Этот вечный вопрос "Что делать?"
Фото: Shutterstock.com
Этот вечный вопрос "Что делать?"

За день до начала операции "Нерушимая скала", после ракетных обстрелов из сектора Газа по югу Израиля, в передаче радиостанции "Решет Бэт" ведущая Керен Нойбах провела интервью с одной из жительниц юга. Женщина рассказывала, что им нравится их очень красивое место проживания. Единственное, что не хватает - это покоя. Регулярные воздушные тревоги и ракетные обстрелы так отравляют жизнь, что они хотели бы бежать из этих мест, так жить невозможно. Женщина повторяет, что они хотят просто тишины. Несколько раз Нойбах пыталась подвести ее к вопросу, так что же она предлагает сделать. Наконец, жительница юга выдавила из себя: "Чтобы правительство распорядилось войти в Газу и разгромить террористов". Она не пожелала, чтобы было заключено мирное соглашение с палестинцами. 

Так думает большинство израильтян. Они считают (их убедили), что мир с палестинцами невозможен, а часть считает, что нельзя отдавать оккупированные земли врагу. Поэтому наши граждане не требуют от правительства заключения мирного соглашения и создания отдельного палестинского государства. Теоретически они все за мир, а практически за возобновление военных операций. Не случайно на последних выборах партии, которые открыто провозгласили в своих программах необходимость мирных переговоров с целью создания двух государств для двух народов, набрали всего 10%. Большинство населения видит выход из противостояния с палестинцами только в мощном военном ударе по Газе и наказании населения автономии. Расхожим является заклинание: "На Ближнем Востоке всякая сдержанность или уступчивость воспринимается только как слабость и проигрыш".

Обращает внимание, что многие наши политические комментаторы в последнее время часто ошибаются при оценках и прогнозах событий, происходящих в ближневосточном регионе. Так было в Египте при падении Мубарака, как один они предсказали скорое поражение Асада в Сирии. Похоже, то же самое наблюдается при оценке нынешней ситуации с палестинцами. Палестинцы ведут борьбу за создание своего государства. Надо отдать должное, последние годы эта борьба достаточно грамотная, исходя из тех малых средств и сил, которыми они располагают. Борьба идет по всем направлениям: сотрудничество в сфере безопасности и попытка переговоров о мирном соглашении с Израилем, международная пропагандистская деятельность и достижение международной поддержки (признание в ООН и других организациях), военное противостояние (вооруженное давление) - всевозможные террористические организации разной степени радикальности. 

Все это вместе есть единый фронт борьбы с Израилем. Поэтому не случайно, что после срыва переговорного процесса, после того, как руководство ПА, а также представители США (администрация, Керри, Индик) и Европы, поняли что правительство Нетаниягу тянет время и не желает идти на более-менее приемлемый вариант создания палестинского государства, начался новый виток эскалации. Поводы могли быть разные, но причина заключается в срыве переговоров. Тот же случай с похищением и убийством трех наших подростков, имел бы другие акценты и последствия, если бы политическая ситуация и контекст были иными.

Созданием объединенного правительства Абу-Мазен выбил у правых их главный козырь - отсутствие единого палестинского руководства. Поэтому Нетаниягу так разозлился на Абу-Мазена, который его обыграл. Вернее, Нетаниягу со своей хитрой тактикой попал в западню. Нужна четкая позиция по мирному соглашению, но у нынешнего израильского правительства нет внятной программы решения палестино-израильского конфликта, нет последовательной обоснованной политики. В ХАМАСе это видят и понимают, отсюда их смелость. Израиль и воевать не хочет, но и идти к созданию палестинского государства боится.

Когда возобновились ракетные обстрелы юга, после ввода наших войск на территорию Иудеи и Самарии с целью поиска пропавших трех юношей и поимки террористов, большинство политических комментаторов говорило, что ХАМАС сейчас слабый и не заинтересован в дальнейшей эскалации. Наши комментаторы опять не могут правильно оценить нынешнюю позицию ХАМАСа и недоумевают, чего он хочет и каковы его цели. Оказалось, что ХАМАС заинтересован в эскалации, согласен на длительное военное противостояние. В ХАМАСе понимают, что руководство Израиля не хочет и не может уничтожить его окончательно. Больше звучит угрожающая риторика наших политиканов и не очень сведущих людей.

Обращает также внимание, что правительство Нетаниягу попыталось максимально использовать убийство трех наших парней для разрешения своих тактических политических и военных целей (разгром инфраструктуры ХАМАСа, попытка разорвать объединение ФАТХа и ХАМАСа и т.п.). Естественно, ХАМАС был вынужден реагировать. Но, как уже было, правительство и его советники не смогли правильно спрогнозировать поведение ХАМАСа в данный конкретный момент. ХАМАС пошел на обострение, и правительство было втянуто в очередную эскалацию, из которой Нетаниягу не знает как теперь выйти: направо пойдешь - потеряешь коня; налево - голову, а прямо - самое худшее, власть. Только авиационные удары окончательно ХАМАС не сломят, ввод ограниченного контингента приведет к многочисленным жертвам с обоих сторон, захватить Газу надолго нельзя. Значит, требуемая населением и объявленная Нетаниягу "тишина без единого выстрела" невозможна.

Как уже было сказано, нынешнее обострение имеет прямую связь с провалом переговоров. Мы еще раз убеждаемся, что сторонники переговоров и мирного соглашения правильно предупреждали о невозможности безопасности израильтян без политического урегулирования. Государственный секретарь США Керри обоснованно предсказал, что нынешнее статус-кво долго продолжаться не может. Теперь уже у террористов появились ракеты улучшенных моделей, уже обстреливается наша территория от юга до севера. После предыдущей операции "Облачный столп" (то есть, за полтора года) в Газе накопилось порядка 10000 ракет.

12 июля на русскоязычном израильском телеканале ведущий пытался выяснить у бывшего члена правительства Стаса Мисежникова, почему нельзя перекрыть Газе электричество, воду, поставки продуктов и другие виды жизнеобеспечения. Бывший министр начал с намеков, что это нельзя делать по юридическим причинам. Ведущий попросил разъяснить. Мисежников сказал, что, так как мы организовали блокаду Газы, то мы несем ответственность за условия жизни населения. Однако ведущий возразил: "Ну и что? Египет тоже закрыл границу". Министр пытался выкрутиться, но так и не назвал важное для понимания слово - оккупация. Большинство наших граждан, особенно русскоязычных, не понимают всех ограничений, связанных с оккупацией. Ведь Газа находится под внешней, военной властью Израиля. Поэтому сейчас туда ежедневно наше государство поставляет тонны необходимого, чтобы не было гуманитарной катастрофы.

Как ни крути, мы ответственны перед палестинцами и всем миром за то, что происходит на этих территориях. В 21-м веке мир не позволит Израилю уничтожать или наказывать огромное количество чужого оккупированного населения. Это наша головная боль, это наша самая большая проблема!

У палестинцев есть умеренные силы во главе с Абу-Мазеном, которые согласны на существование двух государств на основе границ 1967 года. Они уже более десяти лет сотрудничают с силами безопасности нашего государства, способствуют отсутствию террора. Палестинцы, кстати, как и украинцы, хотят свое независимое государство. Замечу некоторым, что не евреям решать за палестинцев, хотят они свое государство или нет. Так же, как и не евреям определять, кто они - арабы или палестинцы. Они решат это сами, исходя из собственного самосознания. Израильтянам надо решить и определиться, идти ли на создание палестинского государства, для чего необходимо будет оставить основную часть оккупированной территории и пойти на другие болезненные уступки, или продолжить жить в условиях все усиливающихся ракетных обстрелов и террора. И если они выберут сохранение существующего статус-кво, непрерывное расширение поселений и захвата все новых земель, отрицание необходимости создания палестинского государства, тогда они должны быть готовы, что противная сторона может пойти на все для продолжения борьбы за свое государство и независимость. Так понимает этот вопрос большинство стран в мире. Когда же закончится оккупация, отношение и оценка всего происходящего в палестино-израильском конфликте изменится резко на противоположное. Тогда война с палестинским государством будет совершенно другой. А может быть ее просто не будет, так как слишком большая ответственность будет лежать на этом государстве и его населении. Тогда мы не будем в такой патовой ситуации как сейчас, позволяющей только огрызаться и периодически наносить болевые удары, но не решающие проблему кардинально. 

Последние дни можно услышать, что нет такой страны, которая терпела бы ракетные обстрелы. Но они умалчивают о важном дополнении к этому распространенному клише - не осталось стран, в которых пять миллионов ее жителей оккупируют четыре миллиона чужого населения. В этом заключается вся трагедия, в этом лежит корень проблемы, повторяющийся замкнутый круг военных операций, неминуемо воспроизводящиеся и все усиливающиеся силы террора, неспособность и невозможность разрешения конфликта военным путем. Этого не хочет признать большинство населения Израиля. Оно говорит, что палестинские террористы жестокие звери, которых надо уничтожить. Но его голос не слышен, когда речь заходит об окончательном разрешении конфликта не только с помощью силы, но, главным образом, политически. 

Израильтяне сейчас требует решить проблему "раз и навсегда". "Нам надоело жить в таких угрожающих и опасных условиях, мы хотим жить нормально" - говорят они. Однако в своем первом после начала операции "Нерушимая скала" выступлении перед журналистами 11 июля глава правительства особенно подчеркнул огромную важность территорий в это опасное для нашего региона время. Похоже, что Нетаниягу предпочитает войну за землю мирному соглашению. На днях меня спросила знакомая: "Что будет, что делать?". Я ответил, что на будущих выборах пусть она и ее семья голосуют за ту партию, в программе которой имеется требование заключения мирного соглашения с палестинцами.

counter
Comments system Cackle