Зеэв Элькин: "Этот бой мы проиграли"
Фото: NEWSru.co.il
Зеэв Элькин: "Этот бой мы проиграли"

Кнессет отклонил законопроект, предусматривавший урегулирование статуса района Гиват а-Ульпана. Представители руководства "Ликуда" либо поддержали главу правительства Биньямина Нетаниягу, либо не приняли участия в голосовании. Единственным лидером партии, кто остался до конца верен своей позиции и проголосовал в поддержку законопроекта, стал председатель коалиции Зеэв Элькин.

Согласно публикациям израильских СМИ, демарш депутата вызвал возмущение главы правительства Биньямина Нетаниягу, который решил сместить его с занимаемого поста. Называется и имя его вероятного преемника – Кармель Шама-Коэн, который сейчас возглавляет парламентскую комиссию по экономике.

Однако в интервью NEWSru. co.il Элькин сообщил, что слухи о его возможном смещении не имеют под собой реальной почвы. Заявив, что понимает своего товарища по партии, министра информации и диаспоры Юлия Эдельштейна, вышедшего из зала во время голосования, председатель коалиции выразил опасения, что рискованное решение депутатов может превратить в бездомных десятки тысяч израильтян.

Следует отметить, что 6 июня сразу после голосования в прямом эфире радиостанция "Коль Исраэль" распространила информацию, согласно которой Элькин, как и большинство других депутатов, голосовал против законопроекта Орлева-Каца. Однако эта информация оказалась ошибочной. Редакция NEWSru.co.il приносит извинения за то, что также опубликовала эту неверную информацию, позже были внесены необходимые исправления.

Зеэв, говорим ли мы с бывшим председателем коалиции?

Нет, вы говорите с действующим председателем коалиции и фракции "Ликуд". Как у нас любят говорить: "Не дождетесь!" Слухи о том, что меня пытаются отстранить, сильно преувеличены. Насколько я знаю, они не отражают позиции самого главы правительства, но есть много "доброжелателей", которые хотели бы, чтобы это произошло, и активно пытаются уговорить его это сделать.

Но, во-первых, это не должность, с которой увольняют. Председателя фракции выбирают, и кто-то должен пойти на выборы и победить меня в ходе тайного голосования. Пока я не вижу кандидата, который готов это сделать. Во-вторых, я получил от премьер-министра заверения, что с его точки зрения, мы продолжаем работать как раньше.

Речь идет о гарантиях, что сохраните свой пост?

Ну, мы с вами живем в демократическом государстве. Если завтра появится кандидат, которого поддержит большинство фракции, я тут же передам ему ключи. Я был избран на этот пост в борьбе с другим кандидатом, и если доверие фракции получит другой человек, у меня не будет морального права на нем оставаться.

Но если вы спросите, не раскаиваюсь ли я в том, как поступил, то скажу, что нет. Я считаю, что в политике есть моменты, когда ты должен следовать своим принципам. Если ты не способен их отстаивать – зачем же тогда идти в политику? Ведь не должность делает человека, а человек должность.

В данном случае ситуация другая. Нетаниягу действительно недоволен тем, что я слишком активно и принципиально отстаивал свою позицию, был лидером противоположной стороны. Но он прекрасно понимает, что поскольку депутатам была предоставлена свобода голосования, я не нарушил никаких формальных правил.

Это не первый раз, когда возникают подобные локальные противоречия. Они были и при принятии решения о замораживании строительства в поселениях, и при его продлении. Но нам удавалось преодолевать эти кризисы и работать дальше в очень тесном сотрудничестве. Думаю, так произойдет и на этот раз.

Тем более, что сам Нетаниягу также оказывался в такой ситуации. В свое время он голосовал за прямые выборы премьера, вопреки позиции партии и ценой очень большого конфликта. Вопреки позиции премьер-министра Ариэля Шарона он выступил против программы размежевания.

Но этот конфликт вокруг размежевания, в конечном итоге, привел к расколу "Ликуда" и появлению "Кадимы". Насколько велика эта опасность сейчас?

Не думаю, что это реально. Мы не говорим о размежевании, не говорим о министрах, которые проголосовали так, а не иначе, потому что мечтают разрушить дома в поселениях. Общая задача у нас одна и та же, и я не считаю, что он меньше заботится о поселениях, чем я. Но сделанное им предложение мне кажется слишком рискованным.

В чем заключается этот риск?

Может не получиться то, о чем говорит юридический советник правительства, а он сам еще в этом не уверен. БАГАЦ может не принять его новую позицию. И тогда по модели квартала а-Ульпана из своих домов будут выселены тысячи семей. Мне казалось, что при всех проблемах законодательного процесса, а они, безусловно, есть, главная задача государства – защищать своих граждан, даже ценой международного давления.

Государство не может пойти на риск, что эта модель не сработает, и тысячи семей окажутся на улице. Так что хочу надеяться, что премьер окажется прав, и риск себя оправдает. Если же нет, то я надеюсь, что те, кто голосовал против закона, поймут, что нет выбора – ведь вернуть его на голосование можно в любую минуту.

Однако глава правительства предложил не только кнут – эвакуацию домов, но и пряник – строительство сотен новых квартир в Иудее и Самарии. По словам Нетаниягу, его план укрепит поселенческое движение. Вы с этим не согласны?

Как я уже сказал, есть две проблемы. Первая связана с тем, что перенос домов в Бейт-Эле не был согласован с их жителями. Очень тяжело сказать человеку: "Виноват в том, что произошло, я, но, тем не менее, мне придется выселить тебя из дома". Если план выселения и строительства так хорош, следовало сначала договориться с жителями. Пока эта идея для них неприемлема, но переговоры продолжаются, и я надеюсь, что они достигнут цели. Это поможет избежать серьезного конфликта вокруг эвакуации.

Но главное – меня интересовало то, что нас ждет в будущем. Под угрозой выселения могут оказаться 70.000 человек, которые проживают в домах, построенных на земле с подобным статусом. Они селились законно, но на каком-то этапе государство изменило правила игры, начав действовать более аккуратно. Люди-то не виноваты в том, что государство пересмотрело юридическую систему.

Премьер-министр тоже считает, что если придется выселять тысячи семей, то принятия закона не избежать. Он думает, что его предложение даст этим семьям защиту, я считал, что риск слишком велик. Ведь юридический советник еще не принял решения, а когда это решение будет вынесено, его предстоит одобрить БАГАЦу. Я надеюсь, что прав окажется глава правительства, но считаю, что государство должно защищать своих граждан, даже если это грозит международным давлением.

Что вы думаете о позиции, занятой Юлием Эдельштейном?

Я полностью поддерживаю его решение принять предложение Нетаниягу и не участвовать в голосовании в обмен на обещание построить сотни дополнительных единиц жилья. Его голос ничего бы не изменил, а так он принес серьезную поддержку жителям Иудеи и Самарии и помог обеспечить безопасность будущих границ государства.

Тем не менее, демарш Эдельштейна и трех заместителей министра от "Ликуда" воспринимается, как "колебание вместе с линией партии".

Я понимаю желание смотреть на вещи цинично. Эдельштейн – мой хороший друг, он в политике уже 16 лет и за эти годы продемонстрировал, что не держится за кресло. Еще в советское время он в лагерях доказал способность противостоять давлению гораздо более серьезному, чем угроза увольнения с поста министра. Попытка подходить цинично к его решению абсолютно несправедлива. Не сомневаюсь, что если бы он считал, что его поддержка поможет провести закон, то проголосовал бы "за".

Вы говорите о том, что 70.000 жителей Иудеи и Самарии могут оказаться в такой же ситуации. Вы – житель территорий. Вас это тоже может коснуться?

Меня – нет, так что я могу с чистой совестью заявить, что действую не из личных побуждений. На данный момент я живу в караване, так что проблемы вообще нет. Я строю свой дом, но поскольку разрешение было дано после изменения правил, то я твердо уверен, что у меня таких проблем нет. Но это не значит, что мы должны бросить на произвол судьбы тех, кто 20-30 лет назад приобрел квартиры при поддержке государства, не подозревая о возможных проблемах.

Жители Бейт-Эля говорят о "новой Амоне". В случае, если конфликт закончится серьезным столкновением, на какой стороне окажетесь вы?

Посередине. Я надеюсь, что столкновений не будет. Я буду делать все, что в моих силах, чтобы все прошло как можно более спокойно. Я считаю, что силовое сопротивление ни к чему не приведет, а у нас столько внешних врагов, что нам только внутренних конфликтов и не хватало. Отсутствие диалога с жителями Бейт-Эля было большой ошибкой, ведь в случае с Мигроном он помог достичь договоренности. Но лучше поздно, чем никогда, и сейчас необходимо начать этот диалог, чтобы избежать насильственной эвакуации. Те или иные жесты доброй воли помогут этого достичь, и я уже этим активно занимаюсь.

С вашей точки зрения, эвакуация домов – вопрос решенный?

К сожалению, да. Этот бой мы проиграли.

Беседовал Павел Вигдорчик

counter
Comments system Cackle