Что сейчас происходит в Иране? Началась ли между Ираном и США война на истощение? Есть ли вероятность новой волны протестов? И кто вообще сегодня руководит Исламской Республикой? На эти вопросы в эфире радиостанции 103FM ответила доктор Тамар Эйлам-Гиндин, специалист по Ирану из Центра Эзри Хайфского университета. Она рассказала о настроениях как внутри иранского руководства, так и среди населения.

"На прошлой неделе большую часть времени не работали четыре крупных банка. Не функционировали ни банкоматы, ни банковские приложения. Я не знаю, когда начнутся масштабные протесты, потому что небольшие акции происходят постоянно. Но хорошо уже то, что мы видим: дух сопротивления не угас, несмотря на массовую расправу над протестующими в январе", - сказала эксперт.

"Протесты в Иране - это не про экономику. Иногда они начинаются из-за экономических проблем, но в своей основе они связаны с базовыми правами человека, с правом жить. Достаточно вспомнить Махсу Амини, погибшую в 2022 году. После ее смерти Иран полыхал протестами почти полгода. Это было не из-за экономики, а потому, что женщина не может спокойно выйти на улицу".

По словам Эйлам-Гиндин, "как раз в периоды тяжелого экономического кризиса все больше людей говорят: "Да какая разница, кто у власти, лишь бы было что есть". Мечети не поджигают из-за экономики. Их поджигают из-за религиозного принуждения и чудовищных вещей, которые уже сорок семь лет творятся от имени религии".

Поэтому, считает она, "режим в конечном итоге будет свергнут. Я вижу эту динамику: каждые два-три года страну накрывает новая крупная волна протестов".

"Люди понимают, что режим утратил легитимность, и чтобы жить, его необходимо свергнуть, - добавила Эйлам-Гиндин. - Народ, так же как и сам режим, готов идти на жертвы".

Она также прокомментировала обострение ситуации в Ормузском проливе за последние два дня. "Похоже, ни одна из сторон на самом деле не хочет возвращаться к полномасштабной войне. Но и выглядеть проигравшей никто не хочет, к тому же между сторонами нет доверия. Сейчас все проверяют границы допустимого. Складывается впечатление, что конфликт постепенно превращается в войну на истощение с локальными столкновениями. Обычно я говорю так только об иранцах, но Трамп, похоже, тоже демонстрирует похожий подход: для него чувство собственного достоинства важнее всего. Одна из причин, по которой эти переговоры идут так тяжело, заключается в том, что для шиитов смерть не является чем-то страшным - они верят, что просто переходят в другое существование и получают там своего рода повышение".

Отвечая на вопрос, кто сегодня действительно управляет Ираном, эксперт сказала: "Когда сын последнего шаха вывел на улицы миллионы людей, Трамп заявил: "Он очень симпатичный человек, но внутри страны у него нет поддержки". А теперь он решил вести переговоры с Галибафом и Аракчи, у которых нет поддержки народа, потому что они представляют власть, но при этом нет и реальной поддержки со стороны Корпуса стражей исламской революции".

"Совет экспертов, который по закону должен контролировать деятельность верховного лидера, заявил, что обсуждать ядерную программу нельзя, необходимо придерживаться десяти пунктов, сформулированных верховным лидером, а перекрытие Ормузского пролива является безответственным шагом. То есть критика в их адрес действительно очень жесткая", - добавила она.

Вместе с тем Эйлам-Гиндин считает, что в нынешнем руководстве Ирана существует вакуум власти. "Все постоянно говорят: "Корпус стражей исламской революции". Но ведь большинство его командиров стали шахидами в двух последних войнах. Сейчас КСИР возглавляет генерал Ахмад Вахиди, которого вернули из отставки в начале войны, чтобы заменить погибшего предшественника. Но самого Вахиди тоже никто не видел. Более того, неясно, подчиняются ли вообще ему все те люди, которых принято называть КСИР. Это очень расплывчатое понятие, и непонятно, кто именно за ним стоит".

"Они не хотят заключать соглашение, они хотят лишь выиграть время. Они сами говорили об этом еще до начала переговоров. Они открыто заявляли: если удастся добиться соглашения и получить деньги, часть этих средств будет направлена на развитие ракетной программы", - добавила эксперт.

По ее мнению, в Тегеране негативно воспринимают соглашение между Израилем и Ливаном. "Эту тему очень легко взорвать. Даже если Израиль и Ливан подписали соглашение, каким образом его можно будет навязать "Хизбалле"? Иран может приказать "Хизбалле" нарушить договоренности, затем Израиль ответит, после чего можно будет обвинить уже Израиль в нарушении соглашения. Это очень простой сценарий".

Она также считает, что, несмотря на тяжелые удары, Иран продолжит щедро финансировать "Хизбаллу". "В 2025 году, когда Иран одновременно переживал кризис с водой, электроэнергией и практически всеми возможными внутренними проблемами, Исламская Республика перевела "Хизбалле" один миллиард долларов в биткоинах. Большая часть прокси-сил Исламской Республики состоит из наемников - да, это люди, мотивированные идеологически, но без денег там невозможно привести в движение вообще ничего".

Источник: Маарив