Ицхак Герцог о теракте в США, антисемитизме и партии "Авода"
Фото: Getty Images
Ицхак Герцог о теракте в США, антисемитизме и партии "Авода"

Глава Еврейского агентства "Сохнут" дал интервью NEWSru.co.il, в котором прокомментировал нападение на синагогу в Калифорнии, поделился своим мнением по поводу путей борьбы с волной антисемитизма и коснулся итогов выборов в Кнессет 21-го созыва.

Беседовал политический обозреватель NEWSru.co.il Габи Вольфсон.

Господин Герцог, вы поддерживаете постоянный контакт с еврейской общиной городка Пауэй, где недавно было совершено вооруженное нападение на синагогу. Что вы можете рассказать нам о последних новостях оттуда?

Община в шоке, конечно. Но постепенно приходит в себя. Там сильные люди, и ХАБАД функционирует очень хорошо. Совсем недавно я получил сообщение от президента федерации еврейских организаций Сан-Диего, с которым мы тесно сотрудничаем: "ХАБАД очень активно действует, мы в порядке, люди в нормальном состоянии". Это одно из сообщений, из которых можно понять, что идет процесс восстановления. Но не буду скрывать, что мы очень обеспокоены.

На период вашей каденции на посту главы "Сохнута" пришелся подъем антисемитизма в самых разных странах.

Это жуткая волна, равной которой по силе мы не видели очень много лет. Безумный коктейль из ультраправых расистов фашистского толка, типа Ку-клукс-клан, и левых экстремистов, ненавидящих Израиль, типа Луиса Фаррахана. Такой коктейль существует в самых разных странах, в том числе в США. Местные силы пытаются использовать эту энергию ненависти по отношению ко всем, в первую очередь к евреям, в своих внутриполитических целях. Добавьте к этому еще три элемента: исламский радикализм, классический антисемитизм и доступность оружия, и вы получите коктейль, который угрожает основам здорового общества, каким являются США.

До недавнего времени Америка считалась страной безопасной для евреев. Постепенно и это меняется. Антисемитизм набирает силу и в США. Есть мнение, что это связано с процессами, которые не имеют прямого отношения к евреям. Вы согласны?

Это очень важный момент. Американские евреи платят цену за раскол в обществе, нетерпимость в общественной и политической дискуссии. Все это не может не вызывать беспокойства.

Израиль всегда в таких ситуациях разрывается между нежеланием вмешиваться в дела других стран и необходимостью оказать поддержку евреям в диаспоре. Что Израиль должен делать на фоне этой волны антисемитизма?

Государство Израиль является частью международной коалиции, которая должна на уровне лидеров самого высокого ранга вступить в комплексную борьбу с этими явлениями. Это требует конкретных действий. Прежде всего, необходимо предпринять меры по обеспечению безопасности еврейских общин и объектов. Я говорю о синагогах, детских садах, школах, общинных центрах. Это должно делаться при содействии местных властей, сил безопасности и еврейских общин. Но требуются и активные шаги. Это в первую очередь означает, что необходимо добиваться принятия государствами максимально широкой трактовки термина "антисемитизм". Такую трактовку несколько месяцев назад утвердила группа стран Евросоюза. Мы добиваемся аналогичных действий от всех стран. Это дает юридические средства для борьбы с антисемитизмом. И третье – это, конечно, просвещение. Сегодня есть страны, где историю Холокоста преподают так же, как, скажем, историю Гражданской войны в США. Холокост подается как событие, которое имело место в истории, но оно завершилось, и его осмыслению и осознанию последствий внимание не уделяется.

Противостояние процессам делегитимации государства Израиль, бойкота и тому подобного не является частью арсенала средств, о которых вы говорите?

Конечно является. Когда мы говорим о широкой трактовке термина "антисемитизм", то включаем в него и призывы к бойкоту и иным действиям по делегитимации государства Израиль. Это определение антисемитизма провел несколько месяцев назад в Совете Европы канцлер Австрии Курц. Это на самом деле, один из наиболее впечатляющих международных шагов по борьбе с антисемитизмом, предпринятых в последнее время. Именно этого я жду и от президента Трампа на фоне того, что происходит в его стране в последнее время: перехода в атаку на антисемитизм, активных шагов в этом направлении. Должен сказать, что такие шаги я вижу со стороны российского руководства.

В чем они выражаются?

Когда происходят инциденты, российские власти ведут себя очень активно, реагируют и принимают меры, как это было в случае с поджогом складов йешивы в Москве. Российские власти занимаются расследованием инцидента со всей серьезностью.

Одной из дилемм, перед которыми стоит государство Израиль после каждого антисемитского эпизода, это вопрос о том, призывать ли евреев репатриироваться в Израиль из мест, где такие инциденты происходят. Каково ваше мнение?

Времена изменились. Нынешняя эпоха иная. Раньше такой призыв звучал практически рефлекторно. Евреям говорили: "Ясно, что в диаспоре такие инциденты неизбежны, приезжайте в Израиль. Это решение проблемы". Сегодня мы видим, что мир сложнее, мир многограннее. Понятно, что репатриация – это основная цель, я посвящаю ее достижению всю свою энергию. И, вместе с тем, смена эпох заключается в том, что мы активно действуем, чтобы обеспечить каждому еврею право на национальное самовыражение в том месте, где он живет. Мы стремимся обеспечить каждому еврею полную безопасность и избавить его от страха перед возможностью гонений. Каждая еврейская община должна иметь возможность жить, как считает нужным, и развиваться как считает нужным. Мы рассматриваем себя сегодня как эмиссары единства еврейского народа.

За время вашего пребывания на посту главы "Сохнута", какую основную задачу вы смогли для себя сформулировать?

Есть несколько. Прежде всего, это вопрос противостояния волне антисемитизма, которая всколыхнулась в последнее время. А также диалог внутри еврейского народа, диалог между течениями иудаизма, укрепление в общественном сознании понимания того, что есть разные формы еврейской жизни, что евреи в разных местах живут по-разному, и, как говорят в Израиле, всем должно найтись место в шатре. И, разумеется, укрепление связи и союза между Израилем и диаспорой, между Иерусалимом и "Вавилоном". Я всегда говорю, что в прошлом Иерусалим и Вавилон подарили миру два разных Талмуда, а сегодня они должны подарить диалог, в рамках которого мы будем знакомиться с жизнью друг друга, несмотря на различия.

Вы согласны с мнением о том, что евреи диаспоры отдаляются от Израиля?

В некоторых местах мы это наблюдаем. Например, молодое поколение американских евреев имеет массу критики в адрес государства Израиль, не всегда понимает те или иные шаги правительства. Молодые американские евреи должны понять ситуацию, в которой находится государство Израиль и те сложные задачи, которые ему приходится решать, а государство Израиль должно понять их и дать им жить там, где они живут, и чувствовать себя дома, чувствовать себя частью еврейского коллектива. Это проекция жизни. Я вижу своего сына, который служит в армии, вижу его взгляд на жизнь и вижу взгляд на жизнь его сверстника, который идет учиться в колледже в США. Нужно формировать диалог, создавать совместные впечатления, которые укрепят еврейскую самоидентификацию.

Что вы видите на территории бывшего СССР?

Там я поддерживаю очень интенсивные контакты с общинами, почти каждый день общаюсь с представителями той или иной общины, не так давно совершил очень удачную поездку в Россию. Мне близка история евреев бывшего СССР. В День памяти жертв Катастрофы я поведу "марш жизни" в Аушвице вместе с дипломатами и религиозными деятелями самых разных стран и вероисповеданий. Я много думаю о евреях, которые воевали в рядах Красной армии, в партизанских отрядах, на оккупированной территории. Эта трагическая и блистательная история мне хорошо знакома, и я чувствую солидарность с людьми, творившими ее.

Вы согласились ответить на всего один политический вопрос. Выборы позади, партия "Авода", видным деятелем которой вы являлись много лет, набрала шесть мандатов. Как они дошли до жизни такой?

Прежде всего, думаю, стоит напомнить, что на прошлых выборах в союзе с Ципи Ливни я привел партию "Аводу" к 24 мандатам. Это был очень важный, весомый успех, который повлиял на израильскую политику. Я всегда верил в необходимость союзов, и надеюсь, что, несмотря на удар, который перенесла партия "Авода", будут союзы, альянсы, что позволит продвигать решение важных вопросов. 

Союз между "Аводой" и МЕРЕЦ, о котором сегодня говорят, возможен или это фантазия?

Он возможен. Я уже говорил, что не смогу поддержать его, так как нахожусь в центре политической шкалы. Но могу сказать вам, что у меня был прекрасный опыт сотрудничества с Авигдором Либерманом, с другими представителями самых разных политических сил.

Чего не хватило Ганцу для того, чтобы реализовать свою главную задачу и привести к смене власти?

Я полагаю примерно ста тысяч голосов. Я всегда говорил, что для победы нужно 1,2 миллиона избирателей. Но Бени Ганц добился большого успеха и должен вам сказать, что если они будут правильно действовать, то "Кахоль Лаван" имеет потенциал превратиться в новый МАПАЙ (крупнейшую политическую силу в первые годы существования Израиля – прим. ред.). Но это зависит от того, сумеют ли они сохраниться как единая политическая структура.

Я слышу определенные сомнения в вашем голосе.

Перспектива их "выживания" это большой вопрос, на который сегодня ни у кого нет ответа. Но меня заботит будущее партии "Авода", которая имеет огромные исторические заслуги в процессе становления Израиля.

Вы не согласны с утверждением о том, что партия "Авода" исчерпала свою историческую миссию?

Это зависит от того, что будет происходить дальше. Если "Авода" продолжит двигаться в том направлении, которое привело к колоссальному провалу, партию не ждет ничего хорошего. Провал стал результатом многочисленных ошибок, в том числе развала "Сионистского лагеря", отказа от союза с Ливни и заметного крена влево. С другой стороны, партия все еще может восстановиться, если примет правильные решения и сформирует правильные альянсы.

counter
Comments system Cackle