По следам Мальтуса
Фото: Getty Images
По следам Мальтуса

Демографический бум середины XX века уходит корнями в античные времена, считает археолог

Демографическая революция середины прошлого столетия, вызвавшая экспоненциальный рост населения Земли и впервые поставившая перед политиками и учеными проблему перенаселения планеты, была заложена не в XVIII-XIX веках, как считалось ранее, а больше двух тысяч лет назад, во время трансформации Рима из республики в империю. К такому выводу пришел археолог, построивший глобальную карту демографической эволюции человечества по памятникам культуры за последние несколько тысячелетий. Об исследовании рассказывает пресс-служба университета Атланты в Эмори.

"Индустриальная революция и появление систем общественного здравоохранения - это непосредственные причины увеличения продолжительности жизни. Но предпосылки этих изменений следует искать в событиях полутора-двухтысячелетней давности, на рубеже Античности и Средневековья", - говорит Аарон Штутц из университета Эмори (США).

К такому неожиданному выводу, который противоречит всем современным демографическим теориям, Штутц пришел в процессе составления карты демографической эволюции человечества за последние несколько тысячелетий. Информация, на которой основана карта Штуца, была собрана сотнями и тысячами других историков и археологов в ходе раскопок, изучения хроник и летописей и анализа различных памятников культуры и быта.

Исследование Штутца возвращает нас к самым истокам демографии, к работам англичанина Томаса Мальтуса (на фото), основоположника этой научной дисциплины. В 1798 году он опубликовал свое первое сочинение, "Опыт закона о народонаселении", посвященное проблеме скорости роста населения Земли и ограниченности ее ресурсов. Сравнив скорость прироста населения в разные эпохи, английский экономист показал, что число людей на планете увеличивается в геометрической прогрессии (оно удваивается каждые 25 лет), тогда как ресурсы растут линейно. Если болезни, войны и другие факторы преждевременной смертности не будут ограничивать рост, то тогда человечество неизбежно столкнется с проблемой перенаселения и его главными последствиями - бедностью, конфликтами и всеобщим голодом.

Идеи Мальтуса и концепция "мальтузианской катастрофы" были крайне популярны до 70-х годов прошлого века, когда демографам и историкам стало ясно, что человечество не погибнет от голода благодаря "зеленой революции" в сельском хозяйстве и агропромышленности. В это время на передний план выходит другая теория - демографического перехода. Она делит историю роста численности населения на Земле на три четких исторических периода, основываясь на двух базовых параметрах - рождаемости и смертности.

В первом периоде, который включает в себя всю историю человечества до индустриальной эпохи, население планеты росло медленно из-за высокой смертности. После начала научно-технической революции в XVIII веке началась вторая фаза, "демографический бум", связанный с резким снижением смертности. Его пик приходится на середину XX века, когда многие бывшие колонии и отсталые страны получили доступ к достижениям прогресса. Благодаря этому переходу каждые 14-15 лет численность населения Земли вырастает на миллиард.

Штутц проверил, действительно ли инновации в промышленности, экономике и науке в XVIII веке были ключевым фактором, который помог человечеству сбросить "оковы Мальтуса" и перейти к современной модели роста.

"Я, как и другие археологи, заинтересован в более древних изменениях, которые происходили в человеческих обществах. Мы не только изучаем данные, но и откапываем дома, внутренние дворы коммун и деревень, сельскохозяйственные угодья, гавани и так далее. Это дает нам целостный взгляд на то, как человеческое общество и окружающая среда влияют друг на друга", - продолжает автор статьи.

Руководствуясь этой идеей, археолог из университета Эмори проследил за тем, как изменения в структуре общества, экономики и в политике были связаны с темпами роста и смертностью населения. По его словам, при анализе демографической эволюции населения Земли нужно учитывать и то, что человек является, как говорили Карл Маркс и Аристотель, "политическим животным", которое живет и функционирует в обществе.

Ключевая идея Штутца заключается в том, что каждый элемент общества и экономики, если смотреть на него в контексте демографии, функционирует не "бесплатно", а требует расходования некого количества человеческих ресурсов. В качестве яркого примера этого он приводит ремесленников и рабочих в Древнем Риме, которые буквальным образом платили своей жизнью за продолжение рода, существование и прогресс всей республики или империи в целом - в среднем, они жили не дольше 29-30 лет.

Главной особенностью этих "демографических расходов" является то, что их удельная цена для каждого человека понижается по мере роста численности населения, начиная с некой критической отметки в числе жителей сообщества или страны. Штутц сравнивает его с эффектом масштаба в экономике, который делает расширение производства выгодным как для транснациональных мега-корпораций, так и для частников. В контексте демографии этот эффект расширял конкуренцию, снижал стоимость инноваций и стимулировал прогресс, дав почву для появления ограниченной демократии в разных областях экономики и политики.

Как показали карты и математические модели, составленные Штутцом, человечество достигло этой точки в общей численности населения и в общем уровне технического развития не в XVIII веке, а во времена поздней Римской республики или ранней империи, примерно две тысячи лет назад. С этого момента начинает работать демографический эффект масштаба, стимулирующий рост населения планеты за счет снижения стоимости его социальной и экономической поддержки.

"Постоянно усложняющиеся и децентрализующиеся экономические и политические структуры, возникшие в промежутке между началом новой эры и 1500 годом, создали достаточное количество возможностей для людей, стран и сверхдержав, таких как Англия, Франция и Китай, для извлечения максимума из эффекта масштаба (в эпоху индустриализации)", - поясняет Штутц. Эффектом масштаба называют закономерность, согласно которой расходы на производство одной единицы продукции заметно понижаются при расширении производства, если смотреть на ситуацию в долгосрочной перспективе. Благодаря этому эффекту себестоимость товаров во время промышленной революции резко снизилась при переходе от штучного к мануфактурному производству, и еще раз упала после изобретения конвейера.

Если данные Штутца верны, то возникает вопрос - почему взрывообразный рост населения начался только в ХХ веке? Как считает американский археолог, в разные исторические периоды его появлению мешала чрезмерная конкуренция во всех сферах жизни, прежде всего в политике и культуре. Хотя соперничество между феодалами, королями и разными ветвями религий и культуры было полезным для развития цивилизации, но при этом оно поднимало планку "демографических расходов" заметно выше базового уровня, который был достигнут на рубеже новой и древней эры.

Отвечая на вопрос, что ждет человечество в будущем, Штутц дает неблагоприятный прогноз. На глобальном уровне, когда численность населения Земли достигнет пределов системы жизнеобеспечения планеты, тренд ее взрывообразного роста может не только остановиться, но и перевернуться. Число жителей планеты начнет постепенно падать в том случае, если "демографические расходы" начнут расти, и если глобальная экономика будет находиться в стагнации. Это падение, как подчеркивает исследователь, приведет к еще большему ухудшению состояния экономики. На уровне отдельных государств и регионов будет происходить несколько иной процесс - по мнению Штутца, цивилизации мира могут войти в цикл резких увеличений и падений в численности населения. 

counter
Comments system Cackle