Да будет разрушен твой дом
Фото: Getty Images
Да будет разрушен твой дом

В речи Абу Мазена не было ничего существенно нового, кроме решимости сопротивляться.

Я впервые встретился с Ясиром Арафатом в осажденном Бейруте летом 1982 года. Абу Мазена на той встрече не было. Но когда я вновь встретился с Арафатом через несколько месяцев в Тунисе, он попросил меня поговорить и с Абу Мазеном. 

Как выяснилось, Абу Мазен занимался в руководстве Фатха израильскими делами. 

По моему первому впечатлению об Абу Мазене (Махмуде Аббасе), он был полной противоположностью Арафата и выглядел как директор школы. 

Арафат был человеком открытым и дружелюбным, любил объятия, поцелуи и близкие отношения с первой минуты. Абу Мазен гораздо более сдержан и холоден, но мне его характер понравился. 

Даже тогда, 35 лет назад, он входил в первый ряд руководства Фатха и ООП наравне с Абу Джихадом (который был убит Израилем), Абу Иядом (который был убит палестинскими экстремистами) и Фаруком Каддуми (который возражал против Осло и был исключен). 

Я встречался с Абу Мазеном каждый раз, когда приезжал к Арафату в Тунисе. Когда я узнал, что он происходит из Цфата, смешанного арабско-еврейского города на севере Палестины, между нами возникла еще одна связь, потому что моя жена, Рахель, когда была ребенком, проводила там каждое лето. Ее отец, детский врач, также практиковал там летом. Абу Мазен не может вспомнить, был ли он у него на приеме в раннем детстве, до того как его семья вынуждена была бежать в 1948 году. 

После убийства Арафата (я в этом убежден, хотя не имею доказательств) Абу Мазен стал во главе и Фатха (партии) и ООП (полуправительтства). Он - не второй Арафат, у него нет ни его героической стати, ни международного статуса. Тем не менее, он принят всеми. 

Будучи лидером небольшого и малосильного народа, противостоящего гораздо более мощному противнику, Арафат считал, что палестинцы должны использовать те немногие средства, которые есть в их распоряжении: организованность, дипломатию, насилие и другие возможности. Но после Войны Судного дня Арафат пошел по пути Осло. Он объяснил мне: «После неожиданной победы на первом этапе арабы проиграли войну. Тогда я понял, что возможности восстановить нашу страну военным путем, нет». 

Я думаю, что Абу Мазен никогда не полагался на насилие: это не в его характере. Он верит в великое оружие арабов: в их терпение. 

Представление о времени у арабов очень отличается от нашего: мы нетерпеливы, нам необходимо немедленное вознаграждение. У нас короткая политическая история: Израиль возник лишь 70 лет назад, и нам не хватает терпения. 

У арабов есть долгая непрерывная история со множеством взлетов и падений. Они привыкли ждать. Терпение - их сильное оружие. 

Я считаю, что перед лицом могущества Израиля - эта доктрина Абу Мазена реальна: нужно терпеливо ждать, пока не изменятся условия, и пусть Израиль исчерпает себя. А пока что держитесь, вцепитесь в землю, не уступайте ни дюйма того, что арабы называют «Сумуд». Ожидание может длиться одно, два или три поколения, но, в конце концов, мы победим. 

Вероятно, эта стратегия не очень популярна и не вызывает восторга, но со временем может доказать свою эффективность. 

Таковы мои соображения, мне их никто не подсказал. 

Но даже такой человек как Абу Мазен может иногда потерять терпение. 

Его ставшая знаменитой речь «Эреб Байтак» (Yekhreb Beitak) была таким моментом. 

«Эреб Байтак» в буквальном переводе означает «Да будет разрушен твой дом». В огромном арсенале арабских ругательств - оно одно из самых мягких, и соответствует нашему «черт побери». (Вообще израильтяне, говорящие на иврите, избегают ругательств на этом языке и заменяют их арабскими и русскими.) 

Дональд Трамп может довести до бешенства кого угодно, и палестинцы могли бы покрыть его куда хлеще. 

Много десятилетий Соединенные Штаты представляли себя беспристрастным арбитром между сионистским Израилем и арабами. Президент за президентом выдвигали мирные планы и провозглашали мирные инициативы, но из них ничего не вышло. (И египетско-израильская мирная инициатива, и Ословские соглашения вызревали за спиной американцев). 

Причина проста: в США есть миллионы еврейских избирателей. И почти все они - сионисты. Не ударившие палец о палец, чтобы спасти европейских евреев во время Холокоста, они теперь испытывают муки совести. Арабские избиратели безразличны. 

Поэтому все американские президенты, кроме Дуайта Эйзенхауэра (он был настолько популярен, что не нуждался в еврейских голосах) были твердыми сторонниками Израиля. Поскольку все израильские правительства отвергали возвращение оккупированных территорий и, в первую очередь, Восточного Иерусалима, американская беспристрастность была притворством. 

Но Трамп - нечто особенное. Он назначил послом в Израиль ревностного сиониста с правого фланга, а на роль посредников между Израилем и палестинцами своего зятя-еврея и несколько других сионистов. В довершение всего он признал Иерусалим столицей Израиля и объявил, что собирается перевести туда посольство США из Тель-Авива. 

Если бы он говорил о «Западном Иерусалиме» буря не была бы такой сильной. Но Трамп говорил о Большом Иерусалиме, лишь намекнув, что в каком-то неопределенном будущем могут быть проведены окончательные границы. 

Разумеется, настоящим полем боя является именно Восточный Иерусалим. Израильское правительство утверждает, что этот город - колыбель еврейской религии, место Первого и Второго еврейских храмов и Стены плача (она лишь часть опорной стены храма, а не самого храма.) 

Говоря о признании «Иерусалима» частью еврейского государства, он нанес тяжелый удар по самым глубоким религиозным и национальным чаяниям арабов. 

Когда Объединенные Нации предложили в 1947 году свой план раздела, он предусматривал создание еврейского и арабского государства, но выделил Иерусалим в качестве отдельной единицы. Это оказалось неприемлемо для обеих сторон. 

Сразу же после войны 1948 года мои друзья (евреи и арабы) предложили первый мирный план, основанный на принципе «двух государств для двух народов». В нем мы назвали «Объединенный Иерусалим Столицей Двух Государств». И это до сих пор остается единственным реальным решением. 

Покойный Фейсал Хусейни, несомненный лидер жителей Восточного Иерусалима, согласился с этим принципом. Есть много снимков нас обоих на демонстрациях под этим лозунгом. Абу Мазен также принимает его. 

Так что же сказал Абу Мазен в своей длинной речи перед палестинским парламентом, кроме шутливого ругательства, попавшего в газетные заголовки? 

По сути, ничего нового. Он подтвердил условия Арабского мирного плана, с которыми я полностью согласен. 

Он полностью отверг так называемое «одногосударственное» решение, под которым от отчаяния готовы подписаться крайние левые. Практически это будет государство апартеида, где евреи будут играть главную роль. 

Он положил конец всем постоянно повторяемым фальшивым лозунгам: о том, что США могут играть роль посредника, что мирный процесс продолжается, что Ословские соглашения живут и сохраняют свою силу. 

Резолюции этого заседания - Центрального совета ООП, являющегося палестинским парламентом - окончательно отвергли представление о том, что США могли бы играть роль беспристрастного посредника. 

Совет принял решение «приостановить признание Израиля», что было пустым жестом, но также выступил с призывом «прекратить в любой форме сотрудничество с Израилем в области координации мер безопасности», что намного серьезнее. Сомневаюсь, что Абу Мазен в состоянии исполнить эту угрозу. 

Он особо отметил случай с Ахед Тамими, девушкой, которая дала пощечину израильскому офицеру. Эпизод бы заснят, и я назвал эту девушку палестинской Жанной д'Арк. 

Резолюция содержала призыв к бойкоту продукции поселений, который «Гуш Шалом» инициировал в 1998 году. Но также содержала призыв поддержать движение БДС, которое бойкотирует все израильское. 

За неимением лучшего, Абу Мазен призывает к новым дипломатическим акциям в ООН, в Международном уголовном суде и в других международных институтах. 

Ничего существенно нового, кроме решимости сопротивляться. 

У Абу Мазена нет заместителя. Как и многим политическим лидерам во всем мире, ему противна сама мысль о наследнике. 

Ему 82 года, и все же он моложе меня. Похоже, что он - как и я - решил жить вечно.

counter
Comments system Cackle
Загрузка...