Я смотрела на экран и не могла поверить своим глазам. На экране был Биньямин Нетаниягу, его характерный низкий, поставленный голос невозможно было спутать с другим, но слова, которые он произносил, звучали так, словно они принадлежали Хаменеи или Путину.

Накануне выборов премьер-министр Израиля, человек, который годами гордился своими экономическими достижениями и положением Израиля в мире, объясняет в интервью Рои Кацу на экономическом телеканале, как собирается справляться с экономическими и банковскими санкциями, которые могут быть введены против Израиля. Не как он намерен их предотвратить, а как собирается их обходить - с помощью цифровых валют и технологии блокчейна.

"Конечно, я опасаюсь", - сказал Нетаниягу, когда его спросили о возможности введения санкций против финансовой системы Израиля, и объяснил, что необходимо подготовить "экономику обходных путей". На вопрос, может ли блокчейн стать альтернативой, он ответил утвердительно и сообщил, что уже поручил подготовить соответствующий план.

Я прослушала его слова еще раз, пытаясь понять, как мы оказались в ситуации, когда премьер-министр Израиля с таким спокойствием рассуждает о возможности того, что стране придется обходить международные санкции, словно речь идет о технической неполадке, которую можно устранить с помощью компьютерной программы.

Любой разумный руководитель, тем более человек, который был выдающимся министром финансов и провел революционные преобразования в израильской экономике, сделал бы все возможное, чтобы предотвратить санкции. Искал бы нестандартные способы восстановить отношения с другими странами, укреплял торговые связи и привлекал всех, кто способен помочь, чтобы оградить граждан Израиля от этой угрозы. А не ограничивался подготовкой плана, который позволит нам жить под санкциями.

Разумеется, ответственное правительство должно готовиться и к самым тяжелым сценариям. Но между разработкой чрезвычайного плана и представлением способов обхода санкций в качестве экономического решения существует огромная разница. Особенно когда речь идет о премьер-министре, который прекрасно понимает последствия экономической изоляции.

И это не первый случай, когда Нетаниягу готовит нас к такой перспективе. В сентябре 2025 года, выступая на конференции генерального бухгалтера Министерства финансов, он заявил, что Израилю придется приспосабливаться к экономике, менее зависимой от внешнего мира, и провозгласил, что мы превратимся в "Афины и супер-Спарту".

"Нам придется все больше приспосабливаться к экономике с элементами автаркии", - сказал он тогда, добавив: "Я ненавижу это слово, я сторонник свободного рынка".

Услышать такое от человека, который открыл израильскую экономику для конкуренции, поощрял иностранные инвестиции и прекрасно понимал важность торговых связей Израиля с миром, было просто ошеломляюще. Его слова вызвали бурную реакцию, биржа ответила падением котировок, и Нетаниягу поспешил объяснить, что имел в виду прежде всего независимость в производстве вооружений, а не превращение всей экономики в закрытую систему.

Можно было подумать, что это была досадная оговорка. Но год спустя Спарта возвращается. На этот раз - с блокчейном, цифровыми валютами и открыто выраженными опасениями по поводу санкций против банковской системы. То, что тогда представлялось необходимостью в сфере безопасности, теперь все больше напоминает гораздо более широкую экономическую концепцию.

Для тех, кто не знаком с этим понятием: блокчейн - это технология, позволяющая фиксировать и проводить операции в цифровом виде, не прибегая каждый раз к услугам банка в качестве посредника. Она используется, в частности, для перевода таких криптовалют, как биткоин. Это важная технология, но она не способна заменить мировую банковскую и торговую систему и уж тем более отменить санкции.

Предположим, израильская компания хочет приобрести оборудование на заводе в Германии, но из-за санкций заводу запрещено продавать ей свою продукцию. Чем именно поможет оплата в биткоинах? Неужели немцы отправят оборудование, как только увидят, что деньги поступили на цифровой кошелек? А если иностранный банк откажется работать с израильской компанией, разве перевод денег другим способом заставит его возобновить сотрудничество?

Даже Министерство финансов США, отвечающее за соблюдение американских санкций, разъясняет, что запреты распространяются и на операции с цифровыми валютами. Проще говоря, изменение способа оплаты не делает запрещенную сделку разрешенной.

Но проблема гораздо шире, чем перевод денег. Экономические санкции могут нанести ущерб импорту и экспорту, иностранным инвестициям, кредитованию и способности израильских компаний работать на мировом рынке. Заводы потеряют клиентов, предприятия будут больше платить за финансирование и страхование, а инвесторы предпочтут вкладывать деньги в других странах. В конечном счете последствия затронут и рабочие места, и зарплаты, и цены, которые мы платим в супермаркете.

Нетаниягу все это знает. Он глубоко разбирается в экономике, это проницательный, умный человек, который понимает зависимость израильского хайтека от иностранных инвесторов, потребность экспортеров в зарубежных клиентах и важность банковской системы, интегрированной в мировую экономику. Именно поэтому, учитывая его экономический опыт, трудно понять, как он может представлять план обхода санкций, не объясняя одновременно, каким образом собирается их предотвратить.

И это уже не просто теоретическое предупреждение. Государства и международные организации предпринимали экономические меры против Израиля и израильских граждан и организаций, а более 60 экономистов предупредили о возможном расширении санкций и ущербе, который они могут нанести экономике и стоимости жизни. Вместо того чтобы представить обществу план, способный остановить ухудшение ситуации, премьер-министр говорит о том, как справляться с ее последствиями.

Труднее всего осознать, насколько изменился этот человек. Нетаниягу образца 2003 года, министр финансов, который осмелился провести болезненные реформы, открыть рынки и коренным образом изменить экономику, говорил о превращении Израиля в свободную, конкурентоспособную экономику, тесно связанную с миром. Нетаниягу образца 2026 года уже рассуждает о Спарте, экономике, способной обходить санкции, и цифровых валютах, которые позволят нам как-то существовать, даже если мир закроет перед нами двери.

Израиль - небольшое государство, фактически остров, зависящий от международной торговли, технологий и инвестиций. Мы не Россия с ее огромными природными ресурсами и обширным внутренним рынком. И не Иран, который привык жить под санкциями, расплачиваясь за это тяжелыми экономическими последствиями для своих граждан. У нас нет возможности отгородиться от мира и продолжать жить как прежде.

И особенно поражает момент, выбранный для этих заявлений. Накануне выборов, когда граждане Израиля сталкиваются с невыносимой дороговизной жизни, продолжающимся ростом цен на продукты питания, непосильными ипотечными платежами и трудностями предприятий, пытающихся выжить, премьер-министр рассказывает им, как готовится к жизни под санкциями. Вместо того чтобы представить план улучшения их положения, он объясняет, как можно будет переводить деньги, даже если мировая банковская система воздвигнет перед нами барьеры.

И, возможно, именно этот вопрос был самым важным из тех, которые следовало задать ему во время интервью. Если вы уже готовите план обхода санкций, что именно вы делаете, чтобы мы не оказались в ситуации, когда придется им воспользоваться?

Можно разрабатывать передовые технологии, открывать цифровые кошельки и переводить деньги из одного конца света в другой. Но с помощью блокчейна невозможно вернуть доверие инвесторов, восстановить отношения с ушедшими клиентами или наладить связи со странами, которые решили прекратить вести с нами дела.

Вместо того чтобы искать способы обойти весь мир, премьер-министр Израиля должен найти способ не допустить, чтобы мы оказались за его пределами.

Источник: Walla