Zahav.МненияZahav.ru

Воскресенье
Тель Авив
+26+18

Мнения

А
А

Карнавал демократии и позора

Откровенный расизм называется сегодня "верностью демократии", навешивание оскорбительных ярлыков – "свободой слова". Таков Кнессет 2013 года.

knesset_get
Фото: Getty Images

«Заклятые друзья» нашли друг друга: «левые социалисты», высоколобые интеллектуалы, ультраортодоксальные догматики и арабские националисты – в борьбе за светлое будущее. И против Израиля.

Оппозиция саботировала недавнее голосование по законопроекту о реформе власти в Кнессете и равном распределении бремени, т.е., призыве ешиботников на воинскую или альтернативную службу. Саботировала, не приведя никаких аргументов и не объяснив свою позицию. Единственное, что мы слышали от депутатов оппозиции, - это лозунги. Мы узнали, что законопроекты во-первых, «недемократические»; во-вторых, «расистские»; в третьих, «фашистские».

Об этом повторяли Джамаль Захалка, Ахмад Тиби, Бужи Герцог, Заава Гальон, Эйтан Кабель, Арье Дери и Моше Гафни. Более всего досталось Либерману, чья партия была инициатором законопроекта о реформе. Захалка отправил его «обратно в Россию» на арабском, а Герцог, не слишком умело копируя арабских народных трибунов, объявил Либермана «демократии врагом». Бужи недоставало, правда, темперамента, как Уго Чавесу или Амиру Перецу, – для убедительности Герцогу следовало бы периодически вскидывать руку со сжатым кулаком и выкрикивать «но пасаран!». Увы, громовой пафос революционера плохо подходит дружелюбному «ботанику».

Мы увидели немыслимый симбиоз: лебедя, рака и щуку в одной упряжке. Лидер ШАС Арье Дери приветствовал Герцога в качестве лидера оппозиции и пообещал «свести счеты» с «врагами демократии»; депутат от «Яадут а-Тора» Моше Гафни заявлял, что государство Израиль утратило право называться еврейским и демократическим; борцы с «религиозным засильем» едва ли не миловались со своими заклятыми врагами - ультраортодоксами. И дружно они аплодировали выступлениям арабских парламентариев, которые вызывали к бойкоту «фашистского образования» и отправке «русских в Россию». Тем депутатам, которые, как мы помним, с пеной у рта поддерживали кровавых диктаторов – Каддафи и Асада, пели дифирамбы «Хизбалле» и опровергали Катастрофу.

Происходящее – точная копия оруэлловского «мир – это война», «любовь – это ненависть». Откровенный расизм называется сегодня «верностью демократии», навешивание оскорбительных ярлыков – «свободой слова». Таков Кнессет 2013 года. Такова «единственная демократия на Ближнем Востоке».

Два вопроса возникают на фоне этого карнавала лжи, позора и абсурда. Вопрос первый: что именно так не понравилось депутатам от оппозиции? Вопрос второй: есть ли между ними что-то общее в плане идеологии?

Ответа на первый вопрос нет. Если говорить о законопроекте реформы власти, то преобразования более чем умеренные и сдержанные. Электоральный барьер повышен до 3,25%, число министров ограничивается 18-ю (помимо главы правительства), а число заместителей министра четырьмя. Прекратят свое существование министры без портфеля. Оппозиция не сможет подавать вотумы недоверия правительству чаще одного раза в месяц, а присутствие премьер-министра на прениях станет обязательным. Для подачи вотума недоверия чаще установленного срока оппозиции потребуется заручиться поддержкой 61-го парламентария. Трудно поверить, что все эти шаги могли спровоцировать приступ столь безумной истерики.

Либерман, чья партия продвигала реформы, неоднократно объяснял, что главная их цель – стабилизировать работу правительства, которое постоянно превращается в заложника мелких секторальных партий и все силы посвящает не решению насущных проблем, а борьбой за выживание. Выступая за далеко идущую реформу, он предлагает ввести президентское правление, провести четкое размежевание исполнительной и законодательной власти и принять «норвежский закон», при котором министры лишаются своего депутатского кресла. Тем не менее, на данный момент, отнюдь не стремясь к «революционным переменам», глава НДИ ограничился указанными выше шагами, которые, в принципе, находили поддержку подавляющего большинства депутатов всего политического спектра.

Левые партии сами не раз инициировали повышение электорального барьера. Бужи Герцог настаивал на установлении 4-процентного электорального барьера, как в большинстве западных стран, а Гальон сетовала на обилие «микроскопических партий», которые препятствовали нормальной работе Кнессета. «Мы пошли навстречу оппозиции и снизили его до 3.25%. А теперь узнаем, что это противоречит «демократическим нормам», - не скрывает сарказма Либермана.

«Авода» и МЕРЕЦ, не говоря уже об арабских депутатах, утверждают, что данный шаг направлен исключительно против арабских партий. Это – сомнительное утверждение. Точно также можно сказать, что он направлен против правых партий (как «Оцма ле-Исраэль» и другие праворадикальные движения); «русских списков», вроде «Исраэлим» с Давидом Коном (в которых также не было недостатка за всю историю алии,); разного рода экстравагантных социальных списков, типа «Але ярок» за легализацию наркотиков.

Левые партии также возмущались (а как иначе – сторонники «социальной справедливости» все-таки!) непомерно раздутыми, забюрократизированным министерствами, жадностью партнеров по коалиции и фиктивными министрами на фоне экономического кризиса и обнищания населения. Что же произошло с ними сейчас, когда закон о реформе сократил до оптимального число министерств и ликвидировал «министерства без портфелей»?

Какая связь между демократией и бесконечными вотумами недоверия, парализующими нормальную деятельность депутатов и министров, и при этом заведомо провальными? Или, быть может, для Герцога, Захалки и Дери так важно сохранить так называемый «Закон Мофаза», позволяющий отколовшимся депутатам создавать собственные фракции, не представляя в Кнессете никого, кроме самих самих, любимых?

Что касается закона о равном распределении бремени, то здесь, по крайней мере, понятна позиция ультраортодоксов. Она предельно проста: нет – любому участию в жизни государства; да – государственным субсидиям на ешивы. Но чем закон о призыве ешиботников не по душе МЕРЕЦу и «Аводе»?

Теперь второй вопрос: есть ли идеологические точки совпадения у «харедим», с одной стороны, и у поборников равноправия и борцов с «религиозным засильем» из МЕРЕЦА и «Аводы», с другой? Что ж, посмотрим, как наши правдолюбивые интеллектуалы на левом фланге относятся к своим «естественным партнерам» по оппозиции, и наоборот.

Покойная Шуламит Алони, идейный кумир и икона активистов МЕРЕЦ, называла ультраротодоксов «кровопийцами, ... змеями, вскормленными тьмой, породившей нацистские ужасы; алчными, властными, злобными, примитивными, аморальными, паразитическими и властолюбивыми». «Харедим», писала она, - «пиявки, которые сосут нашу кровь». Ран Коэн характеризовал их как «черных муравьев». Наоми Хазан, возглавляющая ныне печально известный Новый Фонд Израиля, «ужасным злом» и «черным джином». Писатель Амос Оз, один из духовных наставников МЕРЕЦ, «вооруженной группой гангстеров, преступниками против человечности, садистами, погромщиками и убийцами». Антисемитам до этих проявлений «толерантности и плюрализма» расти и расти…

«Дружба» между «Аводой», МЕРЕЦ, ШАС, «Яадут а-Тора» и арабами – пример для умиления не менее поразительный. Например, Ханин Зоаби называет всех израильтян – и левых, и правых – «фашистами по определению». Мухаммед Бараке именует командующих ЦАХАЛа «убийцами детей и фашистами» (слова эти были отнесены к Мофазу). Абдель Маликом Дахамше призывал своих собратьев по вере стать «смертниками-шахидами». А что наши «левые сионисты»? Разве что ручки им не целуют от восторга. Ни одного слова осуждения. Мазохист и насильник нашли друг друга.

А вот как ультраортодоксы видят своих «партнеров». Покойный раввин Овадия называл арабов «змеями». «Нельзя их жалеть, - взывал уважаемый раввин. - Вы должны послать на них ракеты и уничтожить их. Они - зло, и их следует проклясть». В другой предрекал: «Бог обратит деяния арабов на их собственные головы, истребит их семя и уничтожит их, разорит их и заставит исчезнуть с лица земли».

Йоси Сарида – идейного лидера МЕРЕЦ, защитника гражданских прав и сторонника светского государства, рав Овадия охарактеризовал следующим образом: «Опасный злодей... Дьявол. Пусть будет проклято его имя. Пусть будет стерта память о нем. Его нужно искоренить из этого мира... Повесить на высоком дереве». Гомосексуалистов, дискриминацией которых так озабочены наши просвещенные интеллектуалы, этот великий учитель современности называл «главным источником всех бед» Израиля.

И вот теперь эти «закадычные друзья» и «естественные партнеры» лобызаются, жмут друг другу руки, говорят, что разделяют единые взгляды. Говорят, что не допустят «разрушения демократии», свернут «фашистское правительство», «остановят расизм». Смешно, если бы не было так грустно.

Увы, нет ничего нового под горячим израильским солнцем. Все они – от Бужи Герцога, Заавы Гальон и Шели Яхимович до уважаемых раввинов, действуют по принципу: «после меня – хоть потоп». И это самое обычное дело в наших «палестинах». На первом месте – сиюминутный расчет. Левые, как и раньше, знают, что не смогут сформировать коалицию без ультраортодоксов, которых не переносят, а значит, надо добиться их расположения. «Харедим», в свою очередь, поняли, что правительство может существовать и без их участия, а значит, нужно делать ставку на левых. Ну, а арабские депутаты – естественные партнеры в борьбе за «демократию».

«Я надеюсь, что все палестинцы вымрут, что Абу-Мазен и другие лидеры сгинут с этого мира, что Господь наш Израилев пошлет на них чуму, на всех этих злодеев проклятых, ненавидящих святую землю». Эти слова принадлежат все тому же покойному раву Овадия. Это не мешало ему подписывать соглашение Осло вместе с «Аводой» и МЕРЕЦ, а потом поддерживать «одностороннее размежевание» в Газе. Как и защитникам «прав палестинского народа» не мешало сидеть с ним в одной коалиции.

Источник: mnenia.zahav.ru

Метки:

Читайте также