Могут ли Россия и США уничтожить Исламское государство?
Фото: Getty Images
Могут ли Россия и США уничтожить Исламское государство?

В то время, как Москва и Вашингтон конфликтуют по поводу Украины, значительно более масштабный и долговременный вызов предоставляет им возможность для сотрудничества

Для многих развал российско-американских отношений из-за вторжения (бескровного) Москвы в Крым и опосредованной войны в восточной части Украины свидетельствует о начале новой холодной войны. Однако Россия еще не подверглась необратимым изменениям и не преодолела путь от статуса ограниченного партнера до уровня непримиримого врага. Вашингтон и Москва все еще имеют много точек взаимного интереса, которые не следует отбрасывать в сторону под действием разгоряченных эмоций. На самом деле мы часто забываем о том, что посткоммунистическая Россия участвует вместе с Америкой в борьбе против сил глобального терроризма, а также сотрудничает с ней в том, что касается усилий, направленных на предотвращение распространения оружия массового уничтожения и его попадания в руки государств-изгоев. Недавние события в других местах нашей планеты могут создать основу для возобновления подобного рода сотрудничества.

Кризис на Украине продолжает стремительно развиваться в то время, как на Ближнем Востоке происходят шокирующие события, потенциально способные радикальные образом изменить сложившуюся ситуацию. Хорошо организованная и дисциплинированная террористическая организация Исламское государство Ирака и Леванта (ИГИЛ) пытается превратиться в полномасштабное террористическое государство на территориях Ирака и Сирии. Оснащенное захваченным современным американским оружием и располагающее огромными финансовыми ресурсами, украденными в некоторых частях Ирака, Исламское государство в настоящее время привлекает в свои ряды тысячи радикально настроенных молодых мусульман из разных стран мира. Благодаря увеличивающимся ресурсам, а также наличию иностранных паспортов у своих солдат впервые за долгие годы сложилась такая ситуация, когда экстремистское государство обладает весьма значительным потенциалом и способно организовывать свои нападения в любой части планеты. Обезглавливание Джима Фоули (Jim Foley), устроенное джихадистом с британским акцентом, демонстрирует зону действия ИГИЛ и его союзников, которая охватывает не только Западную Европу, но также Америку и даже Россию.

Учитывая все ставки, и Вашингтон, и Москва, судя по всему, в какой-то момент могут обнаружить друг друга на одной стороне - не исключено, что они будут работать вместе для того, чтобы уменьшить возможности ИГИЛ, а также других группировок, в том числе «Аль-Каиды» и ее многочисленных ответвлений. Если исходить из того, что решение на Украине может быть найдено, то будет ли в таком случае президент Обама способен сместить фокус внимания Кремля с кризиса на Украине и перевести его на новую совместную борьбу против терроризма?

Путин - российский христианский автократ

В первую очередь, Обама должен попытаться понять, что повлияло на формирование мировоззрения Путина, и как оно со временем менялось. Хотя у него в груди -  вовсе не демократическое сердце, Путин, тем не менее, имеет многие из основных ценностей, характерных для американцев.

Многие аналитики фокусируют свое внимание на том, что Путин был младшим офицером КГБ и работал в Восточной Германии перед развалом Советского Союза, а затем, в 1990-е годы, возглавлял ФСБ, пришедшую на смену КГБ. При этом многие забывают, что в период с 1989 года по 1994 год он был заместителем у сторонника проведения реформ и мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака, а затем стал премьер-министром во время президентства Ельцина. Главный архитектор горбачевских реформ Александр Яковлев в своих мемуарах под названием «Омут памяти: От Столыпина до Путина» (Maelstrom of Memory: From Stolypin to Putin) отмечает, что премьер-министр царя Николая II является в данном случае наиболее подходящей исторической аналогией.

Петр Столыпин был автократичным, но современно мыслящим деятелем, и, по мнению Яковлева, Путин является его воплощением в наше время. Путин отнюдь не является параноидальным маньяком, страдающим манией величия, и его будет легче понять, если считать его амбициозным технократом, целью которого является восстановление России как одного из главных игроков в мировой политике.

Но давайте рассмотрим теперь менее известную для американцев роль Путина - роль христианского автократа - от бывшего слуги атеистического коммунизма до защитника веры. В мае 2001 года, когда президент Джордж Буш младший впервые встретился с Путиным в Словении, он спросил своего российского коллегу, почему тот носит крестик. Путин сказал, что этот крестик, полученный им от его матери, был спасен из огня во время пожара на ее даче. Некоторые считали эту историю слишком «приторной», однако Буш, который сам испытал религиозную трансформацию, так не считал. Когда его на пресс-конференции спросили, доверяет ли он Путину, он ответил: «Да, я посмотрел ему в глаза и увидел его душу». После этого специалисты по России в течение многих лет не соглашались с его высказыванием, считая его наивным. И, действительно, Путин не пошел по пути, предложенному такими сторонниками западного развития, как Андрей Сахаров. Скорее, он предпочел антибольшевистскую, религиозно-националистическую концепцию другого русского лауреата Нобелевской премии - покойного Александра Солженицына. Однако временами Путин довольно странным образом напоминает американских правых, порицающих культурное декадентство и снижение моральных ценностей, и это сходство они не всегда оставляют без внимания.

В ходе нашего собственного исследования души Путина и после многочисленных интервью со служителями Русской православной церкви, а также верующими в разных частях России, Европы и Ближнего Востока, мы пришли к выводу о том, что его обращение к традиционным религиозным ценностям является искренним. Во время своей встречи с Папой в Ватикане в прошлом году Путин упомянул о страданиях христиан на Ближнем Востоке, а также поддержал идею примирения западного и восточного ответвлений христианства. Он также является единственным в истории российским лидером, дважды посетившим Иерусалим. Его собственная беспощадная борьба против терроризма, судя по всему, вызвала в нем симпатию по отношению к людям иудейской веры, и он также установил дружеские и взаимовыгодные отношения с Израилем.

Путин, терроризм и Россия в окружении НАТО

Во время одной из первых встреч с Бушем Путин настойчиво предупреждал американского президента об опасных последствиях существования связей экстремистов в разведывательной службе Пакистана с представителями «Аль-Каиды», а также сообщил о приближающейся «масштабной катастрофе». К большому сожалению, он располагал достоверной информацией. Кондолиза Райс позднее напишет: «Путин был прав,... и он никогда не позволит нам этого забыть».

То напряжение, на которое намекала вторая часть фразы Райс, оказалось реальным. К сожалению, российский президент начал охладевать к Соединенным Штатам на фоне того, как новые члены НАТО стали появляться у российских границ, вызывая традиционный для России страх окружения. Эти страхи и опасения стали причиной агрессии против Грузии в 2008 году, вторжения в Крым в 2014 году и опосредованной интервенции на востоке Украине.

Однако он по-прежнему оставался вместе с Америкой в борьбе против терроризма. В 2011 году, во время ливийского кризиса, администрация Обамы убедила Путина воздержаться при рассмотрении резолюции ООН в отношении Ливии по причине того, что она, по мнению американского президента, предусматривала «все необходимые средства» для предотвращения кровавой бойни и гибели гражданских лиц. Однако русские не хотели избавляться от Каддафи и были озабочены тем, что его убийство откроет путь к активизации терроризма. Вот как объяснил это в марте 2011 года бывший российский президент Дмитрий Медведев: «Если Ливия развалится, и “Аль-Каида” пустит там свои корни, то никто от этого не получит выгоду, включая нас, потому что эти экстремисты в конечном итоге окажутся на Северном Кавказе». Путин вновь оказался прав, и, как в случае с Райс, он не позволит нам это забыть.

Он блокировал все возможности смещения со своего трона сирийского диктатора Башара Асада. Хотя существуют экономические соображения, поддерживающие данную позицию, у России есть также озабоченность по поводу религии. Состоящая из алавитов шиитская мусульманская элита Башара Асада выступала в качестве защитника сирийских христиан и других меньшинств. Если Асад уйдет, то Сирия вполне может стать следующей Ливией - или даже чем-то еще хуже, учитывая те злодеяния, которыми бойцы Исламского государства радостно хвалятся в социальных сетях.

Давление, направленное на разрешение конфликта на Украине путем переговоров

Для того, чтобы было продолжено любое сотрудничество с целью нанесения поражения террористическим силам, должно быть найдено решение украинского кризиса на условиях, приемлемых для всех сторон. Это не означает, что Америке следует уступить Москве. Чтобы добиться разрешения конфликта путем переговоров, Обама должен продолжить направление различных видов помощи Киеву, в том числе военной (поскольку мы были в числе первых, кто ее предложил), и даже намекнуть, что военная составляющая будет увеличена в том случае, если произойдет вторжение. Подобная политика должна продолжаться, пока российское оружие направляется в Донецк и Луганск. Однако Обама должен также оказывать давление на Киев, чтобы добиться разрешения конфликта с помощью переговоров с сепаратистами в восточной части Украины. Президент Соединенных Штатов может использовать финансовую и военную помощь в качестве побудительного мотива для достижения договоренности.

Бывший госсекретарь Генри Киссинджер дал следующий совет: при ведении переговоров с целью разрешения конфликта всегда лучше, если вы побеждаете. Предпочтительным также является такой вариант, при котором вы не пытаетесь добиться безоговорочной победы, капитуляции или полного уничтожения противника. Именно таким подходом он руководствовался во время войны Судного дня в 1973 году. Когда израильская армия перешла Суэцкий канала и окружила египетские войска, Киссинджер оказал давление на Израиль, призывая израильтян не уничтожать египетскую армию. Таким образом, он нашел уникальную возможность согласовать решение конфликта с Россией, патроном Египта, которая грозила вмешаться, чтобы остановить продвижение израильтян. Доктор Киссинджер сделал ставку на челночную дипломатию, и его миссия оказалась успешной.

Соединенные Штаты должны таким же образом оказать давление на Киев, чтобы он не ставил себе целью уничтожение пророссийских сепаратистов - как и в Египте, полная победа лишь усилит напряженность в отношениях с Россией - и добивался немедленного прекращения огня. Будем надеяться на то, что дипломатические инициативы убедят Россию, и она заставит сепаратистов умерить свой пыл. Достижение урегулирования путем переговоров должно включать в себя амнистию для сепаратистов, и при этом восточной части Украины должна быть гарантирована автономия в рамках федеральных структур. Они также должны быть полностью представлены в украинском парламенте. Любое мирное урегулирование должно также гарантировать неприкосновенность границ свободной и демократической Украины, возможность вступления в Евросоюз, но не в НАТО, тогда как России следует прекратить свои попытки, направленные на дестабилизацию этого государства.

Хотя подобное искушение велико, попытки унизить Путина обойдутся довольно дорого. Он должен иметь возможность сказать, что он сделал все для защиты русскоговорящего населения на востоке Украины, избежав при этом экономического спада в России. Путин, на самом деле, не может позволить себе, чтобы сложилось впечатление о его «поражении» на Украине. Для него это опасно в политическом отношении - но это опасно также для Америки и Запада. Поражение подстегнет тенденции к дезинтеграции в России - жители Сибири и Дальнего Востока добиваются большей автономии, и, кроме того, свои требования выдвигают исламские экстремисты на Северном Кавказе и даже в самом центре России - в Татарии и Башкирии.

События на Украине продолжают развиваться, ситуация меняется каждый день, и в этих условиях совсем не просто увидеть на горизонте контуры подобного рода сотрудничества. Однако эмоции должны уступить место трезвой оценке наших ценностей и национальных интересов. Никто не заинтересован в новой холодной войне, поскольку она будет иметь губительные последствия с учетом угрозы со стороны ИГИЛ. Экономические санкции могут считаться новым и предпочтительным оружием, и немало государств на нашей планете, несомненно, ощущают их воздействие, тогда как многие европейские страны они подталкивают к рецессии. Подобного рода рецессия в конечном итоге доберется и до берегов Америки и замедлит болезненное восстановление экономики. Все стороны заинтересованы в том, чтобы избежать новых экономических проблем, и фокусируют свое внимание на более масштабном вызове, затрагивающем всех.

Россия должна присоединиться к борьбе против ИГИЛ

Наиболее убедительным аргументом в пользу ослабления напряженности является необходимость для России и Америки быть едиными в борьбе против дестабилизирующих планов Абу Бакра аль-Багдади, а также против более широкого вызова со стороны международного терроризма. Россия может оказать помощь курдам, американским и своим союзникам. Конгресс США и средства массовой информации призывают к более масштабным военным действиям Америки против ИГИЛ, и поскольку этот конфликт приобретает затяжной характер, мы, конечно же, будем приветствовать их помощь.

Россия, вероятно, могла бы помочь стабилизировать влияние иракского Курдистана. В 1980-х годах советский лидер Леонид Брежнев, рассчитывая оказать содействие своему тогдашнему другу Саддаму Хусейну, оставил без внимания отношения с курдами. В последние несколько месяцев, пытаясь не допустить разрушения иракского государства и борьбы в будущем с халифатом ИГИЛ, Путин сделал несколько первых шагов, направленных на возобновление своих отношений с курдами, а один из ведущих российских аналитиков добавил свой голос к призывам в поддержку дальнейшего примирения.

Существует продуктивная история, в которую можно вдохнуть новую жизнь. До того, как Москва пошла на создание сомнительного союза с Саддамом, курды делились разведывательной информацией с Советским Союзом, проходили там обучение и получали советское оружие. Подобного рода контакты могут быть возобновлены. И Путину, несомненно, известно о том, что курды предоставляют убежище многим представителям преследуемых этнических меньшинств. Но пока русский медведь продолжает рычать на Украине, он не станет направлять свои усилия на то, чтобы предоставить значительную помощь курдам, езидам и христианам в Ираке и в Сирии. Вот почему дипломатическое решение в Восточной Европе может иметь влияние на ситуацию во всем мире.

Путин и американская государственная мудрость

Ключевой урок, как подчеркнул Роберт Гейтс (Robert Gates), состоит в том, что мы должны серьезно относиться к национальным интересам России, а не только к нашим собственным. Гейтс считает, что мы не смогли этого сделать, когда Россия была слабой и униженной в 1990-е годы, в результате чего отношения между странами пострадали. С точки зрения Путина, эти отношения ухудшаются таким же образом и сегодня. Хотя Россия и Америка находятся по разные стороны в конфликте по поводу будущего Украины, они не должны упускать из виду свои долгосрочные интересы, связанные с уничтожением тех, кто может причинить им ущерб, и подобная борьба может вестись более эффективно, если обе эти страны будут сотрудничать.

Россия и Запад не являются главными врагами друг друга - и они должны осознать необходимость избавления от угрозы со стороны ИГИЛ. Вспомните, как Франклин Рузвельт и Уинстон Черчилль для борьбы против Гитлера пошли на создание альянса с Иосифом Сталиным, который, конечно же, совсем не был похож на христианского автократа. Черчилль по этому поводу язвительно заметил: «Если бы Гитлер вторгся в ад, то я, по крайней мере, благожелательно отозвался бы о дьяволе в Палате общин». Для нас будет правильным сегодня помнить о том, каких дьяволов мы можем терпеть, а каких мы должны уничтожить.

Иржи Валента, Лени Валента, "The National Interest", США

counter
Comments system Cackle