Кризис "палестинского единства"
Фото: Getty Images
Кризис "палестинского единства"

Несколько дней назад было объявлено, что визит в Израиль и на Ближний Восток вице-президент США Майка Пенса, который уже дважды откладывался, состоится 20 января. 

Официальные представители США называли разные причины переноса поездки Майка Пенса, и некоторые из них звучали весьма уважительно. Однако, большинство комментаторов сходилось во мнении, что истинной причиной отмены первоначально запланированного на 20 декабря визита, был возможный дипломатический скандал. Глава Палестинской национальной администрации (ПНА) Махмуд Аббас (Абу-Мазен), реагируя на декларацию президента США Дональда Трампа о признании Иерусалима столицей Израиля, заявил, что он не намерен встречаться с Майком Пенсом, а приближенный главы ПНА Джибриль Раджуб вообще заявил, что американский вице-президент является нежеланным гостем. 

Известно, что в ходе визита Пенс предполагал представить руководству автономии альтернативную "парадигме Осло" схему урегулирования конфликта Израиля и палестинских арабов, которая должна была стать элементом разрабатываемого командой Трампа, в координации с Израилем и Саудовской Аравией, комплексного плана "регионального мира" между Израилем и странами суннитского блока. А он в свою очередь мыслился фактором выстраивания новой модели региональной безопасности на базе "антитеррористического" партнерства прозападных ближневосточных стран. И еще несколько месяцев назад возможным партнером в этом блоке в Вашингтоне предполагали сделать и ПНА, "разморозив" буксующий дипломатический процесс и сняв ее лидеров с "высокого дерева завышенных ожиданий" и предварительных условий, куда их своими заведомо неприемлемыми для Израиля требованиями, загнала прежняя администрация США. (Не озаботившись, на случай иного исхода, оставить, как тогда шутили комментаторы, под этим "деревом" лестницу). 

Попытка американцев, отложив поездку Пенса, дать сторонам время для успокоения страстей, в Рамалле по достоинству оценена не была. Там еще питали надежды на формирование "арабо-исламского фронта" оппозиции демаршу США – как конкретно, в вопросе Иерусалима, так и в целом против идеи превращения постарафатовского истеблишмента ФАТХ/ООП из почти монопольного обладателя ключей от арабо-израильского урегулирования в периферийный фактор ближневосточной, и исчезающе малый – глобальной политики. Однако этим надеждам палестинских лидеров так и не суждено было сбыться. Собственно, мнение в этом вопросе лидеров ближневосточной "четверки" проамериканских арабских суннитских режимов – КСА, ОАЕ, Египта и (с оговорками) Иордании было понятно изначально. Они, несмотря на раздражение иерусалимским демаршем Трампа, были все же склонны принять его региональную доктрину. 

Потому запланированный срочный саммит арабских государств, который должен был собраться в столице Иордании так и не был созван. А на тройственной встрече М.Аббаса, А.ас-Сиси и Абдаллы II в Каире 12 декабря 2017, где глава ПНА потребовал от арабских стран "предпринять решительные шаги против администрации Трампа" он получил лишь "холодный душ" доброго совета президента Египта. Он состоял в рекомендации "угомониться, не ссорится с Д. Трампом и не предпринимать дипломатических и политических шагов, о которых он потом может пожалеть". И оставить "дверь открытой для диалога с администрацией Трампа по поводу ее нового мирного плана; иначе, когда дело дойдет до серьезной “торговли”, ему просто будет нечего положить на стол". 

Тем не менее, в Рамалле предпочли не принимать подобных советов. Все последующие недели лидеры ПНА делали антиамериканские шаги и заявления нарастающего уровня жесткости. И вряд ли стоило ожидать, что США оставят этот и предыдущие подобные демарши без ответа, который и не замедлил поступить в виде начала реализации пакета американских санкций, о существовании которого стало известно, несмотря на отсутствие официального объявления о них, еще в конце декабря. Так, в январе с. г. США – главный донор Агентства ООН по палестинским беженцам (UNWRA) заморозил существенную часть своих выплат в бюджет этой организации, обеспечивающей, фактически "под эгидой" ООП и ХАМАСа, функционирование инфраструктуры социальных, образовательных и медицинских услуг для значительной части арабского населения Иудеи и Самарии. Кроме того, Белый дом дал "зеленый свет" утвержденному в декабре 2017 Конгрессом США "Закону Тейлора Форса", предусматривающему сокращение американской финансовой помощи ПНА на сумму, выплаченную Рамаллой отбывающим наказание в израильских тюрьмах палестинским террористам и семьям арабских "смертников". 

Но наиболее неприятным моментом для наследников Ясира Арафата может стать решение Вашингтона продолжить обсуждение своего регионального плана, включая вопросы статуса палестинских арабов, без сколь-нибудь существенного участия, и соответственно, влияния Рамаллы – то есть, только с Израилем и правительствами ближневосточного "суннитского квартета". Показателем чего и является объявленный маршрут Майка Пенса, который 21 января намерен встретиться в Каире с президентом Египта А.Ф.ас-Сили и Аммане с королем Абдалой II, а затем провести следующие два дня в общении с высшим израильским руководством в Иерусалиме и выступить на специальном заседании кнессета. 

Объявлено, что вице-президент США также посетит главную святыню иудаизма – Котель, или Стену Плача (единственная часть комплекса Иерусалимского Храма, уцелевшая после его разрушения римлянами в ходе подавления Великого еврейского восстания против Рима в 70 году новой эры). Этот объекта занимает чрезвычайно важное место в мировоззрении также и христиан-евангелистов, к числу убежденных сторонников которых относит себя и Майк Пенс. И если он, по данным СМИ первоначально планировал поступить так же, как до него это сделал Дональд Трамп – то есть подойти к Котелю в частном порядке, то теперь его посещение, судя по всему, будет выглядеть и как политический демарш. В Вашингтоне, похоже, решили просто проигнорировать последующее неизбежное возмущение лидеров палестинских арабских группировок. А ожидаемую критику из арабских столиц (особенно Иордании, король которой считается официальным покровителем святых для ислама мест, расположенных на Храмовой горе), вероятно, считают разумной дипломатической "ценой" этого шага – и, возможно, даже напротив мыслят его прозрачным намеком указанным столицам приложить больше усилий, чтобы "приструнить" вождей ПНА. 

Похоже, все, что в этой ситуации остается команде Махмуда Аббаса – это продолжать играть на повышение ставок, одновременно стараясь найти новых партнеров в дипломатической войне с США и Израилем. Одним из таких возможных партнеров в Рамалле мыслится Евросоюз, ибо его официальные лидеры также раздражены происходящей по инициативе США сменой правил региональной игры. На 22 января запланирована поездка Абу-Мазена в Брюссель, куда он намерен отправиться вместо встречи с Пенсом, чтобы обсудить с руководством ЕС способы противостояния "иерусалимской доктрине" Вашингтона. Трудно сомневаться, что оттуда мы услышим множество жестких высказываний в адрес США и Израиля и немало заверений о поддержке объединенной Европой "законных прав палестинского народа" – но, вряд ли дело пойдет существенно дальше общих слов. Не следует забывать, что сколь угодно глубокие разногласия европейцев с США и Израилем все же являются "семейной ссорой", и не факт, что многие в Брюсселе и главных европейских столицах сочтут "палестинский кейс" достаточной причиной для открытого разрыва с Вашингтоном и Иерусалимом. 

Вряд ли Абу-Мазен услышит что-то более обнадеживающее и от президента Российской Федерации Владимира Путина, с которым он намерен обсудить новую ситуацию на Ближнем Востоке после признания Д.Трампом Иерусалима столицей Израиля, и вновь призвать Россию "играть более значимую роль в мирном процессе". Москва действительно высказалась против "Иерусалимской декларации" Трампа, а также проголосовала против этой инициативы на саммите Генассамблеи ООН в декабре прошлого года, но есть мало шансов, что Махмуду Аббасу стоит рассчитывать на большее. 

Исламистская альтернатива 

Потому более перспективными партнерами для Рамаллы в этом смысле считаются основные конкуренты Эр-Рияда и Каира за региональное лидерство, и в этом контексте – за символически важный статус в исламской среде "главного покровителя палестинских арабов" – Турция и Иран. Именно Турция, а также Катар, по сложившемуся у израильтян мнению, разделяемому сегодня и командой нынешнего американского президента, переняли у Саудовской Аравии ее прежнюю роль главного спонсора радикальной суннитской исламистской идеологии. 

Понятно, что сами палестинские арабы, как всегда, здесь были скорее поводом или средством, чем реальной целью турецких лидеров и их партнеров по антисаудовскому блоку. Что же касается Ирана, то, несмотря на все клятвы и лозунги, и для него тема получения палестинскими арабами своего государства вторична. А, по мнению отдельных комментаторов, возможно даже является бесполезным моментом, на который, по пропагандистским причинам, приходится отвлекаться от реализации главной цели – выстраивание базы регионального влияния в Ираке, Сирии и Ливане. И, добавим, в секторе Газа, где правящий исламистский режим террористической группировки ХАМАС прилагает отчаянные усилия вернуть покровительства Ирана, в силу чего возвращение Сектора под контроль Рамаллы явно не кажется ему хорошей идеей. 

Разумеется, иранцы готовы использовать тему "народного возмущения иерусалимским демаршем Дональда Трампа". И с этой целью указали патронируемым КСИР исламистским группировкам – "Хизбалле", ХАМАСу и иракским Силам народной мобилизации создать центр совместного сопротивления решению президента Трампа по поводу Иерусалима. Реальный смысл этого шага сообщил в интервью газете "Исраэль Хайом" член высшего руководства ПНА, по данным которого командующий подчиненными КСИР специальными силами внешних операций "Кудс" генерал Касем Сулеймани, активно предлагает различным палестинским арабским фракциям деньги и вооружения в обход Рамаллы. Согласно тем же источникам, попытка внедрения Ирана в Газу и на Западный берег мыслится в Тегеране естественным шагом, который должен следовать за укреплением  иранских и проиранских сил на сирийской стороне Голанских высот и вдоль границы с Иорданией. 

Нетрудно заметить, что ниши для расположенного в Рамалле режима "светских арабских националистов" в этой схеме не просматривается, и иранцы, по сути, готовят в арабских анклавах Иудеи и Самарии исламистский переворот – подобный тому, который в 2006 году был проведен ХАМАСом в Газе – что полностью соответствует настроениям руководства этой исламистской террористически группировки. Показателем этих настроений является назначение Салаха аль-Арури (Salah al-Aruri) на пост заместителя председателя политбюро ХАМАСа. С.аль-Арури, который считается основателем "Бригад Из ад-Дина аль-Кассама", боевого крыла ХАМАСа, на Западном берегу, провел 18 лет в израильской тюрьме за террористическую деятельность и вышел оттуда в 2011 году в рамках "сделки Шалита". Известно, что С. аль-Арури спланировал масштабную операцию против лидеров ООП в Рамалле, в ходе которой 100 хорошо вооруженных боевиков ХАМАСа должны были провести серию терактов, чтобы парализовать деятельность правительства ПНА и обеспечить своей группировке захват власти в арабских анклавах Западного берега. Этот заговор тогда не удался благодаря оперативным действиям израильских спецслужб. Но как полагает военный обозреватель газеты "Исраэль Хайом" и Второго канала ИТВ Иоав Лимор, наделение этого деятеля функцией представителя ХАМАСа на Западном Берегу, и де-факто, ответственного за ход нынешнего, витка переговоров исламских террористов с Аббасом о создании "правительства палестинского единства переговоров, посылает четкий сигнал: ХАМАС не оставил планов взять под свой контроль арабов на Западном берегу р. Иордан. 

Разве что, учитывая неудачу силовых планов, ХАМАС, пойдя уже в пятый раз на примирение с ФАТХ/ООП, сегодня готов попробовать модель главного иранского "прокси" в арабском мире – "Хизбаллы" в Ливане, выстроившей схему своего рода "симбиоза" с государственными структурами этой страны. В этой схеме за государством остается роль легитимного дипломатического фасада и системы обеспечения физических потребностей подконтрольного исламистам населения, при сохранении "Хизбаллой" полной автономии в военных и административных делах, и роли критического фактора в процессе принятия важнейших правительственных решений. Понятно, что в Рамалле не в восторге от подобной идеи и с сомнением воспринимают объяснения лидеров исламистов о том, что "оружие им нужно исключительно для борьбы с Израилем". Там не забывают, что ХАМАС уже использовал его против активистов ФАТХа в Газе 10 лет назад, и имеют все основания предполагать, что при случае он не постесняются это сделать вновь, в том числе и на Западном берегу. 

С другой стороны, у Аббаса все же могло быть искушение, с тем, чтобы купировать наиболее опасный для него сценарий полной потери своей политической релевантности, сыграть, несмотря на риски, в игру "сближения с ХАМАСом". С тем, чтобы предъявить и американцам, и арабскому миру "единый фронт палестинской арабской нации" — а затем попробовать переиграть своих исламистских конкурентов. Однако, обозрев полный список предложений ХАМАСа – "продолжить "восстание" палестинских арабов и протесты в столицах арабских и мусульманских стран" — могли пришел к выводу, что ничего свежего и продуктивного – что не было бы уже испробовано и либо просто не сработало, либо нанесло ПНА ущерб – исламисты предложить не в состоянии. 

Единственным новым элементов в нынешней линии лидеров ХАМАСа, которые вполне серьезно относятся к предупреждениям премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху и министра обороны Авигдора Либермана, что следующее масштабное столкновение с Израилем будет для режима исламистов в Газе последним, является смена тактики. Они стремятся не допустить новой антитеррористической операции ЦАХАЛа в секторе Газа, сдерживая своих конкурентов из "Исламского джихада" и салафитских группировок, идентифицируемых с "Аль-Каидой" и ИГ от запуска ракет по израильской территории. Но с другой стороны, стремясь не потерять, и так подмоченный разрухой, оставшейся в Газе после предыдущего витка конфликта и статус "авангарда арабского сопротивления сионистам", ХАМАС всеми силами стремится организовать террористические вылазки против Израиля из арабских анклавов Западного берега. 

Подобный подход вполне устраивает и новых-старых покровителей ХАМАСа в Тегеране, укрепление связей с которыми для Исмаила Хании и Салаха аль-Арури сегодня существенно важнее, чем сколь-нибудь продолжительное партнерство с лидерами ФАТХа и ООП. Потому у членов их руководства почти нет сомнений, что именно они рискуют стать первыми жертвами "восстания палестинцев", к которому призывают исламисты. 

Остается только гадать, что услышал Махмуд Аббас в полученном им в момент саммита в Турции призыве члена высшего руководства ХАМАСа Мусы Абу Мазрука "не возвращаться в его резиденцию в Мукате, пока Трамп не откажется от своей декларации". А именно, готовность всеми силами поддержать любой громкий дипломатически и пропагандистский демарш своего партнера – либо, завуалированный намек освободить офис в Рамалле для других хозяев. Потому, вместо принятия иранской помощи, заключает обозреватель "Исраэль Хайом" Ави Иссахаров власти ПНА настроены "остановить проникновение иранцев любой ценой" — включая фактическое восстановление в полном объеме торжественно декларированного М.Аббасом прекращения сотрудничества в сфере безопасности с израильтянами. 

Все это не мешает пока властям ПНА поддерживать иллюзию "братского партнерства" с ХАМАСом, обсуждать вопросы включения представителей организаций исламистов в состав исполкома ООП, и делать вид, что они взвешивают призыв ХАМАС и "Исламского джихада" в адрес ООП отказаться от признания Израиля, сделанного в рамках "соглашений Осло". С другой стороны, обозреватели не исключают и иного исхода. Также как режим исламистов в Газе может в очередной раз упустить контроль над ситуацией и открыть дорогу новому витку вооруженного конфликта с Израилем, так и постепенно теряющие, по мнению многих, чувство реальности лидеры ООП, тоже могут в какой-то момент пройти точку невозврата. 

Так, 11 января было объявлено, что Исполнительный комитет Организации освобождения Палестины намерен официально отказаться от признания Израиля и "двухстороннего переговорного процесса", в пользу т.н. "международного формата достижения государственности". То есть, потребовать от международного сообщества признать изменение статуса ПНА с "переходного органа" на "государство, находящееся под оккупацией". Практического результата, кроме, разумеется, громкого пропагандистского эффекта данный шаг даст немного, и скорее всего, надолго, если не навсегда снимет с международной повестки дня саму идею "политического самоопределения палестинской арабской нации". Обозреватели все же не исключают, что рост давления со стороны США, Израиля и арабских стран теоретически, еще может подвигнуть лидеров ФАТХа пересмотреть впервые в истории этой организации, ее антисионистскую линию, являющуюся главным препятствием для достижения мира с Израилем. Но шансы на это пока крайне невелики.

counter
Comments system Cackle