Дышло удобного закона
Фото: Shutterstock.com
Дышло удобного закона

Я вердикта юрсоветника по делам Нетаниягу не читал, но осуждаю… 

Нет, нет, шучу. Я действительно этого вердикта с громким заголовком: "Я склонен отдать Нетаниягу под суд после того, как выслушаю его возражения") не читал. Говорят, что этот документ в 57 страниц – образец юридической литературы – но я глупостей не чтец, тем паче – образцовых. И я не осуждаю этот документ. Я убежден, что все в нем – святая правда. Все приведенные там цифры и факты верны. Все показания свидетелей процитированы точно. Все даты указаны верно – и так далее. Что, юрсветник дурак, подтасовывать, врать в таком документе, который под лупой будут изучать все, и особенно – опытнейшие адвокаты Нетаниягу? 

Поэтому - зачем мне читать то, что я уже знаю, поскольку все детали давно уже были слиты в СМИ. 

В чем же наши с уважаемым юридическим советником (который в Израиле является главой прокуратуры) разногласия? 

Сначала еще о том, в чем мы с ним единодушны. А такого много. Я, как и сам юрсоветник, не считаю, что его решения имеют политическую подоплеку. Я верю, что, принимая решение, он руководствовался сугубо законами Израиля. 

Я не верю, что прокуратура, которая сопровождала расследование и рекомендовала отдать Нетаниягу под суд, политически ангажирована. И прокуратура действовала строго согласно законам, не привирала, не подтасовывала. 

И полиция, которая вела расследование, не врала, не передергивала, не приписывала. Партийная принадлежность следаков здесь ни при чем.

И все же я категорически против решения юрсоветника. 

Я вспоминаю известное выражение Пруткова: полиция есть в жизни каждого государства. Я это понимаю так: правоохранительные органы (суды, прокуратура, полиция) есть в любой стране – и в монархии, демократии, в стране победившей революции и победившего социализма. Полиция обычная, полиция в виде ФБР или КГБ или ШАБАКа и так далее. Если в стране репрессии - нельзя в этом винить правоохранительные органы, как мы не виним нож в том, что кто-то ударил им в живот человека. Мы виним ударившего, а не инструмент. И правоохранительные органы – инструменты в чьих-то руках. 

Как особенность ножа проткнуть тело того, в кого его воткнули, так особенность любой правоохранительной организации перемолоть любого, кто попал в их лапы. Такова их природа. Следователи, прокуроры часто говорят: "Наша задача не обвинить человека, а докопаться до истины". Но это для наивных. Дело в том, что продвижение человека по служебной лестнице в таких организациях зависит не от числа оправданных и отпущенных – а от числа осужденных по твоей рекомендации. И чем выше рангом посаженный тобой человек – тем больше тебе чести, тем выше ты взбираешься. Поэтому в прокуратурах всех стран открывают шампанское не тогда, когда закрывают дело, а когда судья\присяжные заседатели произносят: "Виновен". 

Любая правоохранительная организация в любой стране работает как огромная электромясорубка: попал туда по ошибке подол рубашки, рукав – все, затянет и выплюнет фарш. И только чудо может тебя спасти - вдруг кто-то одумается и выключит рубильник. Но чудеса происходят редко. Причем мы знаем: совершенно невинные люди, которые не нарушили ни одного закона, подзаконного акта, инструкции или положения есть только в родильном отделении больницы. Это пальто не всегда бывает за что повесить, а человека всегда есть за что. Как шутили следователи в СССР: был бы человек, а статья найдется.

Фото: Shutterstock.com

 

В деле Нетаниягу я готов заранее согласиться, что все, что ему инкриминируют, имело место. С чем я не согласен? С тем, что за все это нужно отдавать его под суд. Про любой поступок можно возопить: "Ужас! Как такое возможно! Это самое страшное в мире и в истории человечества преступление!" 

Но, как сказал еще Декарт, все познается в сравнении. 

Мы все видим, что рядом расхаживают на воле, и более того – лезут занять его место, люди, сделавшие намного более серьезные нарушения. 

Я это представляю так: ревностно несущий свою службу полицейский заметил водителя, превысившего скорость на 10 километров, и старательно выписывает ему штраф. И в ту же самую минуту мимо него пролетают авто, нарушая лимит скорости на десятки километров, при этом проскакивают на красный свет, давят прохожих, сбивают с трассы другие машины – он всего этого как бы не замечает. Он занят делом: выполняя свой долг, выписывает штраф человеку, превысившему лимит на 10 километров. К нему не придерешься. Разумеется, ему выгоден спор о том, превысил скорость этот пойманный им нарушитель или нет. Зачем мне ему подыгрывать? Я ему указываю на тех нарушителей, поопаснее – он отвечает: Мы сейчас говорим не об этом. 

Многие выходцы из СССР не до конца понимают, что это было за уникальное явление – послереволюционные репрессии в СССР. Считается, что во всем виновато НКВД-МВД-КГБ. Нет. Это все опять же инструмент, в любой стране есть свои ФБР, КГБ, ШАБАК, полиция, прокуратура, суды. Где-то они обузданы. Где-то нет. В СССР до смерти Сталина карательные органы были непосредственно подчинены ему – и в эту мясорубку попадали не только рядовые граждане, но и главы областей, главы республик. При Хрущеве догадались сделать начальника местного КГБ номенклатурой обкома\ЦК республики – и репрессии чудесным образом прекратились. 

В Израиле приближаются к порядкам сталинской эпохи; наши правоохранительные органы сейчас подчинены не народу, не отраслевому министру, не президенту, не кабинету министров и даже не премьер-министру – а кому-то повыше. И поэтому попавшие в их лапы президенты, премьеры, министры и депутаты перемалываются в крошку. 

Политическая составляющая здесь диктуется не политическими пристрастиями следователей, прокуроров и судей, а политическими интересами тех, кому они фактически подчинены. О том, кто же это – ниже. 

Как и в бывшем СССР, эта мясорубка со временем затянет в себя и судей, и "правильных" политиков, и прокуроров, и следователей. В бывшем СССР только Сталин был защищен от ареста и допроса – но и он опасался этого и время от времени расстреливал своих холуев – начальников карательных органов. 

Кто же в Израиле выполняет роль Сталина? Я в прошлом не раз объяснял: это картель пост-сионистских СМИ, который своей угрозой опубликовать компромат смог подчинить себе и полицию, и прокуратуру, и юрсоветника, и армию. Это могучая кучка тех самых журналистов, которые росли в домах, где на стенах висели портреты Отца народов, и родители которых плакали, когда он умер. Рядом с ними растет молодая поросль тех, чей мозг им удается промыть своей идеологией. 

Сейчас они сколотили всесильный картель пост-сионистских СМИ, политическую программу которого я здесь уже приводил: отмена закона о том, что Израиль – еврейское государство, огромные опасные уступки палестинцам, наводнение страны миллионами "палестинских беженцев", выплата многомиллиардных контрибуций будущему палестинскому государству, демонтаж еврейских поселений, открытие границ скукожившегося Израиля для нелегалов из Африки, губительный социализм в экономике – и как сверхзадача – закрытие проекта "Еврейское государство". 

Не следует понимать отношения между пост-сионистскими СМИ и правоохранительными органами\армией упрощенно, как будто кто-то кому-то отдает приказы. Они поумнели со времен Сталина. Сейчас обходятся без приказов. Есть замечательное выражение на иврите – "руах а-мефакед" ("дух командира" – רוח המפקד). В армии это работает так: командир не приказом, а своим примером увлекает бойцов в бой. На гражданке это означает: подчиненные знают, чего от них ждет начальство, и ревностно делают то, что, как им кажется, ему понравится – чтобы не уволили, чтобы повысили. Вспоминим опять же покойный СССР – мы были свидетелями того, как чиновники в цензуре из страха, из лишнего рвения запрещали и то, что высокое начальство запрещать не стало бы. 

Наши правоохранительные органы чуют, что начальство (читай – пост-сионистские СМИ) не интересуют грубые нарушения тех политиков, которые готовы выполнять их программу – так и не замечают, что там едут на красное, давят людей, воруют. И понимают, чьей головы не подносе тем хочется – и делают свою работу: рьяно, ревностно, страстно, и, признаю – весьма аккуратно. 

Такой избирательный надзор за соблюдением законности опасен не только для того, кого выбрали в качестве жертвы – избирательность опасна обществу в целом, потому что подрывает веру населения в правоохранительные органы, порождает правовой нигилизм и пословицы типа "закон – что дышло, куда повернул, туда и вышло". 

Именно это мы сейчас и наблюдаем в израильском обществе, и главный признак этого: правоохранительные органы в один голос твердят, что глава Ликуда Биньямин Нетаниягу - преступник, которого нужно отдать под суд – а опросы раз за разом показывают, что число готовых и дальше доверять ему управление страной не уменьшается. И по всем признакам на ближайших выборах у этой партии будет больше мандатов.

От одного этого у юрсоветника должна загореться красная лампочка тревоги, должен зазвенеть тревожный звонок. Нельзя было ему разрешать расследования против премьера по смехотворным делам, нельзя ему отдавать по этим делам под суд. 

И он сам, и Нетаниягу – лица временные, через 10-15 лет их не будет на политической арене страны, а разрушенную систему очень сложно восстановить. Жаль, что до юрсветника такие вещи не доходят. Видимо, подчинен он не интересам народа, а вот этим пост-сионистским СМИ. 

yuramedia@gmail.com 

counter
Comments system Cackle