Одних потрясли кощунственные слова престарелого лидера "литваков" про религиозных солдат, и они поспешили осудить. Другие пытались найти оправдание. Третьи промолчали, невнятно промямлив что-то невразумительное (характерный пример - председатель партии хардального сионизма Бецалель Смотрич). Нашлись, разумеется, и те, кто настаивал: слова рава Ландо вырваны из контекста, и посторонний тут просто не разберется. Так вот, для ясности - четкое и простое определение: чудовищные слова, брошенные престарелым лидером "литваков" в адрес солдат ЦАХАЛа в вязаных кипах в разгар "трех недель" накануне Девятого Ава, - это и есть беспричинная ненависть в чистом виде. Осязаемая, концентрированная , не допускающая иных толкований.

Нетаниягу помедлил и выдавил осторожное, расплывчатое осуждение - точно такое же, какое выдавил через пару дней после того, как ультраортодоксальные погромщики пытались ворваться в дом судьи Ноама Сольберга в Алон-Швуте. Оба раза осуждение прозвучало формально, для галочки - под стать его же жалкой попытке отсидеться в стороне во время двух голосований по теократическим законам (о статусе учащихся ешив и об отмене арестов ультраортодоксальных дезертиров) на прошлой неделе. Сам Нетаниягу из зала заседаний ушел, но коалиция свое дело сделала. Он выдавил расплывчатое осуждение - а его рупоры на 14-м канале тем временем открыто встают на сторону уклонистов, нападают на начальника генштаба; а после попытки проникновения в дом Сольберга Итамар Флейшман, один из ведущих обозревателей канала, бросил жене судьи: "Не надейся укрыться в царском дворце от евреев - пожар доберется и до тебя". Пригрозил - и глазом не моргнул.

Чем же так провинился перед правительством и его агитаторами судья Верховного суда Ноам Сольберг? Больше того: что такого сделал министру юстиции, правительству и его агитаторам председатель Верховного суда Ицхак Амит? Из-за чего Ярив Левин устроил кампанию против его назначения, что заставило спикера Кнессета вести себя как в детском саду : "Я его не признаю, я его не приглашаю"? Ответ прост - ничего. Не то чтобы председатель Верховного суда еще до назначения принял решение, особенно неприятное "Ликуду"; не то чтобы министр юстиции пытался протолкнуть другого кандидата в обход принципа сеньорити и добивался голосования в комиссии по избранию судей. И раз уж "Ликуд" решил объявить войну судье Амиту, записав его во враги, - разве не логично было бы со стороны правящей партии продвигать и всячески выделять в качестве альтернативы носящего вязаную кипу судью Сольберга, жителя Гуш-Эциона? Оказывается, нет. Потому что ненависть, которую источает это правительство с момента своего создания, не делает различий между судьей из Тель-Авива и судьей-поселенцем. Эта ненависть льется с трибуны Кнессета и с заседаний правительства, и она во всем: в неистовом лае Тали Готлиб, в хамоватых окриках Милвицкого, в нападках Арье Дери, рава Ицхака Йосефа и рава Ландо. Это ненависть без разбора: к судебной системе в целом, к чиновникам и профессионалам на госслужбе, к академии, к ЦАХАЛу, ко всем институтам государства - и к значительной части его граждан. Правительство, впервые с ноября 1988 года досидевшее до конца полного срока, - это правительство беспричинной ненависти.

"Мир насилья мы разрушим"

В среду, 4 января 2023 года, я сидела дома перед телевизором. Да, сегодняшний телевизор - по сути тот же компьютер, и новости точно так же можно смотреть на айфоне, но я все-таки из прежнего поколения: для меня большой экран в прайм-тайм - вечерний ритуал, вроде утреннего кофе. Если, конечно, я вечером дома. В тот вечер я смотрела, как Ярив Левин представляет программу судебной реформы. Меня пробрал озноб, до костей. Новый министр юстиции целился прямо в меня - обычную гражданку страны в салоне ее дома. Не потому что я успела чем-то насолить новой власти. Просто потому что я существую. Женщина. Религиозная и либеральная, желающая жить как прежде: появляться на людях со своим спутником жизни, сидеть рядом с ним на культурных и общественных мероприятиях. Жительница Иерусалима, которая хочет гулять с собакой, не опасаясь нападения фанатиков в черном - как это случилось на прошлой неделе в центре Тель-Авива с резервистом Иданом Бен-Давидом. Я уже тогда понимала, к чему все идет.

На прошлой неделе в партии Яира Голана прошли праймериз. И противники, и сторонники партии наперебой объясняют: партия "Демократов" - это, по сути, партия "капланистов", то есть тех, кто выступал против судебной реформы уходящего правительства. Но это не так. Не всякий, кто выходил на протест, голосует за левых - хотя каждый избиратель левых взглядов , конечно, был среди противников реформы. На праймериз проголосовало около ста тысяч человек, а против реформы правительства восемь месяцев подряд еженедельно протестовали сотни тысяч. Будь среди них в основном избиратели левой партии (и да, сионистской), Яир Голан обгонял бы в опросах Гади Айзенкота. Противники реформы принадлежали ко всем группам населения, не представленным в коалиции, - и даже к тем, кого правительство якобы представляло. Сотни тысяч людей заполонили улицы, перекрестки и мосты вовсе не из большой любви к судьям Верховного суда. Они вышли, потому что почувствовали жгучую, нескрываемую ненависть, которую транслировало правительство. А ненависть, которую власть взращивает, культивирует и направляет против граждан страны, - это уже не эмоция, это угроза.

Йонатан Урих - гедонист и циник, умеющий жить на широкую ногу и за счет катарского эмира, и за счет партии "Ликуд", - идеально воплощает логику власти. Все относительно, все дозволено.

Брать деньги у Катара. Срывать сделки об освобождении заложников, похищенных из своих домов при "самом правом" правительстве - и потом третировать их родных на заседаниях комиссий Кнессета.

Идти на конфликт с президентом США - и , если сменится президент , уступать любому его требованию, вплоть до отступления в Ливане и согласия на сохранение власти ХАМАСа в Газе.

Разворовывать государственную казну и покрывать уклонистов от службы в армии. Обелять любую коррупцию и опускать планку общественной дискуссии. Осквернять память погибших в предвыборных роликах - и нападать на резервистов прямо на улице.

Можно атаковать, а можно и отступать. Можно лгать, воровать, изрыгать грязь и осквернять могилы - есть лишь одна цель, освящающая любые средства: война против самого страшного врага. Врага внутреннего. Государственных институтов, командования ЦАХАЛа, сионистской идеи и миллионов граждан, которые себя с ней отождествляют, - даже когда расходятся во мнениях о том, как ее воплощать.

Власть разжигает ненависть против всех подряд - не делая различий между Ицхаком Амитом и Ноамом Сольбергом, Яиром Голаном и Авигдором Либерманом, светским солдатом и солдатом в вязаной кипе, Герци Халеви и Эялем Замиром. На знамени уходящего правительства красуется обещание "весь старый мир до основанья мы разрушим". Ненависть здесь - не побочный эффект, а платформа и план действий. Правительство, впервые почти за сорок лет досидевшее до конца срока, - это правительство беспричинной ненависти. Правительство разрушения Храма.

Девятое Ава позади. Но правительство ненависти пока еще здесь.

Источник: Маарив

Авторский перевод