 

Максиму "Знаешь определение героя? Это тот, из-за кого гибнут люди", высказанную Зои Эллейн Уошбурн в "Миссия Серенити" лучше всего проиллюстрировать на примере другого фильма - "Предстояния" Никиты Михалкова. Фильма обруганного, непонятого и недооцененного. 

Во все время просмотра этого эпического зрелища зритель может поймать себя на мысли, что героические действия просто подставляют окружающих, зачастую являются причиной гибели других людей. 

Любые проявления героического начала последовательно обходятся чрезвычайно дорого - прежде всего, для окружающих: 

Несимпатичный политрук, пытающийся гнать солдат на передовую, погибает под их пулями. 

Симпатичный сапер случайным, неверно понятым, взмахом флажка взрывает множество людей на мосту. 

В фильме есть гениальный эпизод с санитарным кораблем под флагом красного креста. Огромный корабль, накрытый флагом с большим красным крестом. Над ним непрерывно кружат вражеские самолеты, делая учебные заходы, издеваясь, играя на нервах, унижая дерьмом, сыплющимся нам на головы. Контуженный с ракетницей, в котором взыграл гнев, стреляет по фашистской голой заднице, обрекая на гибель сотни человек.

Кадр из фильма

 

Молодые, романтичные, мечтающие о подвигах и атаках курсанты ростом метр восемьдесят три гибнут все до одного в жестоком, внезапном, абсурдном бою. 

Изнасилованная женщина, чтобы спасти Надю, убивает двух немцев, и тем самым обрекает на сожжение целую деревню. 

Даже маленькая Надя, заявляющая пионерке-стукачке, что она - дочь расстрелянного Котова, которая не собирается отказываться от репрессированного отца, и то создает угрозу больших проблем для себя, своей семьи и Мити заодно… 

Герой - это тот, из-за кого погибли другие. 

Битва за Родину - это утомительная работа. Лучшим бойцом в михалковском мире оказывается не герой, а тот, кто смирился, тот, кто на своем месте встречает судьбу, узнает в ней волю Провидения и следует ею. 

Девиз михалковского антигероизма - самодельная молитва, которую священник (роль, блестяще исполненная Гармашем) преподает как последний завет Наде: "Господи! Сделай так, чтобы моя воля не перебила Твою". 

Героизм - это не цель. Это не самоцель. Это одна из рискованных стратегий. Наверное, не всегда самая лучшая. 

Как в истории с тем санитарным кораблем. Задача - ведь была не геройствовать. Задача простая - довести корабль до порта, а не героически всадить в гадящую задницу ракетницу и после этого всем погибнуть. При этом я не отрицаю, что героизм - иногда абсолютно необходим. 

Общих правил тут нет. Но горе и позор нашему лагерю ревнителей, где героями являются такие уроды, как Ишай Шлиссель и молодчики, сжигающие полуторогодовалых детей.

counter
Comments system Cackle