"Как люди, посвятившие себя защите прав человека и гуманитарной деятельности, мы почувствовали, что происходящее внутри этих организаций представляет огромную опасность", - заявила в интервью Jerusalem Post исполнительный директор организации EiGHT и бывший сотрудник Human Rights Watch Даниэль Хаас.

Хаас рассказала изданию об отсутствии подотчетности в международных НПО, широком распространении антисемитизма и о том, что СМИ зачастую воспринимают правозащитные организации как непогрешимые моральные авторитеты.

EiGHT - это частная, политически независимая некоммерческая инициатива со штаб-квартирой в Женеве. Ее основали специалисты, имеющие опыт работы в крупнейших международных неправительственных организациях. После резни 7 октября они, по словам Хаас, "были глубоко потрясены реакцией своих организаций".

После ухода из Human Rights Watch в ноябре 2023 года, где она проработала 14 лет, Хаас начала общаться с сотрудниками организации, с которыми прежде практически не контактировала. Постепенно они стали делиться друг с другом своим опытом.

"То, что я считала исключительно своим личным опытом работы в организации, неожиданно оказалось общим для многих других людей. Я поняла, что речь идет не об отдельных случаях, а о системной проблеме", - рассказала она.

Хаас объединила этих людей в группу WhatsApp, после чего они коллективно решили предать огласке свой опыт.

"Как люди, посвятившие себя защите прав человека и гуманитарной деятельности, мы поняли, что происходящее в этих организациях чрезвычайно опасно. Опасно потому, что они глубоко встроены в систему принятия решений современного общества. Они интегрированы в академическую среду, правовую систему и СМИ, их воспринимают как носителей абсолютной истины, практически без права на ошибку. Но мы точно знали: как и любая другая отрасль, эта сфера нуждается в тщательной проверке", - сказала она.

"Именно эти правозащитные и гуманитарные организации во многом сформировали тот мир, в котором мы живем сегодня. Именно от них, например, пошло определение Израиля как государства апартеида.

Human Rights Watch стала первой крупной американской правозащитной организацией, которая выступила с такими обвинениями в 2021 году. В 2022 году за ней последовала Amnesty International. Именно эти организации формулируют подобные концепции, придают им легитимность и распространяют такие понятия, как "апартеид" и "геноцид", с последствиями которых мы сталкиваемся сегодня. Именно они сделали эти обвинения легитимными".

Недавно EiGHT опубликовала доклад Insiders Speak, подготовленный на основе свидетельств более 70 сотрудников правозащитных и гуманитарных организаций, включая Amnesty International, Human Rights Watch и Greenpeace. В документе говорится о проявлениях антисемитизма, серьезных методологических нарушениях и преследовании сотрудников за несогласие с официальной позицией организаций.

Этот 63-страничный доклад стал первым независимым и столь масштабным исследованием, посвященным тому, как международный сектор правозащитных и гуманитарных НПО не сумел соответствовать тем ценностям, которые сам призван защищать. Основой исследования стали свидетельства самих сотрудников этих организаций.

Среди основных выводов доклада - терпимое отношение к антисемитизму внутри правозащитных организаций и преследование тех, кто пытается возражать. Авторы также пришли к выводу, что отсутствие подотчетности носит не эпизодический, а системный характер.

Системное заражение международных НПО антисемитизмом

"Еврейские сотрудники сначала открыто говорили о своих опасениях. Потом - все реже. Затем перестали говорить вовсе. В конце концов их просто не осталось" - сотрудник одной из международных НПО.

Доклад основан на свидетельствах более 70 специалистов, работающих в сфере защиты прав человека, гуманитарной помощи, международного развития и охраны окружающей среды. Помимо личных рассказов сотрудников, авторы изучили внутренние документы организаций, служебную переписку, а также материалы СМИ и научные исследования.

Все участники исследования либо продолжают работать в своих организациях, либо по-прежнему заняты в этом секторе, либо ушли из него в течение последних четырех лет. Значительная часть из них покинула свои организации уже после событий 7 октября 2023 года.

Одной из постоянных проблем, отмеченных в докладе, авторы называют отсутствие единого понимания того, что следует считать антисемитизмом. По их мнению, это позволяет организациям затягивать рассмотрение подобных случаев или вовсе уклоняться от реакции даже тогда, когда поведение сотрудников очевидно выходит за рамки допустимого.

Поэтому авторы сознательно не ограничились обсуждением определений. Вместо этого они сосредоточились на конкретной организационной культуре и поведении, которые наносят ущерб еврейским и израильским сотрудникам, их коллегам, проявляющим сочувствие к их проблемам, а также всем, кто поднимает вопросы, связанные с работой организаций по израильско-палестинской тематике.

В докладе говорится, что одной из характерных особенностей антисемитизма в правозащитной и гуманитарной среде является то, что его почти никогда не признают открыто - чаще всего он проявляется в завуалированной форме.

Один из сотрудников крупной международной экологической организации рассказал: "В моем профессиональном кругу проблема заключается не в отдельных случаях антисемитизма или открытой ненависти к евреям. Проблема - в своего рода системном загрязнении пространства международных НПО и транснациональных объединений постоянной демонизацией Израиля, полным оправданием палестинского руководства и использованием антиизраильской риторики - таких терминов, как "геноцид", "интифада", "колониализм поселенцев" и тому подобных".

Многие сотрудники рассказывали, что в их организациях проявления антисемитизма регулярно представлялись как обычные политические разногласия. Вместо того чтобы рассматривать их как самостоятельную форму дискриминации, руководство переводило разговор в плоскость споров об Израиле и сионизме.

По словам многих участников исследования, им неизвестен ни один случай, когда жалобы на антисемитизм привели бы к серьезному внутреннему анализу, независимому расследованию или структурным изменениям - подобным тем, которые проводились в период движения #MeToo или кампании Black Lives Matter.

Один из авторов свидетельств описал это так: "Разговор никогда не начинается с вопроса: "Что произошло и почему этот сотрудник воспринял случившееся как антисемитизм?" Вместо этого сразу звучит другое: "А что вообще считать антисемитизмом? А как быть с сионизмом? А с Газой?" "В итоге все бесконечно спорят о терминах, а само происшествие так никто и не расследует".

Далее в докладе подробно рассматриваются типичные модели поведения руководства: бездействие, попытки преуменьшить проблему и равнодушное отношение к жалобам на антисемитизм.

Некоторые сотрудники сообщили, что после того, как они публично высказывались о проблеме, против них принимались ответные меры. В частности, их должности "ликвидировали", хотя спустя некоторое время они вновь появлялись в штатном расписании под другим названием.

Авторы также отмечают, что организации с многомиллионными бюджетами и прочными связями со СМИ способны без особого труда выдерживать любую критику, менять ее трактовку и буквально "затапливать информационное поле" собственной версией событий - возможностями, которыми отдельные критики не располагают.

Один из ветеранов крупной международной правозащитной организации, работающей в Австралии, так описал атмосферу, сложившуюся за более чем десять лет работы: "Сотрудники повторяли лозунги так, словно это были глубокие мысли.

Постколониальная теория буквально захлестнула организации. "Глобальный Юг" романтизировали, риторика "деколонизации" стала обязательной, а приоритеты все чаще определялись не реальной ситуацией на местах, а внутренней борьбой за статус, интересами фандрайзинга и политической модой.

Все это казалось пустым набором лозунгов без реального содержания. Но именно лозунги приобрели огромную силу, потому что любое несогласие стало социально опасным. Постепенно организация, призванная говорить правду, превратилась в место, где царили страх и конформизм".

В одной из международных НПО, согласно представленным руководству документам, в 2025 году сотрудники публично говорили о "еврейском истеблишменте", а также заявляли, что организация "должна просто позволить израильтянам умереть".

Покидая Human Rights Watch, Даниэль Хаас направила руководству письмо, в котором изложила свои опасения относительно предвзятого подхода организации к теме Израиля и поведения сотрудников, нарушавшего внутренние процедуры. В ответ Human Rights Watch ограничилась общим заявлением, без каких-либо доказательств, что организация применяет "те же стандарты тщательности и профессионализма при работе по теме Израиля и Палестины, что и в отношении любых других конфликтов".

Позднее один из руководителей Human Rights Watch в эфире израильского радио назвал Хаас "озлобленной бывшей сотрудницей".

Многие НПО действуют "за закрытыми дверями", что ведет к отсутствию подотчетности

По словам Хаас, подобные организации работают "практически за закрытыми дверями" и фактически никому не подотчетны.

"Мы почувствовали огромную ответственность и решили рассказать о своем опыте, потому что убеждены: общественное доверие нужно заслужить. За последние три года эти организации не продемонстрировали ни малейшего желания серьезно отнестись к проблемам, которые сотрудники неоднократно поднимали внутри организаций, используя все предусмотренные для этого процедуры. Поэтому пришло время внешней подотчетности".

По мнению Хаас, СМИ уделяют правозащитным и гуманитарным организациям слишком мало критического внимания, поскольку "склонны принимать их слова на веру". Именно поэтому инициатива EiGHT, объединившая столь большое число нынешних и бывших сотрудников различных организаций, стала, по ее словам, уникальным явлением.

Хаас признала, что и раньше вокруг международных НПО вспыхивали громкие скандалы - например, обвинения в сексуальном насилии в адрес сотрудников Oxfam на Гаити или организации "Врачи без границ" (MSF) в Чаде. Однако, по ее словам, все, что касается Израиля, Палестины, положения еврейских сотрудников или тех, кто выступал в их защиту, "на сто процентов" рассматривалось совершенно иначе.

"Многие из нас проработали в этих организациях долгие годы. Мы застали и движение #MeToo, и Black Lives Matter, и видели, насколько иначе наши организации реагировали на рассказы коллег об их переживаниях, дискриминации или личном опыте. Эти истории внимательно выслушивали, обсуждали, к ним относились с уважением.

Когда сотрудники "Врачей без границ" заявили о проявлениях расизма, к их словам отнеслись со всей серьезностью. Когда двое сотрудников Amnesty International покончили с собой, организация создала специальную комиссию по расследованию.

Но всякий раз, когда речь заходила о еврейских сотрудниках или вопросах, связанных с Израилем и Палестиной, мы сталкивались не просто с отсутствием интереса, а с пренебрежением, газлайтингом, преследованием и практикой, которая разительно отличалась от того, как рассматривались любые другие жалобы".

По словам Хаас, когда СМИ все же сообщают о скандалах в правозащитных или гуманитарных организациях, их обычно представляют как единичные исключения, случайные сбои в работе в целом "хороших" организаций. Затем сами НПО создают внутренние комиссии, обещают провести реформы - и на этом история заканчивается, поскольку никто больше не проверяет, были ли эти обещания выполнены.

"Мне кажется, до сих пор никто из независимых наблюдателей не попытался сделать шаг назад, увидеть общую картину и связать все эти случаи воедино. Ведь это вовсе не отдельные инциденты. Их объединяет одна общая проблема, существующая уже много лет, если не десятилетий, - отсутствие подотчетности", - сказала она Jerusalem Post.

"Если организация по сути предоставляет самой себе право действовать без какого-либо внешнего контроля, скандалы становятся не исключением, а закономерностью. Они - не случайные эпизоды, а постоянный фон существования подобных организаций. Поэтому пришло время воспринимать правозащитные и гуманитарные НПО как полноценную отрасль, а любая отрасль нуждается в регулировании. Мы не должны воспринимать организации или отдельных людей как воплощение самой морали".

Хаас также подчеркнула, что требования большей прозрачности и подотчетности в отношении подобных организаций вовсе не являются чем-то чрезмерным или необоснованным.

"Разве не логично ожидать, что отрасль, которая ежедневно требует от других прозрачности и подотчетности, сама станет образцом прозрачности и подотчетности? И, по-моему, именно здесь возникает первый тревожный вопрос: почему этому так активно сопротивляются?"

Что касается самой Хаас, то всплеск антисемитизма после событий 7 октября ее не удивил.

"Я наблюдала все это уже много лет, - рассказала она. - Возможно, именно поэтому мне не понадобилось много времени, чтобы начать говорить об этом открыто. Для меня 7 октября стало скорее стартовым выстрелом. Люди были готовы. Они просто перестали бояться вслух говорить то, о чем раньше лишь осторожно намекали".

По ее словам, главная проблема заключается в том, что деятельность подобных организаций практически никогда не подвергалась серьезной независимой проверке.

"На самом деле эти организации никогда не проходили по-настоящему серьезной внешней проверки. Не было даже полноценного журналистского расследования, посвященного всему этому сектору. Так на каком основании правозащитные или гуманитарные организации могут утверждать, что у них нет проблем ни с методологией, ни с антисемитизмом, ни с внутренней культурой, если они даже не проводят независимых расследований по этим вопросам?"

Хаас подчеркнула, что цель инициативы EiGHT - не дискредитировать правозащитное движение, а, наоборот, защитить его.

"Мы делаем это в интересах самих прав человека и гуманитарной деятельности. В тот момент, когда организации, целой отрасли или отдельному человеку позволяют действовать так, как они сами считают нужным, без какого-либо контроля, именно тогда создаются условия для коррупции".

Полный текст доклада находится здесь